Чтение онлайн

А вдалеке звучала арфа. Задумчивый перебор струн напоминал Таиссе гитару, но струны звучали… старше. Играют ли арфы на других планетах? Сидел ли Кай у костра, перебирая струны?

Таисса неуверенно шагнула вперёд, в сторону накрытого стола, уставленного куполами блюд. И тут арфа смолкла.

– Вернон? – позвала Таисса.

Послышались небрежные шаги.

– Какой же злодей не любит хорошей музыки, – заметил Вернон, заходя в столовую. – Помнишь свою полуночную игру на рояле, Пирс?

В апартаментах Вернона. В ту далёкую ночь, когда он был главой «Бионикс», а ей было некуда идти.

Так давно.

– Я помню нашу переписку с Л., – произнесла Таисса.

Вернон-Кай хмыкнул.

– Забавная бы переписка у нас вышла сейчас. Вернуть тебя домой и пересылать тебе через воронку записочки? Бьюсь об заклад, тебе бы понравилось.

– А это возможно?

– Нет. Но вышло бы неплохо, согласись.

Не глядя на неё, Вернон прошёл к окну.

– Странное чувство, когда тебе некому писать, – произнёс он, стоя спиной к Таиссе. – Я даже отказался от переписки с Су Ли. Помнишь мою няню? «Это ради неё самой и ради её безопасности», – твердил я себе. Столько дурацких жертв ради Тёмных, ради Таиссы Пирс, ради хрупкого мира и бессмысленной дипломатии… – Короткий смешок. – Вот интересно, делал ли я в последнее время хоть что-нибудь ради себя самого?

– Выбирал для меня платья? – рискнула Таисса.

– Ну разве что.

Лёгкий ветерок прошёл по зимнему саду, и вокруг Таиссы зашуршала листва.

– Это сад из твоего дома? – спросила Таисса и поправилась: – С твоей планеты?

– Скажем так: это последние деревья в сфере. – Вернон обернулся к ней. – Что ты собиралась сажать? Вишнёвые сады?

– Я согласна и на грушевые, – отозвалась Таисса, оглядывая светящиеся фрукты, и впрямь напоминающие груши.

– Осталось только уговорить твоих неуловимых родственников. – Вернон зевнул. – Впрочем, я пытаюсь.

– Ты так их и не нашёл? – быстро спросила Таисса.

– Найду. Не могут же они всё время таиться в тесных клетках. – Принц Пустоты холодно усмехнулся. – А местные очень наблюдательны… и очень заинтересованы в том, чтобы получить вознаграждение.

– Не все они подчиняются тебе.

– О? – Вернон сощурился. – Уже успела познакомиться с аборигенами? Может, вы уже и заговор составили, дорогие мои гости? И когда мне ожидать взвод наёмных убийц в своей спальне?

Таисса прикусила язык.

– Если у моих спутников и есть замыслы на твой счёт, – произнесла она сквозь зубы, – я ничего не знаю об их исполнении. А что знаю, не скажу. Мы договорились, что я не причиняю тебе вреда, но…

– …но сочувствуешь их планам. А не наоборот.

– Да.

– А если я заставлю тебя подчиниться?

– Я не подчинюсь, – просто сказала Таисса.

Несколько секунд Вернон стоял и смотрел на неё.

– Что ж, Таисса-не-играющая-на-моей-стороне, – наконец сказал он. – Пришло время ужина.

Лёгким движением руки он отодвинул для неё стул и уселся напротив. И, едва Таисса села, вновь неуловимо изменился: знакомая полуусмешка сменилась презрительной улыбкой Принца Пустоты.

– Если всё продолжится так, как продолжится, – заметил он прохладно, – совсем скоро я от тебя устану. Ужины в романтичной обстановке, совместные вздохи над детскими воспоминаниями… это всё приедается, знаешь ли.

– Настолько, что ты отправишь меня домой?

Брови её

собеседника взлетели.

– Отправить тебя восвояси, не дав шанс меня перевоспитать? Ну что ты. За кого ты меня принимаешь? Это было бы чудовищным нарушением этикета.

– То есть я могу начинать? – уточнила Таисса.

– Ну уж нет. Сначала еда, потом психотерапия, Таисса-самозабвенность. – Вернон фыркнул. – Как ваша семейка не ходит голодной круглосуточно, ума не приложу.

– Что бы я делала без тебя, – серьёзно сказала Таисса.

– Вела бы планету к апокалипсису уверенной рукой, без сомнений. – Рассеянный почти-лунный свет блеснул на лезвии ножа. – Ешь, иначе останешься без сказки на десерт.

Крышки блюд оказались сдвинуты в сторону, и перед Таиссой очутилась тарелка с аппетитно пахнущей лазаньей. Таисса сглотнула. Когда она ела в последний раз?

– Возможно, перед тобой иллюзия восприятия, – заметил Вернон, кивнув на тарелку. – А возможно, сложный химический процесс. Но какая разница, если это вкусно?

Таисса вооружилась вилкой и осторожно отделила кусочек. И зажмурилась, ощутив, как горячий сыр и соус тают во рту.

– Между прочим, ты даже не задумалась, что ты, строго говоря, обязана остаться здесь ради спасения человечества, – лениво проронил Вернон-Кай. – Сыр сыром, но откуда ты знаешь, что не притащишь на Землю какую-нибудь заразу, которая сожжёт вам половину биосферы? Вирус? Особо прожорливую бактерию? Будь твоя электронная бабушка Найт жива, всыпала бы тебе электронных розог по первое число, Таисса-двоечница.

Таисса в ужасе уставилась на него, но тут же выдохнула с облегчением.

– Ты же спасаешь планеты, а не уничтожаешь их, – произнесла она, разрезая лазанью. – Стало быть, твои воронки в принципе не могут разносить смертоносную заразу. Я права?

– Допустим, здесь есть защитные механизмы. Но ты не можешь знать наверняка.

Нет. Не может. Таисса внутренне поёжилась. Ей и в голову не приходило, что она может принести домой… что-то. Действительно наивно с её стороны.

– А ведь мне от тебя кое-что нужно, – произнёс Вернон задумчиво. – Ты ешь, ешь.

Таисса проглотила очередной кусочек.

– Ты меня задабриваешь?

– Скорее, отвлекаю и расслабляю твоё подсознание. – Лоб Вернона пересекла морщинка. – И даже играю в старого доброго Вернона Лютера, хотя мне это отнюдь не всегда по нраву.

Таисса чуть не спросила: «Зачем?» – но вовремя остановилась. Если Принцу Пустоты что-то от неё нужно, он поделится с ней, когда захочет этого сам.

– Ты так и не отобрал у меня перстень, – произнесла Таисса, взглянув на свои пальцы.

Вернон пожал плечами, не отрываясь от своей тарелки.

– Твоя вспышка его обнулила. Даже базовые функции больше не работают.

– Дело не только в этом, – покачала головой Таисса. – Слово, данное Вернону, для тебя важно. Почему?

Он хмыкнул.

– Что, снова попытка найти во мне светлую сторону?

– Снова ёрничанье и попытка забыть о минуте уязвимости? – парировала Таисса.

– Не стоит, – в голосе Кая-Вернона появились ледяные нотки. – Вернону могла нравиться твоя милая ершистость, но меня она раздражает. Если хочешь обращаться ко мне, делай это вежливо.