Чтение онлайн

Маг изучал карту, а его спутница наводила порядок в своем внутреннем мире.

Дорога бежала вдоль берега моря; если оглянуться, были видна колония крикливых ласточек. Постепенно появились рыбацкие деревушки, опутанные сетями, пропахшие тиной и рыбой.

Часа через два сделали привал.

Зара стояла и смотрела на море, борясь с желанием сказать Меллону то, что она должна была сказать давным-давно. Ему, наверное, сейчас это и не нужно, запоздала она со своими словами. Пришла к выводу, что сказать все-таки стоит, чтобы самой стало спокойнее, и замолчал проснувшийся внутренний голос, евший ее поедом, будто бродячий пес.

–

 Меллон, Вы не очень обиделись тогда, у ворот?

–  Обиделся?
– удивился маг.
– За что? Вы проявили изобретательность, сумели убедить этих твердолобых стражников, что мы те, за кого себя выдаем. Мне похвалить Вас надо, а не обижаться.

–  Раньше Вы не поощряли моих инициатив, - усмехнулась девушка.

–  Когда? Во время практики? Потому что они были сопряжены с риском для жизни. Пить хотите?

Зара кивнула, приняла из его рук флягу с водой и сделала несколько глотков.

Жарко, по-прежнему очень жарко... Нужно повязать что-то

на голову, чтобы не случился тепловой удар. Или она его уже заработала, раз ей не дают покоя разные хаотичные мысли.

–  Все в порядке?
– Меллон обратил внимание на ее участившееся дыхание и непривычный цвет лица.
– Вы не перегрелись? Давайте повяжем Вам на лоб что-то холодное. И не стойте на солнцепеке, посидите в тени и не двигайтесь.

Заре и вправду было не очень хорошо: слегка кружилась голова, на коже блестели бисеринки пота. Опустившись на траву, она прислонилась спиной к масличному дереву и прикрыла глаза. Вскоре приятная прохлада коснулась ее лба: маг обернул вокруг ее головы мокрое полотенце. Его пальцы легли ей на запястье, отсчитывая ритм пульса. Девушка не двигалась, позволяя о себе заботиться, а потом, обратив на присевшего рядом спутника взгляд таких же, как и небо, глаз, прошептала:

–  Меллон, простите меня.

Такого он точно не ожидал.

Меллон никак не мог понять, за что она просит прощения, несколько раз перебрал в памяти события путешествия, но так и не нашел ни одного мало-мальски подходящего повода.

Он внимательно посмотрел на девушку, пытаясь прочитать разгадку на ее лице - ничего. Может, это жара таким странным образом действует на сеньориту Рандрин?

А полотенце-то высохло, надо снова намочить.

И голова, наверняка, у нее кружится, он мог бы помочь, но ведь она не попросит! Наверное, ей неприятно, когда он к ней прикасается. Что ж, Зару можно понять.

–  Так за что мне Вас простить, сеньорита Рандрин?
– Меллон наклонился, прикоснулся пальцами к полотенцу, и оно снова наполнилось влагой.
– Голова кружится? Тошнит?

–  Спасибо, мне уже лучше, - улыбнулась Зара.
– Чуть-чуть кружится. И перед глазами - красные мушки.

–  Нельзя ездить по такому солнцу с непокрытой головой! У Вас есть шляпка?

Зара ответила отрицательно и поспешила добавить:

–  Ничего, я что-нибудь наколдую.

–  Магическое долго не прослужит, - напомнил Аидара.
– Да и колдовать в Вашем состоянии... Я что-нибудь придумаю.

–  Я не беспомощный ребенок, я сама. Но спасибо за заботу. А извиниться я хотела за свое отвратительное поведение по отношению к Вам.

–  Я привык, - пожал плечами маг.

–  Меллон, зачем Вы так? Вы до сих пор не можете меня простить, да?
– протянув руку, она коснулась его плеча.

–  Зара, давайте не будем!
– он аккуратно убрал ее руку.
– Зачем

Вы начали этот разговор, для успокоения совести?

Как же ей хотелось дать ему пощечину! Инстинктивно, не задумываюсь, как мгновенную реакцию на последнюю едкую фразу.

–  Все ясно: не простили и никогда не простите. Не позволят уязвленная гордость и болезненное мужское самолюбие. Жаль! А я хотела, чтобы наши отношения снова стали нормальными, исчезла эта напряженность. Но не хотите, так не хотите!

Зара встала, подошла к лошадям, достала из седельной сумки шарф и повязала на голову. Потом осторожно спустилась по протоптанной ребятишками тропинке к кромке воды и несколько минут постояла там, не двигаясь. Меллон не мешал ей, воспользовавшись моментном, делая какие-то пометки в блокноте.

Головокружение прошло, зрение вновь стало нормальным, и, сочтя привал несколько затянувшимся, сеньорита Рандрин сообщила, что можно трогаться в путь.

На сердце тоже полегчало, противный внутренний голос умолк, воспоминания больше не напоминали о себе, и Зара даже сумела завязать со своим телохранителем разговор о культе Темной госпожи - последний с каждым днем интересовал ее все больше.

Переночевав в одном из постоялых дворов, они свернули на проселочную дорогу, проложенную вдоль оросительного

канала, и через несколько часов выбрались на Олосерский тракт. Если за ними следили, то должны были подумать, что они путешествуют вдоль береговой линии, когда как их путь лежал на северо-запад.

Глава 21.

Олосер, словно клинком меча отделявший прочие государства конфедерации Мангеш от Аркидских гор, тонкой полосой врезался в Анторию. Видимо, поэтому местное наречие здесь было наиболее схоже с анторийским диалектом, а внешность олосерцев лишена яркого восточного колорита.

Разглядывая карту, Зара поняла, что не так далеко от княжества находятся 'места ее боевой славы' - Соот. При желании до него можно было добраться за неделю, если, разумеется, не пугала перспектива путешествия по негостеприимной пустоши. Где-то там, на западной ее оконечности, в свое время прятались от властей Арилан и его мать.

Глухие места, негостеприимные.

Растительности стало заметно больше, но вся она была чахлой и унылой. Не помогали даже мелкие речушки и ручейки, то здесь, то там пронизывавшие поверхность бурой земли.

По пастбищам по-прежнему бродили стада коз и отары овец, к ним добавились лошади, невысокие, длинношеие, мускулистые. Их разводили на продажу: почва Олосера не способствовала богатым урожаям.

Время от времени на княжество совершали набеги драконы, причиняя не малый вред сельскому хозяйству и животноводству, но заграничные маги существенно сократили их поголовье, заставив быть осторожнее. Под осторожностью драконы понимали не разбой среди бела дня, а одиночные ночные вылазки. Выставленные против них часовые не

спасали: стрелы лишь злили крылатых ящеров, оборачиваясь жертвами среди мирного населения.

В каждой олосерской деревне имелся набатный колокол, в который звонили, едва заметив появление подозрительной тени в небе. Правда, по мере продвижения вглубь страны шансов встретить пышущее огнем чудо природы (или домашнее животное мира Ночи, это как кому нравится) становилось все меньше: драконы не любили мирта, городов и храмов, а всего этого на северной границе конфедерации вообще и княжества Олосер в частности было много.