Летающие колдуны
Шрифт:
Но ведь кукольник имеет еще одну голову!
Луи бросился к Нессу. Тила протянула ему свой шарфик. Он вырвал его из рук, наклонился, чтобы не наткнуться на нить, и повалил кукольника на землю.
Луи крепко перетянул шею Несса. А тот широко открытым глазом всматривался в место, где еще недавно находилась его голова, затем глаз закрылся, и Несс потерял сознание…
Луи взвалил Несса на плечи и тяжело побежал вслед за Странником, который был готов проложить дорогу среди врагов. Но туземцы отступали.
Тила бежала следом за Луи. Последним
Зачем?
У Луи не было времени на размышления. Он тяжело поднимался по ступенькам, и ему казалось, что кукольник становится все тяжелее. Луи положил Несса около его скутера, вытащил прибор «диагностик» и приложил его к шее. Через несколько секунд из регенератора питания выскочил длинный, гибкий провод и вонзился в вену на шее Несса. Выглядело это довольно жутковато, и Луи вздрогнул… Внутривенное питание. Очевидно, кукольник был еще жив.
«Невозможный» был уже в воздухе. Внимание Луи было поглощено Нессом, и он даже пропустил момент старта. Говорящий сидел на платформе, что-то осторожно сжимая в руке.
— Как Несс? — спросил он. — Жив?
— Да. Но он потерял много крови. — Луи присел около кзина. Силы почти оставили его. — Ты не знаешь, у кукольников бывает шок?
— Откуда я могу знать? — Кзин размышлял совершенно о другом. — А как ты думаешь, этот случай — тоже результат действия счастья Тилы Браун?
— Мне так кажется.
— Но почему? Как она может воспользоваться тем, что случилось с Нессом?
— Ты должен посмотреть на это моими глазами, — сказал Луи. — Когда я ее встретил, она была такая… такая примитивная. Она не знала, что такое боль. Ее личность не была личностью человека…
— Но почему это плохо?
— Потому, что она должна стать человеком, прежде чем Несс вырастит из нее бога по своему образу и подобию. Она является таким существом, каким бы хотел стать кукольник. С ней не может произойти несчастье. Все, что случится с ней, случится только для ее блага.
Именно поэтому она и оказалась здесь. На Кольце она научилась переживать боль, радость, опасность — научилась быть человеком. Сомневаюсь, что есть такие, как она, иначе они тоже оказались бы на «Обманщике».
Хотя… может быть, их тысячи. Как только они поймут силу своего могущества, начнут происходить странные дела. Чудеса! И нам придется уступить им дорогу.
— Что будем делать с головой пожирателя листьев? — спросил вдруг кзин.
— Она никого не жалела, — продолжал Луи. — Поэтому не могла увидеть, что ее приятелю грозит смерть.
— Я не понимаю.
— В процессе взросления человек начинает понимать ограниченность своих возможностей. Поэтому Тила не могла стать взрослой, пока не столкнулась лицом к лицу с физической опасностью.
— Вероятно, это свойственно только людям, — признался кзин в собственной беспомощности и отсутствии понимания.
Луи все пытался догадаться, что это так осторожно
держит в руках кзин?— Что это у тебя?
Говорящий показал, что он держит.
— Не прикасайся! Может отрезать пальцы!
Это была удлиненная ручка, расширяющаяся на одном конце и более узкая на другом, постепенно переходящем в тонкую черную нить.
— Я сообразил, что туземцы каким-то образом сумели устроить ловушку, и вернулся посмотреть на нее. Они просто нашли конец нити. Вероятно, этим концом она крепилась к прямоугольнику. Наше счастье, что мы нашли ее.
— Разумеется. Теперь можем тянуть нить за собой.
— А куда мы летим, Луи?
— Возвращаемся к «Обманщику».
— Да, конечно, надо спасать Несса. А потом? — поинтересовался Говорящий.
— Увидим…
Луи оставил Говорящего на платформе, а сам пошел за сверхтвердым пластиком. С его помощью конец нити удалось прикрепить к стене. Через некоторое время пластик застыл, и кзин смог, наконец, покинуть свой пост.
Тилу, Странника и Прилл они нашли в рубке.
— Мы направляемся в другую сторону, — говорила Тила. — Эта женщина говорит, что может подлететь к Небу, а мы заберемся туда через выбитое окно.
— Ну, и что дальше? Мы не сдвинем его с места.
— Странник говорит, что сможет. Я уверена, что он справится. Луи перестал возражать. Он понял, что лучше всего сойти с ее дороги, как уходят с дороги резвящегося бондершатца.
— Если вы сможете сдвинуть здание с места, — сказал он, — просто нажми любую кнопку, и все.
— Запомню, — усмехнулась Тила. — Ухаживайте за Нессом. Через двадцать минут Тила вместе со Странником покидали «Невозможный». Луи не промолвил ни слова.
Тело кукольника остывало, и через несколько часов стало холодным, как труп. Однако огоньки на панели прибора первой помощи продолжали перемигиваться.
«Невозможный» продолжал путь, за ним тянулась нить, которая то натягивалась, то повисала. Десятки, а может, и сотни зданий рухнули на землю, перерезанные невидимым ножом.
Прилл все время находилась около Несса. Она не могла ничем помочь ему, но и уйти не хотела.
— Надо что-то сделать для нее, — сказал Луи. — Она стала невольницей таспа и сейчас, когда таспа нет, может покончить с собой, убить Несса или меня!
— Чем же я могу тебе помочь? — спросил кзин.
— Вероятнее всего, ничем.
Луи пробовал разговаривать с Прилл, он знал, что человеку становится легче, когда он выговорится, но, во-первых, он плохо знал язык, а во-вторых, Прилл не желала разговаривать.
И все же постепенно он учился языку, а Прилл начинала его слушать. Он рассказывал ей о Тиле, о Нессе, о гамбите Бога…
— Я на самом деле думала, что я — богиня, — сказала Прилл. — На самом деле… Не знаю, почему. Ведь это не я строила Кольцо. Оно намного старше меня.
— Так тебе говорили.
— Но я и сама это чувствовала.