Чтение онлайн

– Можете опустить руки, ребята, – сказал шериф звонким мальчишеским голосом, подбирая «винчестер» Криса.

Почтальон медленно опустил руки и сглотнул.

– Сэр… А они… эти…

– Я их уложил, – сказал шериф с обезоруживающей улыбкой и направился к выходу.

У двери он остановился.

– У тебя есть семья? – внезапно спросил он у почтальона.

– Есть, – почтительно сказал почтальон и, замявшись, добавил: – Есть, сэр.

– Тогда положи на место тот мешочек с золотом, который ты только что сунул себе в карман, – велел шериф суровым тоном.

Слегка изменившись в лице, почтальон исполнил его просьбу. Ни почтальон, ни охранник не заметили при этом, как шериф спрятал за голенище другой мешочек, подобранный с пола.

– Приберите

тут, ребята, – сказал шериф, дулом «кольта» указывая на рассыпанные банкноты. – Деньги все-таки не должны валяться где ни попадя. – И он, подмигнув охраннику, выскочил из вагона.

На насыпи Билли Пуля (а парнем с бляхой шерифа, как можно было догадаться, был именно он) остановился и закашлялся. Его распирало от смеха. Разобравшись с налетчиками, а попросту говоря, поубивав их всех к чертовой матери, Билли решил, что удача на его стороне и в мире нет ничего для него невозможного. Первым делом он отыскал свою шляпу и надел ее. Вспомнив, что Стивенс в свое время забрал себе его револьвер с перламутровой ручкой – оружие, которым Билли дорожил больше всего на свете, Пуля обыскал Стивенса и нашел свой «кольт». Шутки ради он позаимствовал заодно и серебряную звезду, после чего навестил почтовый вагон. Билли терпеть не мог людей, нападающих всем скопом из засады. Этот одиночка одинаково презирал и налетчиков на поезда, и грабителей банков. Теперь ему можно было спокойно уходить, но Билли решил, что осталось еще одно дело.

Напустив на себя важный вид, Мэллоун решительно поднялся в вагон первого класса, где его встретил обезумевший от ужаса старший кондуктор.

– Но, сэр… но, сэр… – лепетал он.

– Все в порядке, – успокоил его Билли, – кубышка в целости и сохранности, я проверял.

– А бандиты?

– У них больше никогда не будет неприятностей в этой жизни, – заверил его Билли весело. – Надеюсь, никто из пассажиров не пострадал? – добавил он официальным тоном. – Проверьте их и скажите, чтобы никто не высовывался наружу. Кто-нибудь из бандитов может еще вернуться.

Старший кондуктор, мгновенно вспомнив о вверенных его попечению драгоценных жизнях обитателей пульмановских вагонов, бросился заботливо пересчитывать свое стадо. Билли, сдвинув шляпу на нос и прикрыв лицо рукой, следовал за ним по пятам. На его беду, как раз в это мгновение миссис Бишоп приспичило зачем-то высунуться в коридор, и, к ужасу своему, она увидела в двух шагах от себя нечестивца, предпочитавшего пирожные спасению души.

Миссис Бишоп издала несколько нечленораздельных звуков. Вне всяких сомнений, она хотела спросить у Пули, почему он не в аду, где ему самое место, но он, заметив поганую старушенцию, которая еще в тюрьме успела ему порядком надоесть, неодобрительно вскинул бровь и, не целясь, выпалил из «винчестера» куда-то поверх головы почтенной благотворительницы. Миссис Бишоп, коротко взвизгнув, упала на колени. Она не сомневалась, что ужасный бандит с ружьем и двумя «кольтами» за поясом пришел по ее душу. Старший кондуктор обернулся в недоумении, но Билли схватил его за шиворот, втолкнул в соседнее купе и запер дверь.

– Сэр, – кричала миссис Бишоп, ломая руки, – умоляю вас, не убивайте меня!

А в купе Амалия с несчастным видом стряхивала остатки стекла со своего платья. Она подняла голову и прислушалась. Из-за двери доносились приглушенные голоса. Четвертый пассажир сидел ни жив ни мертв.

– Похоже, старушку пришили, – сообщил он шепотом. – Я слышал звук выстрела.

Однако их радость оказалась преждевременной. Дверь приоткрылась, и миссис Бишоп с землистым лицом и посеревшими губами показалась на пороге.

– Мадам, – пролепетала она, обращаясь к Амалии, – он требует ваш платок.

– Что? – оторопела Амалия.

– Этот бандит… Билли Пуля… Ему нужен ваш платок. Он убьет меня, если я ему его не принесу.

Платка было жалко, но Амалия, конечно, не могла допустить, чтобы из-за него кого-то убили. Пусть даже такую противную особу, как миссис Бишоп. Она нехотя сняла с шеи сиреневый платок

и протянула его старушке.

– О, благодарю вас! – прошептала миссис Бишоп и скрылась за дверью.

Заполучив вожделенный платок, Билли помахал ручкой даме-благотворительнице и поспешил к выходу. Миссис Бишоп тихо охнула, шагнула в купе и без чувств упала на руки Ричардсона.

– Интересно, – пробормотал четвертый пассажир, – почему он в нее стрелял?

– Издержки благотворительности, – вздохнула Амалия. – Возможно, ему не понравились картинки в Библии, которую она принесла.

Услышав эти слова, миссис Бишоп открыла глаза.

– Но там не было никаких картинок! – прошептала она сквозь слезы.

– Тогда именно это, вероятно, ему и не понравилось.

Остатки спецвагона догорали в отдалении. Насыпь была усеяна убитыми и ранеными, а успокоившиеся лошади без седоков мирно щипали траву. Человек со звездой на груди меж тем спокойно выбрал ту, которая показалась ему самой быстрой. Пусть, может быть, и не такой быстрой, какой была его Птица, но все же лучше прочих. Именно это мгновение бандит в локомотиве, про которого все забыли, выбрал, чтобы с шиком покинуть этот свет. С воплями он спрыгнул с подножки, паля в человека со звездой. Билли метнулся в сторону. Его револьвер сделал пиф-паф, и бандит из локомотива споткнулся и упал навзничь. Другой налетчик, которого люди шерифа только ранили, лежал, притворившись мертвым, и выжидал. Воспользовавшись тем, что Билли перезаряжал «кольт», раненый пару раз выстрелил в его сторону, после чего поймал за повод ближайшую лошадь, взобрался на нее и галопом помчался прочь. Билли прицелился ему в спину, но тут же пожал плечами и опустил оружие. Пару раз чихнув от вьющейся в воздухе пыли, он поднялся в седло и подъехал к паровозу. Фрэнк У. Маккарти воззрился на него с плохо скрытым неудовольствием. Еще бы – ведь из-за этого дурацкого ограбления они потеряли три четверти часа и совершенно выбились из графика.

Билли потер нос, не выпуская из пальцев верный «кольт».

– Отцепляй последний вагон, – велел он, – от него мало что осталось. И гони что есть духу в Сан-Антонио да зови подмогу. Надо будет тут прибраться. Я поехал за тем парнем, что ускакал. Да, и вот еще что… – Он снял с груди шерифскую звезду и сунул Фрэнку. – Передай от меня… ну… сам поймешь. Там раненые лежат – Джо Бостон и другие. Их надо занести внутрь, а остальных можно и оставить. Джо – хороший парень, не то что Оливер.

– Понял, – сказал Фрэнк, воспрянув духом. – Эй, Дик! Зови кондукторов! Всех зови, надо отцеплять спецвагон, чтоб его… И раненых забрать. Шевелись!

Билли важно кивнул и поехал прочь, мурлыча себе под нос сентиментальную песенку. Ветер трепал концы сиреневого платка, завязанного на его шее.

Вечером одиннадцатого декабря славный город Сан-Антонио гудел, как растревоженный пчелиный улей. Местные кумушки лопались от сплетен, и подробности налета на остинский экспресс, гибели банды Неуловимого Сэма и бегства знаменитого преступника Билли Пули из-под стражи перелетали из уст в уста, обрастая все более фантастическими домыслами.

В частности, говорили, что:

– Билли в одиночку расправился с целой бандой;

– Билли уничтожил конвоиров, а затем разделался с налетчиками;

– Билли был заодно с налетчиками;

– Билли прикарманил содержимое сейфа из почтового вагона;

– Билли хладнокровно пришил двух престарелых дам-благотворительниц, не оказавших ему должного почтения;

– Билли покусился на честь мисс Дафны Сорроу, чей отец известен на Уолл-стрит под кличкой «печаль биржевиков» [19] . Мисс Дафна вместе с женихом ехала тем же экспрессом, и будто бы немедленно после встречи с Билли жениху была дана отставка.