Чтение онлайн

–Что передать гонцу?– напомнил о себе воин.

–Скажи ему, пусть передаст своему господину, чтобы тот дождался Иробэ, старый демон уже в часе пути отсюда, и только тогда я приму их! Но, только их двоих! Если они не согласятся на эти условия, то пусть убираются в Дзигоку!– с самодовольной улыбкой прокричал Шигенага и коротко хохотнул, довольный своими словами.

Воин тут же удалился исполнять поручение, а юный Хондзё продолжил наблюдать за передвижением незваных гостей. Он не совсем понимал, что хотят от него эти двое, ведь он был в своём праве, истинный наследник клана. Возможно, они не собираются мириться со смертью Огавы и хотят отомстить, или же решили подмять нового союзника под себя, ввиду его неопытности и юности.

–Что

***

Аюкава, ровно как и Иробэ, не пожелали отправляться в замок Хондзё в одиночку. Но юный хозяин замка, после двух часов переговоров, с помощью посыльных, изменил своё решение и решил встретить гостей у главных ворот замка. Переговоры, должны были состояться на деревянном мосту, перекинутому через глубокий и широкий ров, прямо посередине. Аюкава и Иробэ восседали на складных стульчиках, устланных звериными шкурами. Рядом с ними, по обе стороны, стояли верные самураи, готовые в любой момент прикрыть своих хозяев. Эта встреча была не менее рискованной, чем, если бы они вдвоём отправились в замок, ведь со стен их свободно могли утыкать стрелами лучники Хондзё. Причём, почти в упор. Но, здесь, в случае недобрых намерений юного хозяина замка, у старых вояк был шанс спастись. Маленький, но он был.

Шигенага появился после того, как его гости благополучно устроились под прицелами его лучников. Юный Хондзё вышел в доспехах и при оружии. Разве что голову его прикрывал не шлем, а узкая полоска хатимаки с нашитой металлической пластиной. Сопровождало его семь человек, тоже в полном вооружении. Хондзё и гости поклонились друг другу и снова уселись на свои стулья.

–И так, что вы хотите?– Шигенага лукаво ухмыльнулся.– Только не говорите, что прибыли засвидетельствовать своё почтение, в сопровождении вооружённой армии, в это даже не поверила бы моя лошадь.

–Да он издевается!– разъярённо выкрикнул Аюкава и посмотрел на Иробэ.

Кацунага, в свои пятьдесят восемь, перестал взрываться по всяким пустякам и стал более сдержанным и рассудительным. Тем более, если его провоцирует какой-то юнец, едва оторвавшийся от кормящей его груди. Он спокойно, не отрывая глаз, изучающе смотрел на Шигенагу из-под густых бровей. Иробэ напоминал гору, вершину которой изрядно усыпало снежной сединой. Его густая борода падала на нагрудный панцирь, а плечи были широко расставлены, показывая свою непоколебимость. Он молчал.

Аюкава понял, что от Иробэ не дождёшься слов, возмущённо глянул на своего племянника:

–Зачем ты убил Огаву? Кто позволил тебе вершить самоуправство? Ты…

– Во-первых; если вы, дядя, забыли этикет, то я с удовольствием вам напомню, что обращаться к равному нужно с уважением.– перебив, иронично, как можно медленнее, подчёркивая каждое слово, вымолвил Шигенага.– Или древние воины не знали, как нужно разговаривать? Может, они вообще не умели говорить и только мычали, подобно тягловым быкам?– Киёнага аж побагровел от переполняющей его ярости и, хотел было встать, схватившись за меч, но Шигенага вытянул вперёд руку, предостерегающе покачав пальцем и продолжил. – Во-вторых; я Хондзё Ядзиро Шигенага, настоящий владелец этих земель и, по положению своему, стою выше вас. Отсюда следует, что вы, должны обращаться ко мне не как к равному, а как к вышестоящему, а ещё лучше, как к своему господину.

Казалось, Аюкава взорвётся от переполняющей его злости и, в конце концов, схватиться за меч, но даже он, не отличающийся невозмутимостью, следуя примеру Иробэ, с большими усилиями подавил ярость.

– Шигенага-сан,– сквозь зубы процедил Киёнага.– Зачем вы убили Огаву?

–Известное дело!– развеселился Хондзё, нагло глядя на своего дядю.– Он убил моего отца, а я убил его, и всю его семью.

– Но это были лишь слухи.– гнев не оставлял Аюкаву, но он держался.– Всем известно, что

– Даже не смей говорить так!– снова оборвал его Шигенага.– Огава, перед смертью сознался в своём предательстве. Мои воины тому свидетели.– юный Хондзё пересказал Аюкаве и Иробэ предсмертные слова Нагасукэ. Киёнага был обескуражен от услышанного, а Кацунага оставался всё той же, недвижимой горой.

– Так, что вы хотите?– повторил первоначальный вопрос Шигенага.– Я слышал, что вы Киёнага-сан, тоже причастны к смерти моего отца. Косвенно, конечно, но это не меняет вашей вины.

–О чём ты… вы говорите?– гнев Аюкавы немного поубавился, но он всё равно был в ярости от нахального поведения юного Хондзё.– Я спас вашу мать от гибели, позволив вам родиться, и присматривал за вами, пока вы росли.

– Моя мать обычная шлюха!– не выдержал Шигенага.– Она такая же предательница, как и ты!– теперь пришла очередь юноши хвататься за меч, но тут встрял Иробэ.

–А ну хватит!– раздался сильный голос. – Первый,– ребёнок решил поиграть в господина, а второй,– опытный воин, забывший, что он взрослый!– укорил обоих Кацунага.– Киёнага, угомонись! Твои слова только разжигают огонь в сердце этого мальчишки.– Шигенага привстал, собираясь возразить, мол – «кто тут ребёнок?». Но грозный вид Иробэ, заставил его присесть. И, тем не менее, Хондзё оставался на стороже. Он уважал Кацунагу, как воина и был бы рад иметь такого союзника, но они, пока, были по разные стороны. Кацунага продолжил.– Я не собираюсь слушать здесь ваши склоки и разрешу ситуацию так: Ты, Шигенага-кун, поступил правильно, отомстив за отца и выбив из Огавы признание. К тому же, у тебя хватило ума учесть право на месть со стороны клана твоего врага, и ты вырезал всё семейство под корень. Это хорошее качество для воина во время войны. Но, сейчас мир! Поэтому, твои действия расцениваются как мятеж. Я и Аюкава имеем полное право покарать тебя.

–Что-то я не понял Кацунага-сама, вы пришли меня хвалить или убивать?– с толикой насмешки вопросил Шигенага.

–Я прибыл посмотреть на тебя и оценить.– ответил Иробэ, глядя в глаза юноше.– И мне ты по нраву. Я бы даже оставил тебя в живых, но, к сожалению, твою судьбу буду решать не я. От себя же скажу, – ты должен оставить все попытки отомстить Аюкаве, тем более, что он не повинен в смерти Фусанаги, твоего отца. А когда сюда прибудет Кагетора-сама, ты должен поклясться ему в верности, и тогда, возможно, твой клан останется не тронут, возможно, и ты сам останешься жив.

– Но я не хочу служить Нагао!– воскликнул Хондзё.– Они знали, какую подлость совершил Огава и всё равно оставили его в живых! Они все виноваты! Нагао, Аюкава, Накадзё и даже Уэсуги!

–Тогда было другое время.– спокойно ответил Кацунага на претензии юноши.– Сейчас всё изменилось. У нас появился сильный лидер, который заставил объединиться все кланы Этиго. Под его началом не одна зараза из соседних земель не просочится к нам. Зато, мы можем изрядно поживиться у них. В Канто и Синано сейчас преобладают Ходзё и Такеда. С каждым днём они продвигаются всё ближе к Этиго и вскоре, мы непременно столкнёмся с ними. Но, если мы, как и прежде, во времена правления Уэсуги, Тамэкаге и Харукаге, будем разрозненны, то непременно проиграем. Подумай над этим, пока сюда не пребудет наш сюго.

– Не о таком Иробэ Кацунаге я слышал.– разочарованно покачал головой Шигенага.-Вместо безудержного и яростного воина, который не признаёт над собой никого, я вижу смиренного старика заботящегося о своей безопасности.

–Ты много себе позволяешь.– прорычал Иробэ.– Но ничего, на первый раз я тебе это прощу. Я всё тебе сказал. – на этом Кацунага встал со стула и пошёл прочь.

Аюкава, всё ещё пышущий гневом, задержался, не отрывая взгляд от своего племянника. Он, с неимоверной силой подавил в себе желание выплеснуть тысячи недоброжелательных фраз в адрес юноши, встал и, прежде чем уйти, напутственно произнёс: