Лепестки под снегом
Шрифт:
— …издалека я, из города, — говорил купец. — Доставляю товары, письма передаю.
Он достал из своей сумки два конверта, сложенные аккуратно, перевязанные простой верёвочкой.
— Вот, сказали передать.
Анна задержала дыхание.
Письма.
Один пергамент был запечатан красным сургучом – письмо для Александра.
Второй был менее формальным, но тоже запечатан тщательно – для неё.
Анна взяла письмо, чувствуя, как её пальцы дрожат.
Она знала этот почерк.
Графиня Орлова.
Её тело напряглось, сердце гулко застучало
Она подняла взгляд на Александра, но он уже смотрел на неё. Его глаза были холодными и настороженными.
Когда купец ушёл, оставив письма, Александр повернулся к Анне.
— Она опять пытается вернуть меня, — сказал он тихо, сдержанно.
В его голосе не было ни гнева, ни страха. Просто усталость.
Анна сжала письмо в ладонях.
— Ты откроешь его?
Александр покачал головой.
— Зачем? Я знаю, что там. Угрозы, просьбы, лживые слова.
Анна встретилась с его взглядом.
— Ты ведь не можешь быть уверен.
Он сжал челюсти, затем выдохнул.
— А ты?
Анна заколебалась. Она боялась узнать, что графиня написала ей.
Что если это оскорбления?
Или ложные уговоры?
Или…
Что-то, что заставит её усомниться в своём выборе?
Но в глубине души она знала, что должна прочитать это письмо. Она хоть раз в жизни хотела услышать, что скажет графиня, когда у неё больше нет власти над ней.
Анна глубоко вдохнула.
— Давай откроем их вместе.
Александр замер, а затем медленно кивнул.
Он протянул руку, взял её ладонь в свою, сжимая слегка, будто напоминая, что она не одна.
— Хорошо.
Анна кивнула, сжав в пальцах конверт.
Её сердце стучало гулко.
Что же скажет прошлое, заглянувшее в их новую жизнь?
В доме было тихо. Только пламя свечи лениво колыхалось в воздухе, отбрасывая золотистые отблески на стены. Анна сидела за столом, руки сжимали письмо. Напротив неё Александр неспешно, но твёрдо разрывал сургучную печать.
На его лице не было эмоций – ни страха, ни злости. Только усталость человека, который слишком долго боролся с прошлым. Письмо развернулось мягким шелестом, и Александр начал читать.
Письмо графини.
"Сын мой."
"Я долго думала, стоит ли мне писать это письмо. Я знаю, что ты не хочешь его читать, но если всё же читаешь – знай: я не жду твоего прощения."
"Я потеряла тебя ещё до того, как ты ушёл."
"Я думала, что защищаю нашу семью. Думала, что делаю правильный выбор. Но, кажется, я ошиблась."
"Ты был для меня наследником, гордостью, будущим нашей фамилии. Но ты выбрал другое будущее. Я не понимаю его, но… я признаю его."
"Я не могу быть рядом, но, если бы могла вернуть время назад… возможно, я поступила бы иначе."
"Я знаю, что ты не простишь меня. Но знай – я не желаю тебе зла."
"Графиня Орлова."
Анна молча смотрела на него, ожидая реакции. Но Александр не дрогнул. Он медленно сложил письмо, затем взял свечу и поднёс к краю бумаги. Огонь заплясал, охватывая пергамент.
Анна прикрыла рот ладонью, наблюдая, как письмо сгорает, превращаясь в пепел.
— Ты… — прошептала она.
Александр поднял на неё спокойный взгляд.
— Теперь это больше не имеет значения.
Анна не знала, что сказать. Она ждала гнева, боли, хоть какого-то возмущения. Но он просто был свободен.
Окончательно и бесповоротно.
Комната была наполнена тишиной. Только пламя свечи лениво дрожало, отбрасывая тёплый свет на деревянные стены.
Анна сжимала письмо в руках, её пальцы дрожали, хотя она не хотела этого показывать. Она глубоко вдохнула, пытаясь успокоить себя. Но что-то внутри сжималось от тревоги. Графиня Орлова никогда не писала ей писем.
Зачем она это сделала сейчас?
Александр молчал, наблюдая за ней с той самой непроницаемой сосредоточенностью, которую он всегда сохранял в моменты, когда эмоции могли взять верх.
— Ты можешь не читать, — сказал он тихо.
Анна перевела на него взгляд.
— Но я хочу, — прошептала она.
Она разорвала печать и развернула письмо.
Письмо от графини
"Анна."
"Когда ты ушла, я думала, что больше никогда не увижу в тебе ничего, кроме предательства."
"Ты была в моём доме. Ты должна была оставаться там, воспитывать детей, не мечтая о том, что никогда не принадлежало тебе."
"Но, видимо, я тоже ошибалась."
"Ты не разрушила моего сына. Ты не сделала его слабым. Напротив – ты заставила его быть тем, кем он всегда хотел быть."
"Я не могу принять этот выбор, но я признаю его."
"А потому я оставляю тебе то, что было твоим при жизни в моём доме."
"Ты думала, что была лишь гувернанткой? Но теперь ты хозяйка."
"Дом, в котором ты жила, теперь принадлежит тебе."
"Он записан на твоё имя. Останется за тобой и твоей семьёй."
"Считай это моим последним даром – или последним прощанием."
"Графиня Орлова."
Анна замерла. Слова прыгали перед глазами, но их смысл не сразу доходил до неё.
Графиня…
Оставила ей дом?
Александр поднялся из-за стола, заглянул в письмо через её плечо.
— Она что, действительно…
Анна не ответила. Она всё ещё пыталась осознать это.