Летняя вьюга
Шрифт:
– Вася со мной. Серёг, ты резерв, и отвечаешь за девчонок. Всё просто – если получится отбить, есть тема, Василий просто здоровее, таскать сможет.
Серый согласно кивнул.
– Всё, разбегаемся. В центр и на вокзал не соваться. По утру снимете квартиры.
– Чекан Григорий Борисович?
– Да. А вы кто?
Мелькнула корка ФСБ.
– Пройдёмте в машину.
– Что это значит?!
– Папа-а!!
– Заткнись и лезь в машину, отэц, бля.
Светлана вновь подбросила иридий на ладони, улыбнулась. Значит, если нейросеть созрела, то… Аспирантка сейчас чувствовала себя Алисой,
– Дашку украли! Уходим! – влетел в холл Джа.
И мир взорвался старшей в лицо.
"Старик Альбертик всё же малость приврал, когда говорил, что с человеческой глупостью по безграничности может сравниться только Вселенная, да и та – вряд ли. Есть ещё одна штука, тех же размеров – человеческая жадность. Не знаю, кто украл Дашку, судя по участию Волчары, грушника, скорее всего наша власть, хотя он мог и поменять хозяев, всё же шестнадцать лет прошло. Но важно другое – решили именно украсть, не убивать. Или убить потом, накрайняк, если уж ничего поиметь не получится… Значит, хотят получить всё и сразу, контролировать силу, которую нельзя обуздать. В принципе. Понятно, ничего хорошего из этого не выйдет. Не успели украсть, как передрались из-за приза. Точь-в-точь, как похитители безделушки с рубином, в "Маугли". И одна из сторон решила меня использовать, зачем-то. Оно, конечно, к лучшему – есть шанс… хотел бы Коля меня подставить или убить, сделал бы это сразу, а не стал бы мутить квесты. Но нахера я ему сдался-то?!"
– Дим. Давай по-честному, – Решился, наконец, идущий рядом мрачный Василий, – Помнишь, ты сказал, что волшебных девушек, в сказках, надо отбивать у злодеев? И сейчас, тоже, "есть тема"? Ты знал что-то?
– Когда я про сказки трепался, нет. Просто совпало. А сейчас…
Мыш обстоятельно рассказал о давнем грозненском знакомом и его роли в происходящих сейчас событиях.
– Дёргает нас за верёвки, как кукол. – Сделал вывод курсант.
– Да. Но если у врагов напряги, нам же лучше. С системой, если у неё всё схвачено, ничего не сделаешь, сжуёт и не подавится, это не кино. А теперь ещё посмотрим, кто у чьих ботфорт, ага…
– И что будем делать?
– Я рацию спрятал. Сейчас погоди тут, сеанс связи через… двадцать пять минут. Получу руководящие указания, хе. Со мной не ходи, мало ли… Не выйду – план два, как договорились.
– Понял.
Василий остался ждать у какого-то недостроя, а Дима быстрым шагом отправился к пустырю. Продолжая анализировать своё собственное поведение в сложившейся ситуации.
"Герой из меня так себе, честно скажем. Не трус, в общем, но и совсем не лыцарь без "С" и "У". А бросить всё и удрать – не могу. Пускай лучше убьют. Что меня мотивирует? С отнятым открытием – разобрались. Мало, не то… Спасти шанс на счастье для всего человечества? Это так, кстати – понимание дашкиной силы обещает всемогущество и, скорее всего, бессмертие для всех людей. А все эти ништяки хочет только для себя загрести элитка, по хребту ей калиткой. Чтобы ещё покрепче всему мировому быдлу, типа, на шею сесть… на кой, только? Получить такую силу, и гонять простых людей – это просто извращённый садизм, ничего больше. Впрочем, это я с точки зрения того самого быдляка рассуждаю, просто неглупого. Мне не понять. Но… опять не то. Хреновый из меня спаситель мира…
Представить на месте Дашки чужую, незнакомую девчонку – и шло бы оно всё, да ехало. Сраная Земляшка катится в сраное говно. Стоять на её пути, в гордом философском одиночестве – пускай другого идиота поищут"
Игорь тащил и тащил за собой Светлану, та безвольно шла к "старому месту" – поросшей карликовой сосной ложбине хребта, образующего мыс Керменчик. Чекан шёл впереди, аккуратно нащупывая дорогу своей тростью. Фонарей не зажигали, опасаясь преследования.
Света молчала – она никак не могла понять, где она и что с ней. Мир вокруг старшей кипел, бурлил, крутился вихрем. Впрочем, не вокруг. Это она была везде – в домах, деревьях, проводах. В холмах, земле, камнях и воздухе, узнавая природные конструкции, много раз пройденные в теории, на занятиях в лицее, институте, при изучении моделирования. Аспирантка вспоминала
названия этих частиц мира, радовалась им, как старым сетевым знакомым, впервые увиденным лично, в реале. Увиденным? Девушка закрыла глаза. Новый мир никуда не делся. Она спокойно могла идти, зажмурившись, впрочем, вокруг и так было темно. Вселенная Светланы была большой, но вполне конечной. С каждым шагом она нарастала впереди, и такая же часть пропадала сзади. Это было здорово, но всё портили страх и тревога – старшая помнила, что сестрёнку украли. И сейчас охотятся и на неё, на деда и на Игоря.– Всё, пришли. Будем ждать здесь. – Джа уселся на камень, положил рядом выключенные сотовые, – Аккумы я все вынул, мало ли… смартфоны штука хитрая.
Именно на этом месте Дашка сотворяла кристалл "машины судного дня". А сейчас сестры не было. Вполне возможно, что и в живых – такую угрозу надо устранять сразу, если "хозяева жизни" хоть на грош адекватны. Старшая ощутила прилив злобы – если Рыжик убита, то…
Мир пришёл в себя. Стал тёмным и прохладным. И покорным её воле. Светлана аккуратно подтолкнула мириады "мячиков", сдвоенных и одинарных, к склону холма. Уже понимая, что происходит, чувствуя свою силу и стараясь не "наломать дров". По округе пронёсся порыв ветра.
Уже подходя к своему тайнику, Мыш наконец понял, что гонит его вперёд, вполне возможно, что навстречу гибели. Это чувство не имело никакого отношения к высоким материям и философским построениям, было звериным, "мохнатым". И совершенно непреодолимым. Шумное рыжее чудо природы, прежде всего, было ребёнком. Детёнышем, которого утащили чужие. За детёныша из своей стаи, пусть и не твоего собственного, чужакам надо вцепляться в глотку, и рвать, рвать, не обращая внимания на свои раны… или хотя бы умереть в этом последнем прыжке, целясь в горло. Это даже не долг, это биологическая роль зрелого, матёрого самца, никак не замутнённая цивилизацией.
"Ты сколько угодно можешь быть треплом, трусом, если речь о чём-то более длительном и морально напряжном, чем драка в кабаке… но если ты сейчас не прыгнул на вражину – ты был и есть никто, и звать тебя никак. И лучше было бы тебе вообще не рождаться"
Стало спокойнее. Но ненадолго – мысли повернулись к родителям и брату. Вот уж кому прилетит совершенно ни за что…
"Возьмут в заложники? Вряд ли, конечно, но мало ли какая моча вдарит в голову перестремавшейся элитке. Не предупредить… Но если вытащить Дарью – хрен они нам всем что сделают. Самые крутые голливудские "люди икс" – ясельная группа по сравнению с разъярённой феей Максвелла, правильно вчера Вася сказал. Главное – её вовремя разбудить. Как в сказке. Квест, где мне помогает, по каким-то своим соображениям, дружественная нечисть – Волчара. Задания даёт. Романтичненько, чё"
Хотя основная операция увенчалась успехом, чистой победы не получилось. Нельзя сказать, что Шалимов был недоволен результатами, но ситуация внушала ему некоторое беспокойство. Не удалось отловить никого из основных фигурантов – сотрудников лаборатории, да и вообще кого- либо из всей отдыхающей компании. За исключением Григория Чекана, "принятого" прямо в питерском аэропорту Пулково, вместе с детьми.
У обеих вспомогательных групп всё сразу пошло вкривь и вкось. Частично в этом был виноват тихий саботаж Волкова, преследующего свои цели, а частично – просто цепь случайностей.
Жертвой этих обстоятельств пала верная овчарка Наида, одолженная Светланой у козихиной сестры. На свою погибель собака была натаскана не лаять, а тихо сидеть в засаде. Старший группы "дача" был вынужден застрелить псину из пистолета с глушителем. Но её сопротивление оказалось отнюдь не бесполезным. Передав профессору сообщение Мыша, Элла Геннадьевна, помня о предостережении, немедленно удалилась. Только не домой, а к соседке. Пенсионерки, расположившись у окна и предусмотрительно погасив свет, решили понаблюдать за двором москвичей. И любопытство библиотекарши и её подруги оказалось полностью вознаграждено. Увидев, как трое мрачных личностей, расправившись с собакой, взломали дверь, и возмутившись творящимся беспределом, тётки немедленно вызвали милицию. Естественно, по телефону, благоразумно не высовываясь во двор.