Лишённые смерти
Шрифт:
В небе бесшумно быстро пронеслась большая стая крылатых теней. Девушки заметили их пролёт лишь по тому, как коротко мигнули звёзды. Избранный же был спокоен.
– Дикари?
– прошептала Агнесса.
– Куклы.
– Зачем они здесь?
Винсент быстро шепнул: бежим!
– и рванулся влево от вампиров. За их спинами чёрный вихрь закружился над группой Низших... Беглецы перевели дух за границей парка. Лира прислонилась к дереву, оглядела парк, простиравшийся перед ними. Меж высоких деревьев скользили непонятно чьи бесформенные тени... или это просто стволы выступают друг
– Что ещё за куклы? Чьи?
– спросила ещё не отдышавшаяся Алиса.
– Тут ответ может быть один: carere morte Дэви. После смерти Долуса Дэви решил указать Низшим их место.
– А если они прилетели... за тобой?
– очень тихо спросила Лира. Эта был последняя, отчаянная попытка исправить содеянное: да прочитай же меня... Беги! Назад! Под Покров!
"Скоро, скоро", - шептали деревья парка... или птицы в ветвях. Чудовище стерегло добычу.
Винсент тряхнул головой, словно избавлялся от того же наваждения.
– Всё равно. Куклы плохо видят. В Карде я легко уходил от них, - заверил он.
– Идёмте. Мира ждёт. Признаться, я немного боюсь за неё. Её тень странно себя ведёт. Она очень слаба, неподвижна...
– А что делать нам с Агнессой, когда ты исцелишь её? И... и зачем ты позвал сегодня меня?
Винсент остановился, казалось, впервые задумавшись об этом важном вопросе.
– Агнесса будет свидетелем. Она унесёт весть о пробуждении Дара в Орден, - скоро уверенно заявил он.
– А ты... Я надеялся, что ты уйдёшь со мной. Потом придут и другие. Орден вынужден будет измениться вслед за Избранным - говорил Латэ. Но ты будешь первой!
Он улыбнулся ей, и Лира вдруг подумала: что бы ни случилось дальше, она будет помнить Избранного именно таким: весёлым, даже зимой и в страшный ночной час - без холода и отчаяния в глазах, с встрёпанными, давно не стриженными волосами и в пальто с чужого плеча... Лира улыбнулась Винсенту. Сил ответить ему что-либо у девушки не было. Поднимался ветер. Чёрный, страшный ветер. Её спутники ещё не понимали, но Лира уже знала...
– Идёмте, быстрее, - напомнил Избранный.
Вот потерялась граница парка. Шаг, ещё шаг. Они, слепые в своей беспечности, всё дальше уходили от Покрова.
Винсент уверенно шёл вперёд, он уже знал, где его вампирша. Потом, издав радостный возглас, он побежал... и вдруг остановился. Лира выглянула из-за его плеча. Впереди, в шаге от дорожки, прислонившись спиной к дереву, стояла маленькая дама. Её голова была странно откинута: в сторону и чуть-чуть назад. Казалось, она беззвучно кричит - рот был открыт. Рук видно не было - может она держалась ими за дерево, чтобы не упасть, или они были связаны? На Мире было платье, знакомое охотнице по Балу Карды. Светлые волосы были распущены и волнами спускались ей на грудь.
Агнесса остановилась, также разглядывая вампиршу, её странную, неловкую позу и слишком чёрные, огромные, пустые глаза. Вдруг губы охотницы искривились.
– Это ловушка, Винсент, - прошептала она.
– Не подходи к ней!
Но Избранный уже бежал к Мире... Лира осталась
на месте."Не понимаю... Ничего не понимаю! Что с ней? И кто это сделал с вампиршей? Орден? Бессмертные?"
...Дэви!
Холод декабрьской ночи показался ей, замёрзшей внутренне, летним зноем. Смотри же, Диос: вот первая жертва твоего предательства! Конечно же, Дэви, узнав от охотницы о роли Миры, поспешил к вампирше. Её силой притащили сюда... В качестве приманки, чтобы Избранный вышел за Покров, к ней! Что это... с её глазами?!
Винсент в шаге от Миры остановился, будто наткнувшись на преграду. Он слабо потянул к вампирше руку, но не коснулся, без сил опустился в снег. Агнесса опередила его. Она разрезала верёвку, связывавшую руки вампирши за спиной и опутывавшую тело, и Мира сползла вниз. Охотница подхватила её. Свет луны осветил лицо Миры, и Лира поняла: у вампирши нет глаз. Вместо них - чёрно-красные дыры. Тот, кто выколол ей глаза, был неаккуратен: на щёках, в углах глазниц остались глубокие порезы.
Агнесса не удержала вампиршу. Мира упала лицом в снег, и у её шеи под волосами что-то блеснуло. Лира слабо окликнула Агнессу, указала рукой, но охотница уже заметила эту странность. Она убрала волосы Миры в сторону, и девушки увидели рукоять маленького кинжала. Всё лезвие было у вампирши в основании черепа. Агнесса схватилась было за рукоять, но убрала руку.
– Ещё кинется, - прошептала она.
– В таком состоянии не до разбирательств: свой-чужой.
– Не кинется. У неё перерублен спинной мозг. Но, на всякий случай, давай, я, - равнодушно сказал Винсент, и Агнесса безропотно отодвинулась от вампирши.
Лицо Избранного казалось безразлично-спокойным, когда он доставал кинжал, но чувствовалось, что это сложный баланс на грани безумия. Он извлёк кинжал, и вампирша не пошевелилась.
– Посеребренный!
– свистяще выдохнул Винсент, разглядывая кинжал.
– Так и думал. Но кто с ней сделал это? Охотники?!
Агнесса выхватила у юноши кинжал. Она потёрла перчаткой почерневшее от вампирской крови лезвие, и почти вся грязь сошла сразу же, удивительно легко.
– Кинжал не просто посеребренный. Это чистое серебро! Такими пользовались лет двести назад.
– Не Орден. Кто тогда?
– беспомощно спросила Лира, прекрасно зная ответ на свой вопрос.
"Вот, значит, как бессмертные поступают со своими предателями! Смотри, любуйся, Диос. Ты ведь тоже...
...Предательница!"
– Это Крас!
– почти крикнул Винсент.
– Это не Орден - охотники так не поступают. Это не вампиры - я чувствовал бы тени с ней рядом, когда они привязывали её к дереву. Это всё с ней делали смертные! ...Крас!
Лира почувствовала лёгкий толчок в плечо. Высокий человек в тёплом плаще остановился рядом, и Лире на мгновение привиделось, что это Дэви. Она преданно вскинула глаза на Владыку... и поняла, что ошиблась. Это был дядя Винсента, Теодор.
– Что здесь происходит?
– спросил он.
– Мы...
Не дожидаясь ответа, охотник шагнул к Избранному. Лира обернулась, ожидая увидеть за спиной ещё двух охотников. Но парк позади был пуст. Группа Теодора осталась где-то на улицах Ориенса.