Лидер
Шрифт:
— Мозг в заднице — это очень хитро, — хмыкнул я, лавируя на путях между элементами развалившегося поезда.
Более того, в головах «пассажиров» не всегда даже находились органы, необходимые для взаимодействия с внешним миром. Те же глаза могли быть где угодно. А в большинстве случаев им и вовсе хватало всего одной трети тела, чтобы нормально ориентироваться в пространстве.
Вот только ориентироваться и перемещаться — это не одно и то же. Ты можешь сколько угодно понимать, где находишься и куда надо идти, чтобы достать противника, но как ты это сделаешь, если у тебя нет конечностей?
Опираясь на эту мысль, я и сражался с «пассажирами».
Так и сейчас, вновь прибывший стрелок получил крит, а после метким выстрелом я перебил ему плечевой сустав. С такой травмой поднять свой шотган тот уже не смог. Ну а мне оставалось только добить превратившегося в овощ напичканного аугментациями противника.
— Минус двенадцать, — напарница, как всегда, вела счёт поверженных противников. — Так держать, Константин.
Поначалу всё шло хорошо. Сражаться с местными тварями оказалось гораздо проще, чем с Антошками в первой ментальной локации. Тогда я был совсем зелёным, не имел приличной экипировки и достойного оружия. Сейчас же с легендарным автоматом наперевес, я щёлкал «пассажиров» одного за другим.
Да, из-за системного разброса моя стрельба всё ещё была далека от идеальной. Очень много пуль улетало в никуда. Но, если сравнивать с моими первыми шагами в этом мире, теперь я был чуть ли не лучшим стрелком в системе.
Благодаря аккомодации я лучше видел свои мишени даже без использования оптического прицела. Их фигурки становились крупнее и объёмнее, когда я в них целился. А благодаря прокаченной затылочной доле в такие моменты я мог даже рассмотреть все неприятные детали на их лицах.
Расстояние между мной и врагами было небольшим. Поэтому все снаряды не подвергались влиянию такого внешнего фактора, как ветер. Благодаря этому я мог смело бить прямо туда, где дополненная реальность рисовала перекрестие. А лёгкий щелчок, который я слышал при каждом успешном попадании, подсказывал мне, попала ли пуля во врага.
Ещё я по достоинству оценил трассирующий эффект, полученный вместе со стрелком второго уровня. С подсвеченными пулями я гораздо лучше стал понимать, как ведут себя пули и как стрелять точнее.
А также начал в буквальном смысле видеть те самые капризы системы в виде разброса. Довольно часто мои пули оставляли неестественно изогнанный след света. Словно отклонились из-за очень сильного источника гравитации.
— Суть не только в самом разбросе, — подкинула Айви ещё немного данных о законах системы. — Некоторые существа имеют свой собственный уровень выживаемости. Он складывается из большого количества переменных. Например, у кого-то очень высокий шанс избежать смертельного попадания. У других прокаченная ловкость, из-за чего в них сложнее попасть (особенно если они двигаются). А есть самая банальная удача. Не у всех, конечно, но у некоторых она тоже имеет уровни. Всё это, а также многое другое, и формирует системный разброс.
Выходит, как не «вытачивай резьбу» на своём инструменте, всегда может найтись хитрый гад с перком «не хочу умирать и точка». И эта способность будет помогать выживать, даже если тому запихнуть гранату в глотку.
— Может быть и такое, — согласилась со мной брюнетка.
В дополнение к моим собственным способностям невозможно переоценить и помощь не по-человечески умной Айви. Следуя её визуальным и голосовым подсказкам, я всегда знал, где лучше находиться, в кого стрелять раньше, а кого оставить
на потом.Причём моя прекрасная напарница заметно поднаторела в этом мастерстве. Если раньше она пугалась каждого шороха, то теперь оставалась собранной даже в те моменты, когда «пассажиры» оказывались слишком близко ко мне.
— Я расту вместе с тобой, — засмущалась Айви. — Зачистим эту локацию, и я стану ещё полезнее. И Железяка тоже.
Действуя сообща, какое-то время нам удавалось уничтожать большую часть врагов ещё до того, как они успевали высвободиться из-под металлических завалов. Можно было смело сказать, что я не особо-то и потел.
Но врагов становилось больше. И со временем самые проворные из них всё чаще начали успевать вылезти и броситься в атаку. Некоторых даже приходилось встречать ударами мачете.
— Я лезвие не затуплю об этих жестянок? — задумался я после того, как срубил голову врагу, который разогнался так, что чуть не воткнул в меня руку-копьё.
— Системное оружие портится иначе, — отвечала мне напарница, наблюдая, как я добиваю «Кусторезом» противника. — У каждого изделия есть свой запас прочности. Пока ресурс не опустится до двадцати процентов, поломки не случится. Стрелковое оружие не заклинит и не перегреется. На холодном оружие лезвие не затупиться и не погнётся.
— Ясно, — отстрелив голову выползшему из-под вагона стрелку, произнёс я. — А починить изделие можно как-то? Или придётся менять?
— Разумеется, можно, — кивнула Айви. — Любой ремесленник в лагере на это способен.
Тем временем до станции добрались враги, которых до этого момента скрывала непроглядная темень в тоннелях.
Это были всё те же «пассажиры», изуродованные множеством аугментаций. С тем исключением, что пришедшие из тоннелей отличались апгрейдами, которые, казалось, совсем не подходили для человеческого организма.
У кого-то из них вместо головы могла торчать рельса. У другого были ножницы, вместо рук. Были и такие, которым нижние конечности заменили на ходули.
С появлением новых врагов мне стало заметно сложнее. Я больше не мог последовательно устранять «пассажиров» ещё до начала их атаки. Главная причина — резко возросшее количество быстрых гадов. Последние всё чаще начали связывать меня ближним боем, а стрелки, пользуясь этим, стали гораздо больше стрелять по мне.
— Константин, воспользуйся пистолетом, — подсказала мне Айви, когда я укрылся за колонной между путями. — «Отключатель от системы» умеет вырубать интерфейс. Для этих аугментированных по самое нехочу тварей это будет очень неприятно. Без системных подсказок они, скорее всего, не смогут нормально функционировать. А крит и вовсе может привести к летальным последствиям для них.
Следуя совету напарницы, я закинул ' Вестник воли' за спину и взял в руки пистолет. И первый же выстрел показал мне, что мой старый добрый помощник в данной ситуации справляется гораздо эффективней, нежели новенький автомат.
У «пассажира», получившего пулю в лицо, не взорвалась голова, как это было ранее. Вместо этого он просто прекратил атаку. Да и вообще перестал двигаться. Просто застыл на месте подобно роботу, получившему команду встать в режим ожидания.
Пары секунд, во время которых противник бездействовал, мне хватило, чтобы успеть выключить его окончательно. А затем, перепрыгнув через его упавший на рельсы труп, я устремился в сторону платформы, где на боку лежал пополам разорванный вагон. Айви предложила укрыться за ним от настырных и довольно метких стрелков.