Лепила. Книга третья
Шрифт:
Повернувшись ко мне, маг попросил:
— Майк, можно твой фургон использовать как прикрытие?
— Хочешь заодно визуальную разведку провести? — уточнил я.
— Угадал. А еще, если зеленомордые решат посчитаться с санитарной командой, отсюда их прикрыть будет сложно, у тебя же эта железная штука имеется, как ты ее назвал, пулемет?
— Хорошо, едем, — ответил я, чуть подумав.
Вылазка прошла как-то буднично и без каких-либо эксцессов. Потеряв разом все верховное руководство, южные варвары отошли от ПВД, по крайней мере, в пределах ближайшей мили я не наблюдал ни одного живого орка. Фургон выехал за пределы полосы отчуждения, стрелковое отделение легионеров на крыше машины под командованием Мило внимательно осматривало окрестности
Когда мы вернулись в лагерь, внутренняя территория там уже была избавлена от трупов, отправившихся в ту же реку, немногочисленных же уцелевших ренегатов успели вдумчиво поспрашивать, да и отправили плавать следом за остальными. Мило убежал на совещание к майору вместе с отделением стрелков, что было придано нам в усиление на время вылазки за территорию. Я же откровенно тупил, сидя на крыше фургона в тени навеса, потягивая из кружки через соломинку местный зеленый сок со вкусом граната и запахом мелиссы. Редкие мысли пугались эха в пустой голове и сбегали в неизвестном направлении. Вокруг творилась непонятная суета, шатры орочьих племен переставлялись с места на место, группы легионеров и орков то выезжали за территорию, то возвращались обратно, я же все сидел и бездумно на это все взирал. Сок в кружке периодически заканчивался, но кто-то из братьев немедленно наполнял ее из стоящей рядом тыквенной бутыли. Вывел меня из этого состояния прострации звонок амулета связи.
— Как ты, любимый? — от голоса Орани на душе сразу потеплело. — Мне приснилось, что тебя убили!
— Все хорошо, маленькая, — ответил я с нежностью в голосе. — Ты сама-то как? Никто не обижает? А то я ведь приеду и сам обижу!
— У тебя точно все в порядке? — подозрительно спросила она.
— Точно-точно! Даже не сомневайся! Но ты так и не ответила, что там и как у тебя.
— Нормально все, — ответила Орани таким тоном, что стало ясно, что там далеко не все нормально.
— Ты совершенно не умеешь врать, — я грустно констатировал факт. — Давай, рассказывай, что там случилось!
— Брат твой уезжает, договорились они. Кого мне теперь спрашивать совета?
— Так, давай разберем твою проблему, — я попробовал повернуть разговор в конструктивную сторону. — Попробуй своими словами объяснить, что именно тебе поручили делать.
— Ну… — замялась она, — мне поручили заняться разведением лошадей на продажу. Организовать это все как-то…
— Другими словами, тебе надо, чтобы сначала лошадей вырастили, а потом продали и принесли деньги племени, так?
— Ну да.
— Тогда здесь не одна, а две задачи. С продажами все просто: племя ведь до сих пор никогда лошадьми массово не торговало, да?
— Не торговало.
— Значит, и не надо напрямую торговать. Договорись с кем-то в Харе, чтобы представлял интересы племени за разумный процент. А еще лучше с Хармином договорись, лишняя конкуренция тут не нужна.
— В смысле, с Хармином договориться? — удивилась Орани.
— В прямом. Их племя лошадей растит, вы будете тоже растить. Договорись, кто и какие породы будет разводить, чтобы друг другу торговлю не портили, да и продавать лучше вместе, чтобы ушлые торговцы цены не сбивали
— Я подумаю, — девушка явно озадачилась. — А с разведением что делать?
— Тут еще проще. Вы ведь для себя лошадей растите? Растите. Вот и возьми себе в помощники самых толковых коневодов. Будут упираться — иди к отцу. Ты пойми, одна ты все равно ничего не сможешь сделать, надо создать организацию. Набери помощников и передай им часть своих обязанностей, только поговори
сначала с отцом, кто и на что может здесь рассчитывать. Нехорошо давать обещания, которые не сможешь исполнить.— Да кто меня будет слушать!
— Любимая, ты ведь не сама по себе, а выполняешь волю вождя. И тебя не слушать в данном случае означает идти против воли твоего отца. Не знаю, как у вас, а в племени у Хармина за такое недолго и головы лишиться. Просто постарайся это спокойно донести до сомневающихся. И обязательно поговори с отцом, хорошо?
— Хорошо, — сказала Орани, потом, чуть подумав, добавила: — Ты у меня такой умный! Сразу и проблему понял, и как ее решить объяснил. Я тебя так люблю!
— Я без тебя тоже жить не могу, — ответил я истинную правду. Пора заканчивать наш анабасис и двигать домой, здесь идет не моя война.
— Командир, тут к тебе пришли, — раздался голос Ная снизу.
— Любимая, извини, тут снова дела, — сказал я в амулет связи.
— Жить без тебя не могу, — ответила Орани. — Не вздумай там умереть, а то своими руками убью!
— Обещаю скоро вернуться, — успокоил я ее. — Спокойной ночи!
— Возвращайся быстрее! — попрощалась Орани и отключила связь.
У дверей фургона переминался с ноги на ногу посыльный, рядовой из взвода лейтенанта Увера.
— Здорово, служивый, — поприветствовал я его. — С какими новостями прибыл?
— Пакет тебе, Док, — ответил тот, протягивая запечатанный конверт с батальонной печатью. Ну-ка, посмотрим, чего от меня хочет майор. Быстро пробежав глазами три строчки текста, я ответил посыльному:
— Передай, что я приду.
Глава 7
Посыльный поклонился и пошел к воротам на легионскую половину, стараясь держаться в тени шатров, утреннее солнце вовсю припекало. В письме майор приглашал меня на обед, где также будет присутствовать весь офицерский состав батальона. Забивать голову догадками, зачем и почему ему это понадобилось, откровенно не хотелось, сам скажет, пока же я спустился вниз, прошел на кухню и хлебнул прямо из турки остатки давно остывшей кавы, стараясь не обращать внимание на попавшие в рот остатки зерен. Взбодрился, после чего слегка вздрючил Хрула, что был сейчас дневальным, за не вымытую посуду. От былой апатии не осталось и следа, и я решил провести оставшиеся до обеда два с лишним часа с пользой. Вынув из самодельного засыпного сейфа лэптоп с блоком питания, я полез на крышу фургона. Ну как сейфа, металлического ящика с двойными стенками, с засыпанным кварцевым песком простенком, еще и защищенным всеми известными мне защитными плетениями, содержимое его уцелело бы даже сдетонируй разом весь наш боекомплект.
Солнечная батарея блока питания была развернута и положена поверх навеса прямо под жаркие лучи местного светила, кабель от нее воткнулся в гнездо лэптопа, на котором сразу засветился оранжевый светодиод зарядки. Отлично! Полезная штука эти полевые блоки питания, в Африке такие были практически у всех, кто шатался с электронной техникой вне крупных городов, вот и я себе такой завел. Лэптоп зажужжал диском и вентилятором запускаясь, его батарея почти не разрядилась за несколько месяцев в стазис-поле, что радовало. Но вот операционная система загрузилась, можно начинать работать.
Бредя под палящим полуденным солнцем к палатке майора, я пытался уложить в голове прочитанное за эти пару часов. Среди закачанного на лэптоп были и статьи по иммунологии, и по молекулярной биологии, и по генетике, и много еще чего интересного, читать — не пречитать. Были там и химические формулы антигенов, чекпойнтов и прочих рецепторов, от которых можно было отталкиваться. Пусть это не решало мою проблему окончательно, зато было отличным стартом для собственных исследований, самому получить этот колоссальный объем информации, даже с использованием всего арсенала магии жизни, не удалось бы даже за долгую жизнь мага. Теперь нужно модифицировать поисковые плетения так, чтобы они находили и выделяли нужные мне молекулы, но это уже рутина. Несколько дней в лаборатории, чтобы никто не мешал работать, и всего делов. Но вот и палатка майора, даже докладывать о прибытии не надо, вон он сам на входе стоит.