Чтение онлайн

– Не волнуйтесь, я за ней присмотрю.

Оборвав разговор, Тимар отправил несколько сообщений патрулям, курсировавшим вдоль дорог. Детей проводят до Эйльры, передадут городской страже, а потом проследят за ними по дороге обратно.

Тимар лег обратно в кровать, но уснуть не получалось. Вертелся, вертелся, наконец встал, оделся и пошел к домоправительнице. Сонная старушка не столько удивилась, сколько испугалось ночному визиту, долго рылась в юбках, разыскивая запасные ключи, все пыталась что-то лопотать о приказе госпожи Лауры не соваться в гостевое крыло. О том, что своенравная сестричка третирует слуг, Тимар знал, но понимал, что перевоспитывать ее уже поздно, только против себя настроишь. Атмосфера вседозволенности, обеспеченная

ей Йаррой, и занятость самого Тимара хозяйственными делами графства избаловали девчонку просто до безобразия. Благо, она совсем уж с катушек пока не слетала, в отличие от Галии.

Рассудив, что раз на контроль времени не хватает, Тимар решил, что необходима хотя бы слежка, и перекупил глядящего на Лиру щенячьими глазами слугу у гарнизонного рыцаря. За возможность находиться рядом с мелкой Алан докладывал о каждом ее шаге, включая пакости, которые Тим пытался нивелировать. Не всегда, правда, удавалось – как в случае с платьем Галии, ведь маленькая бесовка даже приятеля своего не посвятила в детали.

Неожиданно завязавшейся переписке Лиры с управляющим Гадейры Тимар удивился, но значения особого ей не придал – так, прочитал пару писем. Ну решила сестренка родителей Алана найти – Светлые в помощь, пусть играется в дознавателя. Сидит на месте, не хулиганит, а что запирается – так на здоровье. Тем более одна – Тим как-то проверил. И теперь, распахнув дверь спальни для высокородных гостей, подняв повыше трехрогий подсвечник, Тимар присвистнул – вся комната была завалена бумагами, письмами, схемами. Тюки, кипы, мешки, корзины выписок, отчетов, копий, стопки амбарных книг, самодельные карты на стенах, утыканные разноцветными булавками для шитья…

– Огобленеть!

Лошадей мы наняли у владельца таверны, Ворону я, по понятным причинам, оставила дома. Меня усыпленный Тим не хватится до рассвета, а вот конюхи, не обнаружив одной из кобыл, поднимут переполох. Они еще помнят тот зимний день, когда я сбежала из замка и нарвалась на мантикору. Особенно хорошо им запомнились плети.

Дожидаясь хозяина у стойки, я с интересом вертела головой – шутка ли, первый раз за воротами замка без сопровождения. Впечатления были, скажем так, не очень. И одна, без Алана, я бы в этот клоповник не сунулась, даже с арбалетом, даже с зажигательным амулетом, предусмотрительно спертым из оружейной. У мужчин, потягивающих дешевое пиво за грубо сколоченными столами, были физиономии каторжников, пробу ставить негде, как говорит Тим. Грязная одежда, грубое оружие, и в большинстве рожи, не обезображенные интеллектом. В замке Йарры такие не задерживались.

Алан поправил мой капюшон, плотнее стянув завязки. Обычно я отмахивалась, но сейчас благодарно кивнула. Положим, нам двоим эта толпа ничего не сделает, но задержать, прицепившись, смогут. На нас смотрели, но пока не трогали.

Подумав, я осторожно сунула в карман Алану пару серебряных монет – пусть сам за лошадей расплатится. Юноша насмешливо мне подмигнул, почувствовав руку в кармане брюк, и пригубил сидр. В ответ я показала язык.

Сам Алан, похоже, чувствовал себя тут как рыба в воде.

– Здесь еще ничего, – забросил он в рот горсть сырных сухариков. – Ты бы видела, какие кабаки в Лизарии.

– Какие? – заинтересовалась я. Стакан с яблочным пойлом стоял передо мной нетронутым. По-моему, его вообще никогда не мыли.

– Всякие, – нахмурившись, буркнул Алан, глядя поверх моей головы.

Я тоже хотела посмотреть, но юноша не позволил, удержав за плечо.

– Не надо, – покачал он головой, но я все-таки посмотрела. В дальнем конце зала трое наемников раскладывали на столе подавальщицу. Не торопясь, со вкусом глумились, разрезая на девчонке одежду и зажимая рот, чтобы не орала. Они что ее, прямо здесь?.. Фу! И не боятся ведь дурных болезней.

– Пойдем на воздух, – отставил недопитый сидр Алан.

– Пойдем. – Я была рада покинуть продымленное

помещение, воняющее кислятиной, прелью и горелыми лепешками.

Хозяина таверны мы встретили на крыльце.

– Лошади готовы, господа, – поклонился он, пытаясь разглядеть наши лица в полумраке.

– Два серебряных, как и договаривались, – сунул ему монеты Алан. – По возвращении одну серебрушку отдашь.

– Конечно, – угодливо поклонился тот.

Приготовленным клячам до гордого звания лошадей было как от нас до Борга пешком.

– Это ты сейчас пошутил? – подала голос я. – Серебро за аренду этого?

– Мои лучшие кони, юный господин!

– Да они десяти лиг не протянут! – рявкнула я.

– Знаете что, господа, – набычился мужик, – или берите то, что есть, или проваливайте. – За его спиной, поигрывая дубинами, возникли трое работников.

– Мы сейчас пойдем на конюшню и сами выберем коней, – внес «дельное» предложение Алан, растягивая время. И он, и я слышали шаги за спиной, но точное местонахождение четвертого определить пока не удалось.

– Ага, сходите-сходите, – закивал мужик.

Мы с Аланом переглянулись и одновременно порскнули в разные стороны. В место, где стоял мой друг, с хлюпаньем, из широкого замаха, опустилась оглобля. Я и ростом была поменьше, и деньгами не светила, потому меня не сочли достойной целой дубины, собираясь просто скрутить. Совсем мужичье охамело – разбойничают всего в часе неспешной ходьбы от замка сюзерена.

Я легко увернулась от рук неуклюжего увальня и с оттягом пнула его в то самое место, которого избегала в спаррингах с Аланом. Друг все-таки. И нет, меня этому «приему» научил не Рох, а Тимар. А вот как шагнуть навстречу нападающему, втрое большему, чем я сама, войти в его движение и слегка его подправить, помогая встретиться со ступенями, объяснил островитянин. Собственно, на этом драка и кончилась – к моменту, когда я выбила зубы трактирщику, Алан сломал руку мужику, решившему достать нож.

– Так мы берем лошадей? – наклонилась я к трактирщику.

– Берите, – неожиданно донеслось из темноты.

Мы с Аланом, отпихнув поверженных противников, снова стали спиной к спине, и из темноты раздались аплодисменты.

– Все в порядке, юные господа, мы не собираемся нападать.

В круг тусклого света, образованного поскрипывающим на цепи фонарем, шагнул мужчина в костюме, украшенном нашивками капитана разъездов.

– Доброй ночи, молодые люди, – поздоровался он.

Алан расслабился и шагнул вперед.

– Доброй ночи, капитан. А вы не торопились нам помочь.

– Да вы и сами неплохо справились. Особенно ваш спутник. У него очень интересный стиль боя.

Я стушевалась. Вот сейчас узнают меня-красивую и с позором сопроводят в замок. Шансы сбежать от патруля у нас были, вот только за покалеченных солдат придется отвечать. И зачем я только позерствовала, картинно ударив трактирщика пяткой по челюсти? Алан и так знал, на что я способна, а теперь и этот капитан знает. А кого у нас в графстве учат Искусствам? Правильно.

Повезло. То ли темнота помогла и меня не узнали, то ли капитан был новый, не знакомый еще со сплетнями о юной воительнице с ручной пантерой, но меня явно сочли мальчишкой. И слава Светлым.

Трактирщика арестовали.

– Что с ним будет? – спросил Алан.

– Мошенничество, – согнул большой палец капитан, – покушение на убийство, – добавил указательный. – Думаю, если таверну обыскать, еще много интересного найдем. Виселица либо каторга.

Я согласно кивнула. Именно так с ним и нужно. А ведь таверна была на хорошем счету – налоги с нее шли исправно, я сама проверяла, донесения тоже. Раз этот хорек посмел нападать на проезжих, то двойную бухгалтерию вести сами боги велели! И все это у Тимара под носом?! Надо будет навести брата на мысль объехать подотчетные заведения, не приведи Светлые, Йарра увидит это безобразие. Нет, а если бы вместо нас курьер был?! Меня аж трясло от злости.