Линда
Шрифт:
На этот раз мальчишка не зарычал. Только оскалился, что Кириллу показалось добрым знаком.
Линда сидела за монитором и разглядывала хмурого оборотня. Что-то такое ее тревожило в нем. Она еще тогда это почувствовала в квартире Кирилла, но опознанию это чувство пока не поддавалось. Было в нем что-то. Не в нем самом, а как будто на нем. Витало вокруг, как едва уловимый запах. Знакомый запах, но давно забытый. Опасный запах.
Девушка решила, что изучать подопытный экземпляр все же придется. По крайней мере, до тех пор, пока она не поймет, что же ее так тревожит. Утром,
Размышления прервали едва слышные шаги за спиной.
— Ну что, Макаренко? Как оцениваешь свой первый педагогический опыт?
— Сама ты, Макаренко! — Кирилл плюхнулся на диван, — подсматривать неприлично!
— Я не подсматривала, я наблюдала. Метод исследования такой, чтоб ты знал.
— Ладно. И какие выводы?
— Маленький упырь.
— Это да. А чего ты такая хмурая?
— Я не хмурая. Я просто кое-что не понимаю. И это меня расстраивает. Скажи, а ты ведь намного сильнее его? Не в драке, а вообще? Сможешь дотащить до стола и там зафиксировать? Чтобы не дергался?
— Линда?! Ты чего?! Кто мне тут пару часов назад обещал, что пыток не будет?!
— Не будет, — девушка подошла к дивану и села рядом, заглянула в глаза, — правда. Но мне нужно будет кое-что узнать. Можно усыпить и спящего осмотреть, но, если он поймет, что с ним что-то делали в бессознательном состоянии, невесть что ведь подумает! Кирилл, я все понимаю, но это важно.
— Послушай, я в любом случае сделаю все, что ты скажешь. Если надо, я его живьем вскрою. Да я и себя живьем вскрою, если надо! Но причина должна быть веская. Мне не надо, чтобы ты мне объясняла. Просто скажи, ты точно уверена?
— Душа моя! Если я затею что-нибудь настолько жуткое, я буду не просто уверена, что без этого нельзя, но и буду уверена, что мир рухнет без этого. Но сейчас речь только о том, чтобы парень спокойно полежал на столе и не мешал нам его изучать. Не больно. Не инвазивно. Ну, может, кровь возьмем. Да и то, скорее всего, не понадобится. Да, унизительно. И страшно. Но в остальном безопасно. Послушай, это же не первый наш живой материал. Вот скажи, когда это я такие ужасы устраивала? Ты же давно со мной работаешь. Я даже неразумных магических зверушек не обижаю, а уж разумных существ, тем более!
— Ну… у нас не так уж много было здесь живых подопытных. Чаще всего, это люди, попавшие под какое-нибудь воздействие. С ними проще. Вылечил и выпустил! Ой! Линда, ты чего!?
В первый момент он не успел среагировать на бросок внезапно рехнувшейся начальницы, за что получил весьма болезненный укус в плечо. А вот ее кисти, с мгновенно отросшими, острыми, как бритва когтями, он успел перехватить. Начальница еще раз чувствительно прикусила его, на этот раз кисть, и затихла в его руках, прижатая к дивану весом ничего не понимающего мужчины.
— Извини, — голос ее стал хриплым, — просто не нашла, что умного сказать в ответ. Ты ведь так меня себе представляешь? Злобной кусачей нечистью.
— Нет, конечно! — как ни странно, он даже на секунду не предположил, что девушка всерьез. Удивился, растерялся, но ни на мгновенье не
испугался, — понял я все, понял. Зачем же кусаться?— Для наглядности. Чтоб уж точно продемонстрировать абсурдность твоих сомнений.
Очевидно, отпускать ее Кирилл не собирался и Линда окончательно расслабилась.
— У меня же синяки будут! Что я завтра ребятам скажу?
— Зная тебя, — девушка развеселилась еще сильнее, — могу предположить, что ничего не скажешь. Хмурый ты у меня и нелюдимый.
— Да, я такой.
Не смотря на всю глупость ситуации, обстановка начала навевать оборотню совсем не профессиональные мысли. В кабинете было темно, только монитор светился. Девушка лежала ни спине, надежно удерживаемая и даже не пыталась освободиться. Хотя могла бы сделать это легко. Уж он-то знал, насколько крепкой может быть эта хрупкая с виду барышня. Да и просто исчезнуть ей не составляло труда. Но она лежала.
Кириллу вдруг отчаянно захотелось ее поцеловать.
Он заглянул в ее лицо.
Ожидание и любопытство. Девушка как всегда была в курсе его переживаний и теперь ждала, куда же они его заведут.
Знать бы, чего она сама хочет.
— Линда.
— А?
— Сколько тебе лет?
Она рассмеялась. Легко и мелодично. Зеленые глаза вдруг снова стали небесно-голубыми.
— Больше, чем ты можешь себе представить. Больше, чем имеет смысл считать.
— Ты бессмертна?
— Нет. Просто меня сложно убить.
— В мире есть еще существа, вроде тебя?
— Есть. В мире вообще полно разных чудес.
Она начала растворяться в воздухе. На этот раз медленно и плавно. Истончилась, растеклась туманом, стекла с дивана и вновь сконденсировалась уже в кресле Никиты.
Он на мгновенье опустил лицо на диванную подушку, ныряя в волны сладкого запаха, мысленно поставил себе пару неутешительных диагнозов и сел ровно, стараясь не смотреть на начальство.
— Ладно. Ложись уже спать, завтра предстоит играть в злобного фашиста-ученого. Выспись.
И она исчезла, попросту растворившись в темноте без всяких дополнительных эффектов.
Разбудили его голоса коллег. Как уж им удалось подкрасться к чутко спящему оборотню, осталось неизвестным. Видимо, он настолько привык к их присутствию, что перестал реагировать. Было утро, и звуки были самые стандартные утренние. Шкварчала Никитина кофеварка, видимо, все-таки сумевшая пережить взаимодействие с Линдой, щелкал клавиатурой Бронюс, Линда отстукивала бодрый ритм ногтями по столу, живо напоминая несчастному сотруднику о вчерашних трансформациях. Элеонора что-то вещала преувеличенно-серьезным тоном, как всегда, когда шутила.
Кирилл прислушался, не открывая глаз и пожалел, что все же проснулся. Похоже, коллеги строили различные гипотезы происхождения синяков с явными отпечатками зубов. Хорошо еще, что ребята в силу специфики образования не могли точно определить, что зубы принадлежали человеку! Хотя, такая идея отчего-то была у них самой популярной. Ну что стоило вчера рубашку одеть? Нет, в футболке уснул. И теперь, лежащие поверх одеяла руки выставлены на всеобщее обозрение.
— Я что, проспал? Сколько время?