ЖАНРЫ

Лидерство: проклятье или панацея?
Шрифт:

Горе Лидеру, переставшему учиться: горькая 'yчасть его предрешена.

Избежать ее не так уж сложно.

Ведь.

Жизнь по своей сути – открытая Книга.

Самая большая и самая мудрая.

Читать ее – не перечитать.

Живя, читать.

Читая, учиться.

Учась, узнавать.

Узнавая, понимать.

Понимая – действовать.

Такова классика жизнедеятельности Лидера именно в этом его качестве.

На такую классику жанра лидерства никакого времени не жалко.

Ведь только лишь таким образом возможно становление и развитие Настоящего

Лидера, действующего в условиях реального Времени и ориентированного на Будущее, с тем, чтобы сделать его Настоящим.

Ст'oящим того, чтобы к нему стремиться.

Глава X-я

И, НАКОНЕЦ, ПОСЛЕДНЯЯ. НАСТОЯЩИЙ ЛИДЕР В УТЕСНЯЮЩЕМСЯ И УПЛОТНЯЮЩЕМСЯ МИРЕ

«Мир был просторен».

Рэй Бредбери. «451° по Фаренгейту».

Мир, в котором мы живем, фактически постоянно, практически непрерывно и угрожающе ускоренно становится теснее.

И – плотнее.

Аргументы?

Пожалуйста.

Сначала – о тесноте.

1. В тесноте, значит, в обиде?

«…двоим за нужду влезть, и то ни стать, ни сесть».

И.А. Крылов. «Лжец».

По данным ЮНЕСКО за последние сто лет численность людского населения Земли возросла вчетверо.

Это означает, соответственно, что за тот же период времени вчетверо сократилась площадь земной тверди и водной глади, приходящаяся «на душу населения» «Планеты людей» (по названию одноименной философской повести Антуана де Сент-Экзюпери).

Включая и сыпуче-зыбучие сахарско-каракумские пески, и торосистые северно-ледовитые поля «белого безмолвия».

Нам чем дальше, тем больше становится тесно.

Друг от друга.

Когда друг другу мы становимся по сути если не врагами, то, по меньшей мере, соперниками и конкурентами.

За право стоять на том, где стоим, обеими ногами и дышать тем, чем дышим, обоими легкими, есть и пить хотя бы что-то более или менее пристойное по качеству и приемлемое по количеству.

То есть, Солнца на Земле вроде бы всегда столько же, сколько его и было, но места под Солнцем для каждого стремительно становится все меньше и меньше.

И все – из-за того, «другого», которому тоже хочется этого же места.

Сразу же по обнаружении сего печального факта, он был признан свидетельством крайнего нездоровья, а попросту говоря, болезни общества.

Тут же нашлись рьяные ретивцы взяться ее лечить.

Естественно, доктора.

Либо удостоившиеся этого почетного звания в каких-то науках, либо присвоившие его себе сами.

Первым из них стал доктор Томас Роберт Мальтус, торжественно, громогласно и привселюдно провозгласивший главный тезис своего мальтузианства: катастрофический рост народонаселения может быть остановлен лишь встречными причинами, которые сводятся к нравственному воздержанию или несчастьям (войны, эпидемии, голод).

Угадайте из трех раз: кому из политических деятелей уже в веке XX-м эта идея – как нельзя более кстати – пришлась ко двору, став основой уже не политэкономической теории, а вполне реальной политической практики?

Можете не сомневаться: Вы угадали, точнее – определили – правильно.

Все три раза.

Вторым «лекарем», взявшимся «лечить» «болезнь перенаселения» стал доктор Йозеф Пауль Геббельс.

Свое «лечение» «болезни» он начал с подписанного в 1935-м году им как рейхсминистром пропаганды и образования III-го Рейха приказа сжечь все книги (всего – 1400 наименований) 150-ти авторов, чьи идеи были несовмнестимыми с нацистской идеологией.

Как сказал за сто лет до этого Йоганн Вольфганг Гете, там, тогда и поскольку, где, когда и поскольку начинают жечь книги, очень скоро будут жечь людей.

Что, собственно, и произошло.

В родной для Гете Германии.

И – на захваченной ею территории.

В масштабах и способами, выходящими за пределы восприятия их человеческим разумом.

Еще один «лекарь» «болезни перенаселения» – доктор Эрхард Ветцель стал инициатором и главным разработчиком подписанного

Адольфом Гитлером «Generalplan Ost», согласно которому предусматривалось, в частности:

Уничтожение или изгнание 80–85 % поляков. На территории Польши должны были оставаться только приблизительно 3–4 миллиона человек.

Уничтожение или изгнание 50–75 % чехов (около 3,5 млн. человек). Остальные подлежали онемечиванию.

Уничтожение 50–60 % русских в европейской части Советского Союза, ещё 15–25 % подлежали депортации за Урал.

Уничтожение 30–50 % украинцев и белорусов.

Уничтожение 100 % евреев.

На протяжении всей Второй мировой войны этот план исполнялся. Неукоснительно и с предельной педантичностью.

Профессор психиатрии Альфред Хохе и профессор юриспруденции Карл Биндинг из Фрайбургского университета в своей совместной книге: «Разрешение на уничтожение жизни, недостойной жизни», – писали, что «идиоты не имеют права на существование, их убийство – это праведный и полезный акт».

Доктор Хохе обосновывал утверждение, что некоторые люди – просто балласт, создающий неприятности для других, а также, что, по его словам, немаловажно, и экономические издержки. Он утверждал, что существование обитателей психиатрических учреждений (по его выражению, «балластных существ» и «пуст'oт в оболочке» – лиц, не способных к человеческим чувствам) не имеет смысла и ценности. Его соавтор Карл Биндинг предлагал государству учредить специальные комиссии по умерщвлению людей, недостойных жизни. Эти идеи нашли свое отображение в подписанных лидером III-го Рейха Адольфом Гитлером «мюнхенских законах 1935-го года», в частности, в законе «О сохранении и укреплении наследственного здоровья германской нации», и реализовывались согласно программы: «Т – 4» («Акция Тиргартенштрассе – 4»), – официальное наименование евгенической программы по стерилизации, а в дальнейшем и физическому уничтожению душевнобольных, умственно отсталых и наследственно больных, в том числе – неврозами и косоглазием. Впоследствии в круг лиц, подвергавшихся уничтожению, были включены нетрудоспособные лица (инвалиды, а также болеющие больше 5 лет). Вначале уничтожались только дети до трёх лет, а затем – все возрастные группы.

Вот такие «рецепты» лечения «болезни» под названием «перенаселение» предлагались. И были оценены по их достоинству. Историей. Оценка – даже не «двойка», а – «МИНУС». Большой и жирный. Окончательный и бесповоротный. Ныне же ни один из политических лидеров, если только он не желает совершить над собой политического сэппуку (официальное название того, что в обиходе именуется харакири), к вышеперечисленным «рецептам» не возвращается. И – не вернется. Поскольку никому из них не захочется жертвовать своей карьерой. Да и чего ради? Ради политического сэппуку? Более чем сомнительно. Соответственно, и нам с Вами, уважаемый/уважаемая Читатель/Читательница, придется искать иные рецепты преодоления нарастающей тесноты в Мире Людей, нежели предложенные вышеназванными докторами.

Kunikazu Utagawa. «Seppuku» (1850 y.)

Да, действительно, сегодня нам всем становится все более тесно. И в общественном транспорте и на пляже, на автобане, и в престижной бане, на центрально-городской автостоянке и на приморском бульваре, в грибном лесу и в прибыльном бизнесе. Куда бы мы ни стремились, там уже, как оказывается, занято. Другими. Каждый из которых «глубоко убежден», что желанное многими место должно принадлежать именно ему. Если все пригодные для обитания бывщие необитаемые острова стали сегодня обитаемыми, то задача Настоящего Лидера – направить могучую Силу себя со своей командой на создание новых «островов в океане» (термин заимствован из названия одного из романов Эрнеста Хемингуэя). И сделать каждый из них «Обитаемым Островом» (по названию научно-фантастического романа Аркадия и Бориса Стругацких) как обителью себя со своей дружной и сплоченной командой.

Поделиться с друзьями: