Лишенные магии
Шрифт:
Взгляд дьявола сделал свое дело и лже – Самойлов задрожал, как осиновый лист на ветру. Наверное, он чувствует себя беспомощным находясь в медпункте с перевязанной головой. Будь он сейчас полностью здоров, так легко сломать бы его не получилось.
– Ответь вот на, что, - сурово начал я. – Сколько всего агентов «Тайного общества» находится в университете? Желательно назвать всех по именам.
– Я не знаю, - промямлил он. – Нам не говорят имена других. Можешь ударить меня, но я правда не знаю.
Явно лжет, его можно читать словно открытую книгу. Он слегка заерзал и отвел взгляд. Все он это проделал довольно
– Если человек лжет во время допроса, значит явно пытается спасти свою шкуру, - я взял и своей ладонью сжал череп лже – Самойлова. Тот заскулил словно подбитый пес. – Я только начал, а у тебя уже слезки потекли. Подумай хорошенько парень, я явно не простой студент. Ты столько людей в жизни не видел, сколько я отправил на тот, свет. Так, что отвечай мне, пока твой череп еще цел.
Угроза подействовала.
– Меня зовут Кирилл Каравещин, я работаю на «Тайное общество» вот уже два года, - он говорил заикаясь, после каждого слова. Видать со взглядом я переборщил. – Из агентов находящихся в универе, знаю имена лишь двоих. Коля Сурвин, учится на факультете воды и Даша Луркинович, учится на факультете земли.
Вторая выходит с нашего факультета, с ней будет довольно проблематично разобраться, во время турнира.
– Пока, что ты сохранил свою жизнь, - я отпустил его голову. – И вот еще, скажи – ка мне, как тебе удалось принять облик Михаила Самойлова. Магия превращения? И где сам Самойлов?
– Магия крови, - ответил Кирилл, потупив голову.
Плохо дело. Магия, которую могут использовать единицы, те, кто отдал свою душу на служение скверне.
– Я сам такой магией не владею, уровень недостаточный, - пищал Самойлов. – Но она смогла преобразовать тело Самойлова, чтобы я смог в него превратиться. Я ношу его лицо. Не могу объяснить, как это работает, но всю его кожу, она перенесла на мое тело, вплоть до родинок.
– Она? Кто это? – спросил я настойчиво, и приготовился использовать силу.
– Не знаю, правду говорю. Единственное, что могу сказать, что у нее взгляд был, как у тебя. Я поэтому, как увидел твои глаза, сразу подумал, что ты, это перевоплощенная она. Эти глаза! Словно демон в душу заглядывает.
Я выпрямился и посмотрел в глазу Кириллу. Он был запуган, словно маленький ребенок. Тот парень, что выпендривался на поляне, полностью испарился.
– Это будет нашей тайной, - серьезно произнес я. – Если проболтаешься, о разговоре, то в «Тайном обществе» узнают, что ты их предал. Тогда ты поймешь, что пытка каплей по лбу, это просто райское наслаждение, по сравнению с их расправой.
Кирилл нервно сглотнул и кивнул в знак, того, что понял все сказанное. Я вышел из его палаты и направился обратно в свой блок. Идя по коридору, я столкнулся с Викой, главой студенческого совета, которая приходила тогда в наш блок с тем парнем, которого побил Борис. При виде меня она смутилась и сделал вид, что не заметила.
– «За все три дня, мы не сдружились ни с одним человеком, за исключением Насти. Хотя думаю, нас они считает скорее интересными личностями, за которыми можно понаблюдать, нежели приятелями», - думал я, шагая засунув руки в карманы. – В этом университете, мы с
каждом днем становимся все более заметнее. Нехорошо.Придя в блок, я застал там Данила и Бориса, танцующих перед зеркалом. У них хорошо получалось, почти на уровне профессионалов. За такой короткий срок освоить такие сложные танцевальные движения, это признак гения. Нам было необходимо приодеться и продумать, план по тому, как найти общий язык с ребятами отбирающими участников в турнире. Я принарядился в парадную одежду и подошел к зеркалу поправляя свою джинсовую жилетку.
– Черный стиль мужик, - заметил Борис. – То, что доктор прописал!
– Думаю уже пора поспешить парни, - торопил нас Данил. – Предчувствие у меня не очень хорошее.
Данил сильно волновался в последние два часа после того, как услышал, что агенты «Тайного общества» уже проникли в студенческие ряды. Он уже судорожно придумывал в своей голове, какое технологическое оружие нам лучше всего использовать на турнире.
Мы вышли из комнаты и направились в кафе, где должны зависать отборщики на турнир. Небольшое двухэтажное здание, стоявшее впритык с другими зданиями, такими, как магазины одежды или супермаркеты. Единственное, что его сильно выделяло, так это вывеска «Уютное место». Днем это было милое кафе, а вечером приходил другой персонал, и оно превращалась в развратный клуб. Хотя Борис считал, что я утрирую.
В кафе уже во всю играла музыка, а у входа стояли курящие парни. Один из них выстрелил искрами огня из пальца и зажег сигареты сразу троим.
– Хо, - восторженно крикнули те трое.
– Ты так крут Дима, - сказала девочка, стоявшая рядом.
Данил с Борей пошли стрельнуть сигаретку, а я зашел внутрь кафе, где во всю играл поп - рок.
Сев за барную стойку я огляделся, выискивая глазами наших отборщиков. По идее они должны быть в центре внимания.
– Здорово дружище, - поприветствовал меня сердечно бармен, взявшийся ниоткуда. – Сегодня студентам наливают бесплатно, так, что можешь заказывать, что душе угодно.
– А, что попечительский совет думает, насчет таких вечеринок?
– Ха, для них же лучше, чтобы молодежь изредка могла выпустить пар и повеселиться, - пояснил бармен. – Скоро будет турнир, поэтому такого рода развлечения перед ним, как раз для студентов.
– Вот оно, что, - с пониманием ответил я. – А где – те, кто организовал такое событие.
Бармен вздохнул.
– Люся и Геныч, вон там, - указал он мне. – Но они не главные организаторы, так помощники. Те, кто все это организовывают отравились, все в один день. Буквально только, что мне сообщили, что их не будет. А им ведь скоро людей отбирать для участия в турнире.
Совпадение, не думаю. Их отравили буквально в последний час, прямо перед тем, как мы пришли сюда, чтобы втереться в доверие. Надо уходить отсюда, здесь выяснять уже нечего.
Я вышел на улицу, где стояли Боря и Данил, болтая с другими студентами. Объяснив им вкратце ситуацию, коллективно мы приняли решение покинуть это место.
Вернувшись обратно в общажный блок и сев в кресло, я попытался вспомнить, где мы могли проколоться. Кто мог об этом узнать. Даже если это Кирилл Каравещин сообщил обо мне «Тайному обществу», то он не мог сообщить, что именно я задумал. Он этого просто не знал. Выходит, нас кто – то подслушал, но кто? И как?