Чтение онлайн

– Я дам тебе почитать очень хорошую книгу. Руководство Накаямы и Дрэгера, основоположников современного карате.

– Да? А может, ты сам ее занесешь мне? – предложила Вера. – Завтра, например, ближе к вечеру. Мама будет очень рада.

Мама! Неплохо, конечно, звучит. Но как насчет нее самой?

– Завтра вечером я буду занят. – Никите предстоял бой в клубе, не первый, но и не последний.

Вера об этих боях ничего не знала. А противник на этот раз у Никиты был серьезный, в прошлом чемпион России среди юниоров по боксу. Бокс против карате? Ничего похожего, одернул себя Никита. Скорее уличная драка без правил. Честно говоря, ему

стал здорово надоедать рев очумевшей толпы, жаждущей зрелищ и запретных удовольствий, закулисные игры, тотализатор, в ставках которого он ничего не понимал. Никите претили правила этой игры, но он вынужден был их принимать, потому что знал одну простую вещь – кто платит, тот и заказывает музыку.

– О чем задумался? – спросила Вера.

И может быть, оттого, что она так неожиданно нарушила ход его мыслей, Никита вдруг сказал:

– Знаешь, завтра мне предстоит довольно трудное дело, может, ты поцелуешь меня на удачу.

Ну вот, шли, шли, а тут внезапно остановились.

– Ты шутишь, да? – после паузы спросила Вера.

– Нет, я серьезен как никогда, – ответил Никита, вглядываясь в ее расширенные, изумленные глаза. Некоторые реакции трудно скрыть. Она в него влюблена! А он сам? Еще минуту назад он и думать не думал об этом, а сейчас ему казалось, что для него нет ничего важнее этого поцелуя. – Поцелуй меня! В губы, – снова попросил он, но уже более требовательно.

Наверное, он обладал какой-то магической силой, потому что Вера, отбросив все сомнения, потянулась к нему, прижалась к его рту плотно сжатыми губами и – вот досада! – почти сразу же отстранилась.

– Не знаю, что тебе предстоит, но от всей души желаю, чтобы удача была на твоей стороне, – просто и искренне сказала Вера и сделала попытку убрать руки с его плеч.

Никита не позволил ей этого сделать.

– Подожди. – Он поймал ее в кольцо своих рук. – Ты можешь ответить мне на один вопрос? Всего на один. В тот день, когда я тебя фотографировал, помнишь?

Вера опустила голову и произнесла еле слышно:

– Помню.

– Что ты тогда себе представила? Только честно… – взволнованно сказал Никита. От ее ответа зависело многое… Все! Он уже давно перестал размышлять над тем, каким образом успел подойти к той черте, когда много приятных мелочей перерастает в неодолимое влечение, когда становится необходимым видеть эти задумчивые глаза, слышать этот влекущий смех. Главное заключалось в том, что с ним это случилось, и от этого уже никуда не уйти. – Что же ты молчишь?

– Я… – Вера потерянно пожала плечами, но тут же, словно решившись быть честной до конца, подняла голову и глубоко заглянула ему в глаза: – Я представила себе, как ты меня целуешь. Мне было очень хорошо, очень! – почти с вызовом сказала она и добавила обиженным тоном: – А теперь можешь считать меня дурочкой.

– Дурочкой?! Глупышка!

Подчиняясь внутреннему порыву, Никита наклонил голову и нашел ее губы. На этот раз они целовались по-настоящему, потому что им этого хотелось, потому что так чувствовали их сердца, потому что они шли к этому день за днем и еще потому, что это рано или поздно должно было случиться.

– Это было так, как ты себе представляла? – спросил он, после того как с неохотой оторвался от ее губ.

Вера зарылась лицом в его рубашку.

– Еще лучше. – Теплое дыхание коснулось его груди, проникло в сердце.

И Никита вдруг ощутил жгучую нежность. И в то же время им овладело собственническое чувство. Он коснулся губами

стриженой макушки и замер, а она еще теснее прижалась к нему.

Вероятно, они могли бы простоять так целую вечность, если бы не случайность. Неподалеку притормозили соседские «Жигули», послышались голоса. И Вера поспешила отстраниться. Никита ее не осуждал. Она не из тех, кто будет всем и каждому открывать свои чувства. Да и он не любитель работать на публику. Однако, когда они входили в подъезд, Никита уверенно обнимал Веру. А в лифте они уже вовсю целовались!

Вера сидела на скамейке во дворе и ругала себя на чем свет стоит. Вот раззява, растяпа, забывчивая дуреха! И все потому, что, отправляясь сегодня в институт, она положила в сумочку все – и ингалятор, и кошелек, и мобильник, и косметичку, и упаковку бумажных носовых платков, и проездной, в общем, она положила все, кроме ключей от квартиры. И вот результат. Маме она дозвониться не может, Никиты пока дома нет, уже темнеет, а она не знает, что же ей предпринять. Куда отправиться, чтобы скоротать время. Может, в кино или к Лизе? Подружка, скорее всего, с Кириллом. А в кино без Никиты идти не хотелось. После того первого поцелуя их отношения превратились в реальность, в которую Вере до сих пор верилось с трудом.

– Эй, милая барышня, вы, случайно, не меня дожидаетесь?

Никита!

Вера вскочила, бросилась к нему навстречу. Он подхватил ее, закружил, а потом поцеловал в губы – легко, по-дружески, но ее сердце все равно застучало о грудную клетку с удесятеренной силой.

– Ты что это здесь сидишь в тонюсеньком свитерочке? Простыть хочешь? – строго спросил он, ставя ее на ноги.

– Нет, не хочу. Я ключи от квартиры забыла. Маме на работу звоню, никто трубку не берет. И мобильник, кажется, отключен. И у тебя отключен.

– У меня денежки почти на нуле, а карточка на глаза сегодня как-то не попалась. Все равно странно, что ты не смогла мне дозвониться. Входящие-то он должен принимать. Слушай, может, у «Билайна» сбой в сети?

– Все может быть. А куда ты меня ведешь?

– К себе, куда же еще! – Никита вел ее к подъезду, обнимая за плечо. В другой руке он держал спортивную сумку. – Сейчас мы будем ужинать. Есть хочешь?

– Хочу!

– Кстати, у меня в сумке есть парочка бутылок «Клинского».

– Ага! Карточка, чтобы зарядить телефон, тебе, значит, на глаза не попалась, а пиво попалось! – рассмеялась Вера, потянулась, чтобы обнять Никиту за талию, и почувствовала, как он напрягся.

– Ты что?

– Ничего, спину на днях потянул на тренировке. Уже проходит.

А потом они ужинали, смотрели видак, целовались, позабыв обо всем на свете.

После одного из таких жарких поцелуев Вера бережно провела подушечкой пальца по едва заметному шраму на щеке:

– Это у тебя откуда?

– Осколки гранаты, – неохотно ответил Никита.

Вере очень хотелось поцеловать этот шрам, а может быть, взять и признаться Никите в любви. Она его так любила, что иногда самой становилось страшно. Но, разумеется, у нее не хватило смелости рассказать ему о своих чувствах.

– А давай попьем кофейку, – предложила она вместо слов признания, просившихся на язык.

– Давай, – согласился Никита. Его голова удобно лежала на ее коленях, а глаза были устремлены на экран монитора, но он быстро занял вертикальное положение, хотя слегка и поморщился при этом. Из-за спины, поняла Вера и услышала: – Я тебе помогу.