ЖАНРЫ

Шрифт:

Я сняла ленту, подняла крышку.

Внутри, на тонкой папиросной бумаге, лежало платье. Не то же самое, что в прошлый раз. Другое. Тоже нежно-лавандовое, но другой фасон — более закрытое, с длинными рукавами и глубоким вырезом на спине. Шёлк, струящийся, переливающийся при свете. Под ним — туфли, такие же, как в прошлый раз, но на более устойчивом каблуке. И маленький конверт.

Я открыла конверт дрожащими пальцами. Карточка, каллиграфический почерк:

«Жду. Приходи, если готова узнать правду».

Всё. Ни имени, ни намёка. Только это.

Я перечитала фразу раз пять, пока слова не начали расплываться перед глазами.

«Приходи, если готова узнать правду». Значит, правда существует. И я должна быть готова её услышать.

А если я не готова? Если правда окажется слишком тяжёлой, слишком неожиданной, слишком… личной? Если этот человек скажет то, что я не смогу принять? Или, что ещё страшнее, то, что я смогу?

Я взяла платье в руки. Шёлк был прохладным и гладким, как вода. Я провела по нему пальцами, чувствуя, как ткань струится, обтекает ладонь. Оно было моим размером. Идеально моим. Как будто тот, кто его выбирал, знал меня лучше, чем я сама. Знал, что в прошлый раз платье с открытыми плечами меня смутило. Знал, что я предпочту что-то более закрытое, но с изюминкой — глубокий вырез на спине, который виден только тогда, когда я поворачиваюсь. Знал, что я люблю лавандовый, но не кричащий, а приглушённый, нежный.

Кто этот человек? Как он так хорошо меня знает?

Я повесила платье в шкаф, поставила туфли рядом, а сама пошла в ванную. Нужно было собраться, но я не знала, с чего начать. В прошлый раз я действовала импульсивно: надела платье, распустила волосы, накрасилась и поехала. Сегодня всё было иначе. Сегодня я чувствовала, что от этого вечера зависит что-то большее. Что это не просто свидание с незнакомцем, а момент, который может изменить мою жизнь. Или не изменить. В зависимости от того, что я узнаю.

Я встала под душ, позволила горячей воде смыть напряжение дня. Закрыла глаза, представила, как вода стекает по лицу, по плечам, по спине, унося с собой страхи и сомнения. Я выходила из воды обновлённой, как после долгого сна.

Завернувшись в махровую простыню, я подошла к зеркалу. На меня смотрела женщина с мокрыми волосами, без макияжа, с покрасневшими от горячей воды щеками. Обычная женщина. Та, которая каждый день ходит на работу, пьёт кофе по утрам, спорит с подрядчиками и переживает из-за сроков сдачи проектов. Но сегодня в её глазах горел тот самый огонёк, о котором говорил таксист. Огонёк надежды.

Я решила, что не буду торопиться. Сделала макияж — не яркий, но выразительный: стрелки, которые подчёркивают разрез глаз, нежно-розовые тени, лёгкий блеск для губ. Волосы оставила распущенными, только чуть подкрутила концы утюжком, чтобы они лежали мягкими волнами. Потом открыла шкаф и достала платье.

Надевать его было волнительно. Шёлк скользил по телу, облегал плечи, талию, бёдра. Я застегнула мелкие пуговицы на спине — они шли от выреза и почти до пояса, оставляя открытой кожу. Повернулась к зеркалу, посмотрела на себя со спины. Глубокий вырез спускался почти до поясницы, открывая позвонки и лопатки. Это было красиво. И смело. Смелее, чем я обычно позволяла себе.

Я надела туфли — они оказались удобнее, чем я ожидала, каблук устойчивый, нога не скользит. Встала перед зеркалом во весь рост.

Передо мной стояла незнакомка. Не Эмилия, дизайнер интерьеров, которая прячет эмоции за профессиональной маской. Не дочь, которая оправдывает мамины ожидания. Не подруга, которая слушает Ленкины истории о любви и делает вид,

что ей это не нужно.

Передо мной стояла женщина, которая была готова на риск. Которая шла на свидание с неизвестностью. Которая хотела узнать правду, какой бы она ни оказалась.

Я улыбнулась своему отражению, и оно улыбнулось мне в ответ.

В сумочку я положила только самое необходимое: телефон, помаду, ключи. И карточку с приглашением. Почему-то мне казалось, что она должна быть со мной, как пропуск в этот вечер.

Перед выходом я остановилась у букета лилий. Они всё ещё стояли на столе, увядающие, но всё ещё красивые. Я коснулась лепестка, шепнула: «Спасибо тебе». За то, что всё началось.

И вышла.

Такси я заказала заранее. Машина ждала у подъезда, и, когда я села на заднее сиденье, водитель — молодой парень в кепке — бросил на меня взгляд в зеркало и сказал:

— Красивое платье. На свидание?

Я снова улыбнулась.

— Да.

— Ну, тогда удачи вам, — он завёл двигатель. — В такой-то день грех не верить в чудеса.

— Какой день? — не поняла я.

— Восьмое марта всё-таки. Или вы забыли?

Я посмотрела на календарь в телефоне. Восьмое марта. Тот самый день, когда всё началось. Неужели прошло уже несколько дней? Мне казалось, что целая вечность.

— Не забыла, — тихо сказала я. — Просто… много всего.

— Ну, значит, судьба, — философски заметил водитель. — В такой день и такие дела решаются.

Я не ответила, уставившись в окно. Город проплывал мимо, украшенный вечерними огнями. Витрины магазинов горели тёплым светом, на улицах было много людей — пары, компании, женщины с букетами цветов. Все куда-то спешили, у всех был свой вечер, свои тайны, свои надежды. И у меня тоже.

Машина остановилась у здания, которое я уже видела в прошлый раз. «Весенняя терраса» располагалась на последнем этаже бизнес-центра в центре города. Снаружи это был обычный стеклянный офисник, но внутри, как я слышала, было настоящее чудо — терраса под открытым небом, с видом на город, с живыми деревьями и цветами, с мягкими диванами и приглушённым светом. Место, где назначают свидания, делают предложения и празднуют победы.

В прошлый раз я так и не переступила порог. Сегодня я решила, что войду.

Я расплатилась, вышла из машины и замерла на тротуаре. Дверь в ресторан была прямо передо мной — стеклянная, с золотистой ручкой. За ней виднелся холл, портье в строгом костюме, огромная ваза с тюльпанами. Обычный ресторан. Ничего страшного.

Но ноги не слушались. Они будто приросли к асфальту, и все мои решительные настроения, которые я собирала целый день, вдруг развеялись, как утренний туман.

А что, если это ошибка? Что, если меня там никто не ждёт? Что, если это розыгрыш, и я войду, а все будут смеяться? Или, что ещё хуже, — меня будет ждать кто-то, кого я не хочу видеть?

Я стояла и смотрела на дверь, чувствуя, как страх сковывает тело. В голове крутились все те же сомнения, которые я пыталась заглушить весь день. Моя привычка всё контролировать, всё просчитывать, всё предусматривать — она не отпускала меня, она кричала: «Вернись! Это опасно! Ты не знаешь, что там!».

Я уже почти развернулась, когда почувствовала, как вибрирует телефон в сумочке. Достала, посмотрела. Сообщение от неизвестного номера:

«Я вижу, что вы стоите у входа. Не бойтесь. Я не кусаюсь. Обещаю, вы не пожалеете».

Поделиться с друзьями: