Легенда космоса
Шрифт:
Братья скандинавы выдали одну мысль на двоих:
– Деньги - это хорошо.
Услышав ответ, Арсений усмехнулся, правда, сделал это так, чтобы его лицо не выдало этого. Если братья ловили кого-то на насмешке, то он рисковал своим слишком живым лицом. Этим двоим всегда не хватало денег, шлюх, выпивки, азартных игр. Многочисленные драки, аресты требовали средств, особенно возмещение убытков, штрафы и залоги. Азартные игры стояли на третьем месте, на четвертом были женщины. Чуть ли не на каждой планете, куда заносило «Садко» и его экипаж, у братьев было по жене, а на некоторых и не по одной.
– А ты что скажешь?
– вперил в Лаврова свой тяжелый взгляд Димитрий.
– Надо рискнуть, - несколько секунд потянув паузу, выдал свое мнение Арсений.
– Курс до облака я уже проложил, компьютер говорит, что мы будем там уже
Димитрий озадаченно потер небритый подбородок, лучший звездный лоцман корабля назвал это предприятие безумием, так же считала докторша, но остальные хотели выяснить, что скрывается в квадрате. Рыбу можно было не спрашивать, он не имел собственного мнения, для него единственным правильным было мнение капитана «Садко».
– Хорошо, - наконец решил Димитрий.
– Сэм, новый курс, Арсений, сдавай вахту Пятому и марш спать, ты мне завтра будешь нужен бодрым и активным. Сэм ты тоже. К счастью, наш андроид способен заменять почти всех в этой рубке, - торговец немного помолчал и добавил с ухмылкой, - наверное, только я незаменим. Все, шоу закончено, можете валить досыпать.
Арсений хлопнул Рима по плечу и указал на бортовой журнал по-прежнему открытый на мониторе и заполненный только на половину. Консервная банка равнодушно кивнула, ему было все равно, чем заниматься. Он вполне мог одной рукой вести корабль, а другой набирать текст. И если бы он был чуть поживее, не таким равнодушным и нудным, то Лавров бы легко с ним ужился. Уже покидая мостик, Лавр сделал вид, что не заметил призывного взгляда «корабельной кошки», которая не оставляла попыток уложить его в койку, и, кивнув братьям, оживленно делящим еще не существующие деньги, направился в свою каюту, которая была в самом конце жилой палубы. Кубрик пенал длинной в три метра и шириной в два, он никогда не считал домом. Может потому, что корабль был не его, остальные жили точно также, и это их устраивало, только крайняя к мостику каюта капитана была больше и со всеми удобствами. Остальные пользовались общей душевой и двумя туалетами, расположенными ровно посередине жилой палубы, и что странное, очередей ни туда, ни туда никогда не бывало.
Арсений скинул комбинезон и, набросив на плечо полотенце, отправился в душ, это уже был своеобразный ритуал, он всегда был аккуратен, причесан, умыт, в чистой одежде в отличие от рыжих, которые запросто могли ввалиться в кают-компанию, воняя различными смазками, испачканными рожами и грязными руками. Но чего у них было не отнять, так это умения ладить с техникой. Силовая установка, питавшая двигатели «Садко», толкающие корабль через космос, всегда была в идеальном состоянии, как и все остальное, только с электроникой у них не ладилось, поэтому было на корабле немало оборудования, которое нуждалось в замене или починке.
Когда Арсений вернулся, то обнаружил, что его место занято и под одеялом явно кто-то скрывается. Это тоже уже стало своеобразным ритуалом: прятаться там мог только один человек, которого сейчас он меньше всего хотел видеть. Подобные проникновения случались каждый полет и уже даже перестали раздражать Лаврова.
– Уважаемая Наталья, - без всякого уважения произнес он, - покиньте, пожалуйста, не принадлежащую вам жилую площадь.
– А может?
– раздалось из-под одеяла. Голос Аспиринки был просительным, похоже, Димитрия ей не хватило, причем она недобрала довольно много.
– Нет, - отрезал Арсений.
Женщина выбралась из-под одеяла, продемонстрировав при этом некрасивое костлявое тело, принялась одеваться, ничуть не стесняясь хозяина, который стоял возле двери.
– Ну, я пошла, - нерешительно сказала она, останавливаясь перед прислонившимся спиной к люку Лавром в надежде, что он передумает.
Арсений посторонился, давая ей дорогу. Женщина тяжко вздохнула и выскользнула в коридор, из которого раздалось пару смешков. Это в какой-то степени стало уже традицией экипажа, на то, удастся ли докторше уложить Арса в постель, делали ставки. Причем деньги проигравших уходили в призовой фонд, который дошел за пять лет до пяти тысяч. Если бы Арсений решил его заполучить, достаточно было бы договориться с братьями и разделить деньги пополам, когда он задаст «кошке» жару. Правда,
один раз едва не сложилось. Арсений тогда крепко набрался перед самым вылетом и приволок на корабль подружку, ему, как помощнику капитана, многое позволялось, но девушка, ушедшая вперед. перепутала его каюту и каюту Рима. А вот Арсения в постели ждала засада. Все бы вышло, если бы дура Наталья не ляпнула во время ласк: «Ну, наконец-то, а то четыре года ждала». Тогда она впервые вылетела в коридор голой. Уже позже Арсений узнал, что вся операция была продумана братьями, после чего у них в машинном отделении состоялся довольно неприятный разговор и неделю пути все ходили с красочными фингалами, но в этом «разговоре» Арсений сумел убедить Тора и Ульриха, что не стоит больше так делать.Арсений швырнул обмотанное вокруг бедер полотенце на крючок и нырнул под одеяло, к счастью, он был не брезглив, а то давно удавил бы Аспиринку. Арсений уснул моментально, двенадцатичасовые вахты - дело утомительное. Хорошо, что у Димитрия хватало ума не ставить его в пару с андроидом, Серпов был практичный человек и понимал, что не стоит терять ценного члена экипажа. Но даже при отсутствии основного раздражающего фактора нудные вахты очень утомляли.
Несмотря на то, что Лавру было разрешено храпеть до посинения, его разбудили к обеду.
– Вставай! Выспался?
– раздался по коммуникатору голос Тора.
Арсений потянулся и прислушался к себе, он чувствовал себя совершенно отдохнувшим, в таком состоянии он мог адекватно функционировать несколько дней. Нажав педаль, Арсений выдвинул из стены умывальник, быстро привел себя в порядок. расчесал волосы, через две минуты он сидел в кают-компании.
– Рыба, ты умеешь готовить что-нибудь помимо рыбы?
– не выдержал Ульрих, подобный вопрос всплывал каждый день у разных людей. Единственным, кто никогда не жаловался, был андроид, поскольку в пище не нуждался, у него каждую ночь было одно и тоже блюдо - смена батареек.
Арсений глянул в свою тарелку, подкрашенный рис и рыба, что и следовало ожидать.
– Толстый, ты умеешь готовить стейки или отбивные с кровью? Можно просто мясо пожарить или потушить. Ты задолбал со своей рыбой. Еще раз ее приготовишь, и я приготовлю тебя, - продолжал бунтовать рыжий скандинав.
– Ульрих, заткнись, - раздался от двери голос Димитрия, ничего хорошего он не предвещал.
– На ужин будет мясо. Да, Арынгазы?
Рыба активно закивал, до появления Димитрия он тихонечко стоял у своей плиты, обливаясь потом, пожалуй, он был единственным не бойцом из всего экипажа, даже Наталья довольно неплохо управлялась с армейским плазменным ружьем. Хотя следует сказать, что самая безопасная позиция - лежа и позади нее. Это Арсений выяснил на своей шкуре где-то спустя год после первого полета, Аспиринка чуть не всандалила ему в спину заряд плазмы, когда команда отбивала абордаж. Тогда, после боя, Арсений чуть не прибил дурру, которая не в состоянии с трех метров попасть в противника, зато чуть не испарила союзника, который был еще ближе и в стороне. Хотя пару учений впоследствии слегка поправили дело, но у Лаврова появилась стойкая фобия по отношению к «серой мыши» плазменным ружьем в руках.
– Подлетаем, - сообщил своим безэмоциональным голосом Рим.
Он озвучил очевидное, вся команда собралась на мостике и со страхом, смешанным с возбуждением, наблюдала, как корабль движется в сторону огромного плотного коричневого облака. До него была еще сотня километров, а радары уже сошли с ума. От того, что было за панорамным иллюминатором, захватывало дух: тысячи камней, начиная от горошины и кончая огромными летающими островами, ждали своего часа, когда-нибудь в это скопление врежется блуждающая комета и тысячи осколков, словно шрапнель, полетят в разные стороны, и, возможно, какой-нибудь из них, рухнув на планету, погубит там все живое, чтобы через несколько миллиардов лет все началось сначала.
– Стоп, - скомандовал Димитрий, когда до ближайшего астероида осталось около километра. Инерция протащила корабль еще метров восемьдесят, после чего он замер.
– Сэм, что с сигналом?
– Все тоже, сэр, скорее всего, его передает автоматический маяк.
– Рим, какова вероятность, что мы пройдем эти двадцать километров?
– Нулевая, - равнодушно сообщил андроид и Арсению захотелось вырвать из подмышечной кобуры «Хищник» и сжечь железке всю башку.
– Компьютер просчитал все возможные варианты, - продолжал вещать робот, тяжеловоз с грузом не пройдет.