ЖАНРЫ

Литературный театр

Зиман Л.

Шрифт:

Маркиза. Ах, как это неудобно!

Матрос. Ничего. На то я и игрушка. Только в меня мальчик камушком бросил, мы и перевернулись: жираф вверху очутился, а я под водой.

Маркиза (взволнованно). И что же?

Матрос. А то, что костюмчик мой весь в сине-голубую зебру превратился. Слинял. Второй раз кругосветно плавал в ванне. Нелли меня всегда в жестяной тазик сажала, чтобы ей веселей было купаться.

Мишка. О!

У всех девочек одна и та же манера.

Кукла (всхлипывает). Эфиопская мурзилка! Зачем ты меня ра-зо-ча-ро-вы-ва-ешь?

Негритёнок. Ну, пошла сырость разводить…

Мишка. Ты зачем нашу Русскую куклу обижаешь? Счастье твоё, что ты резиновый, а то я бы тебе бока намял… Будешь ещё? Пикни-ка у меня теперь…

Негритёнок. А вот и пикну! Мишка-Мишка, кочерыжка, Русская кукла – лохматые букли… Ванька-Встанька, где твоя нянька? У Волги гуляет, ножки собирает… Ванька-Встанька…

Мишка (перебивает). СлышишьтыПерестанька!

Негритёнок. Достань-ка меня, достань-ка!..

Матрос. И вот, когда бабушка ей как-то губкой пятку мыла, Нелли не выдержала – щекотно ведь ужасно! – брыкнула ногой и угодила снизу в тазик… Я взвился из таза, как испуганная курица над забором, и полетел вниз головой в мыльную ванну. Всё забрызгал! Пол, потолок, стены, окно, дверь, зеркальце, бабушку… Сразу набух и пошёл ко дну, как ключ.

Маркиза. Почему, как ключ?

Матрос. Так говорится. Плакала Нелли, плакала, прямо вода в ванне на три сантиметра поднялась… Обсушили меня и сюда привезли. Видите, теперь у меня туфельки новые, костюмчик новый. Носик новый приклеили, старый размок… А у вас, сударыня, что такое, осмелюсь спросить?

Маркиза. Вам что за дело?

Негритёнок. Кринолин у неё по всем швам лопнул.

Мишка. И крысы талию прогрызли. Я сам видел.

Маркиза. Ах! (Падает.)

Свет гаснет и тут же зажигается. Маркиза (живая, не кукла) в обмороке.

Матрос. Вот так кораблекрушение… Никогда я маркиз в чувство не приводил, что ж теперь делать? Су-да-ры-ня! В верхнем этаже пожар! Не слышит.

Негритёнок (пищит). Сударыня! В нижнем этаже разбойники кукольного мастера грабят! Не слышит.

Мишка (рычит). Сударыня! В балконную дверь мой дядя, белый медведь, лезет. У-у-у! Не слышит.

Кукла (шёпотом). Су-да-ры-ня! На ваш парик моль села…

Маркиза вскакивает, проверяет парик, смотрится в зеркальце.

Кукла. Ага… очнулась! Уж я знаю,

что сказать. По-русски! (Живая, выходя из-за ширмы). Почему бы во всех странах по-русски не говорить? Язык ясный, симпатичный. Звери все, наверно, по-русски думают. Окончания на конце. Сразу узнаешь, что курица женского рода, а петух мужского. И что эта вавилонская башня наделала? Наверно, до неё все по-русски говорили.

Свет.

Появляются участники Хоровода с плоскостными масками (чижа, зайца, карася).

Все «Эй, смотри, смотри – у речки

Кожу сняли человечки!» –

ЧижКрикнул чижик молодой,

 Подлетел и сел на вышке,

ВсеСмотрит: голые детишки

 С визгом плещутся водой.

ЧижЧижик клюв раскрыл в волненье,

 Чижик полон удивленья:

Все«Ай, какая детвора!

Ноги – длинные болталки.

Вместо крылышек – две палки.

Нет ни пуха, ни пера!»

Заяц. Из-за ивы смотрит заяц

И кивает, как китаец,

Удивлённой головой:

Все«Вот умора! Вот потеха!

Нет ни хвостика, ни меха…

Двадцать пальцев. Боже мой…»

Карась.  

А карась в осоке слышит,

Глазки выпучил и дышит:

Все Глупый заяц, глупый чиж!..

 Мех и пух, скажи пожалуй…

Вот чешуйку б не мешало!

Без чешуйки, брат, шалишь!

Пауза.

От автора. Конечно, «страшное» разное бывает. Акула за тобой в море погонится, еле успеешь доплыть до лодки, через борт плюхнуться… Или пойдёшь в погреб за углём, уронишь совок в ящик, наклонишься за ним, а тебя крыса за палец щипнёт. Самое страшное, что со мной в жизни случилось… (Пауза.) Был я тогда «приготовишкой».

Появляется маленький двойник автора – мальчик лет восьми.

Мальчик.  

Длиннохвостая шинель.

На щеках румянец.

За щекою карамель,

За спиною ранец.

От автора. Знаете ли, что такое «приготовишка»? Так называли в России мальчуганов, обучавшихся в гимназиях в приготовительном классе. Мужчина этак лет восьми, румяный, с весёлыми торчащими ушами. В гимназию шагал он не прямо по тротуару, как все люди, а как-то зигзагами, словно норвежский конькобежец. За спиной висел чудовищный ранец из волосатой и пегой коровьей шкуры.

Поделиться с друзьями: