Куда тянутся души
Шрифт:
Пространство освещали несколько костров, в которых была собрана трава, из-за чего вокруг было много едкого, белого дыма. Оказывается, я распласталась на камне, а впереди стояли еще четыре фигуры в черных накидках с капюшонами, они бубнили что-то похожее на церковные молебны, но не могла разобрать слов. Лиц не разглядеть. За кострами возвышалась скала, а с другого бока от меня темно, но никого не видно. Все это мне очень не нравилось, даже начинало пугать, и захотелось сбежать из этого подозрительного места, уж очень все было похоже на какие-нибудь сектантские обряды. Паника и страх сковали тело, не давая пошевелиться. Но я старательно отбрасывала
Мою уверенность в том, что отсюда надо бежать как можно быстрей, усилил полуголый мужик, который уже не держал мою голову, а залез на меня сверху, успел распахнуть мое пальто, которое было мне до колен и застегнуто на все пуговицы, задрал толстовку, расстегнул пуговку на джинсах, затем молнию. По оголившемуся животу он провел холодной ладонью, которая оказалась в чем-то маслянистом и оставила жирный след на моей коже, а в другой руке он держал огромный кинжал, тонкие пальцы с силой сжали деревянную рукоять так, что костяшки побелели, широкое и длинное лезвие блеснуло, отражая огонь.
Остальные фигуры в черных плащах продолжали свои песнопения. Пока я пыталась отойти от шока, взять себя в руки и хотя бы закричать, полуголый псих начал что-то выцарапывать на моем животе острием кинжала Живот начало жечь, а выступившая кровь растекаться, и я пришла окончательно в себя.
Когда полуголый абориген в повязке начал стягивать с меня штаны, мозг усиленно заработал, и я заорала во все горло. Голос эхом разнесся по округе. Он замер на какое-то мгновение, которого мне хватило, чтобы с силой ударить его между ног. Он скорчился от боли и завалился набок, свалившись с края камня, на котором мы были. Я тоже соскочила с него и метнулась в сторону, где было темно. За спиной раздались сдавленные крики и хрипы.
— Мамочки! — вскрикнула я, только что чуть не шагнув с обрыва. У подножия только лес, освещаемый огромной луной и звездами, на милю вокруг ни одного фонаря.
Меня кто-то схватил за шиворот и оттащил от края.
Уже и так изрядно зашкаливающий пульс стал запредельным. Сердце намеревалось покинуть грудную клетку.
В панике я со всей силы зарядила стоявшему за спиной и бросилась бежать в другую сторону. И чуть не завизжала, когда пробежала мимо четырех трупов с пронзенными стрелами телами и одного с отрубленной головой.
Адреналин в крови зашкаливал. Я рванула вперед к единственному пути для отступления, к ведущей вниз тропе, а за спиной послышался оклик.
— Стой, — окликнул, видимо, спасший меня от падения мужчина.
Но мой внутренний голос говорил: — «Беги! Беги и не оглядывайся, Аня! Беги!»
Когда Габриэль и Эрвин оказались внизу, они поняли, что все не просто пошло не по плану — все вышло из-под контроля.
Четверых адептов Габриэлю удалось убить из лука. Слава великим духам, приспешники ордена Тьмы либо не так хорошо владели темной магией, либо просто не успели понять, что к чему. Но пятый был слишком близко к девушке. Пришлось отрубить ему голову.
Но и с ним Габриэль разделался быстро, тот уже лежал на земле, скорчившись от боли в паху. Габриэль едва успел не дать сигануть девушке с обрыва. За что вместо благодарности она чуть не сломала ему нос. Дикарка.
Бегущая вниз девушка в красной одежде была хорошо видна в свете луны. Это было на руку Габриэлю — не затеряется среди деревьев.
— Габриэль, — сказал маг, осматривая трупы, — нужно ее догнать, внизу могут поджидать
другие адепты, нельзя дать им завершить ритуал. Я поищу книгу темных и догоню тебя, не медли, прошу, и не убей ее, — с мольбой в голосе бросил маг ему вслед.Сам Эрвин принялся искать книгу, которую для своих адептов написал сам великий верховный жрец ордена Тьмы.
И он нашел ее. Хвала Свету! Если темные и вознамерятся завершить ритуал, то теперь их шансы на успех невелики. Эрвин был почти уверен, что это все заговорщики. Без книги темные не представляли серьезной угрозы.
— Пусть ваши души очистит свет, — произнес молодой верховный хранитель ордена Света, поджигая тела.
Даже адепты Тьмы заслуживают похоронного ритуала.
Спрятав книгу, Эрвин направился вниз, вслед за Габриэлем. Но его внимание привлекла откатившаяся в сторону голова одного из трупов. Он узнал его! Это был Дабиус. Верный хранитель ордена Света.
«Прямо под носом у совета и у меня. Как мы не заметили? Это все меняет», — думал Эрвин, направляясь вниз.
Глава 4
Чуть ли не кубарем я спустилась вниз с горы, постоянно спотыкаясь о камни, скользя кроссовками по траве. Показался лес. Это хорошо — там легче спрятаться.
— Боже, — взмолилась я, — как хорошо, что я осталась в кроссовках! — но радоваться мне пришлось недолго.
В нескольких метрах от меня послышался шум — треск ломающихся под ногами веток. Я попыталась оглянуться и рассмотреть преследователя, но никого не увидела. Нужно бежать быстрее, благо ноги длинные, джинсы удобные, ничто не стесняло движения, одно плохо — меня хорошо видно в ярко-красном. Полная луна казалась слишком большой. Почти не раздумывая, я сбросила с себя пальто, хоть оно было моим любимым, из мягкой шерсти, и очень дорогим, но жизнь я любила больше.
Бежала я довольно быстро, стараясь менять траекторию. Сердце гулко стучало в груди, словно пытаясь выскочить. Такого прилива адреналина я никогда не испытывала.
Но все же меня догнали. Тяжелая фигура набросилась со спины и придавила к земле всем телом. Я попыталась сопротивляться, но сильные ноги сжали мои, не давая брыкаться. Огромная кисть обхватила сразу оба запястья, задрав руки вверх. Другая рука придавила тело к земле.
Я брыкалась, пытаясь освободиться, но все попытки были безуспешны. Сильные руки и ноги, словно тиски, сковали мое тело.
— Дышать… — прохрипела я, — задыхаюсь! — повторила я чуть громче.
На самом деле воздуха мне хватало, но попытка не пытка.
Незнакомец убрал руку со спины. Этого мне хватило, чтобы совершить попытку освобождения. Но мои поползновения снова не удались. Меня рывком перевернули на спину, все также удерживая ноги и руки. Я с силой зажмурила глаза, и проступили слезы. Перед смертью не надышишься. В моем случае это совсем не красивая фигура речи. Я не хотела видеть, как меня будут убивать. Оставалось надеяться, что убьют быстро и не будут мучить долго.
Теперь незнакомец сидел верхом на мне, совсем не боясь раздавить. Шансов вырваться стало еще меньше. И я перестала брыкаться. Отчаяние и страх подкатывали удушливой волной. Непонимание происходящего не давало мыслить разумно и логически. Нужно успокоиться, отбросить страх. Перестать паниковать. Паника делает жертву слабой.
Мужчина не шевелился и ничего не предпринимал.
— Если собрался убить, не надо медлить, — заледеневшим голосом произнесла я, пытаясь выяснить, что ему нужно.