Кучум (Книга 1)
Шрифт:
Лось, поняв, что здесь ему не пробиться, неожиданно рванулся влево и сбил того, кто пронзил ему брюхо. Не обращая на упавшего внимания, он что есть мочи рванулся в ту сторону, где людей не было видно. А именно там, притаившись за толстыми осинами, стояли Ишкельды и Томасы.
Они увидели, что прямо на них несется обезумевший лось, весь утыканный стрелами, которые качались в такт бегу. Натянув луки, они пустили по стреле, которые впились в бока животному, но ничуть не приостановили его бег. Тогда, отбросив луки в сторону, они схватились за копья, изготовившись к бою. Друг от друга они находились на расстоянии десятка шагов,
Лось вбежал в кустарник, раздвигая его мощной грудью, и скрылся из вида. От собственного бессилия они вскинули вверх руки, досадуя на неудачу, но вдруг из кустарника послышался громкий хрип и удар о землю. И в тот же момент кто-то закричал:
– - Я убил его! Он мой! Я взял его!
Друзья узнали голос Сеида, который еще совсем недавно находился рядом с ними, и они только теперь заметили, что его нет, а там, где он стоял, валялось брошенное на землю копье.
К ним уже бежали и остальные охотники с копьями наперевес, все в болотной жиже, заляпанные комьями грязи. Впереди, широко открыв рот и тяжело дыша, разбрызгивая воду и перепрыгивая через кочки, несся Азат.
Ишкельды и Томасы кинулись в сторону кустарника, откуда кричал Сеид. Раздвинув ветки, они увидели огромную тушу лося, который дергал задними ногами в предсмертной конвульсии, и держащегося за копье, что торчало из левого бока животного, старого Сеида. Он не переставал радостно орать, нажимая на древко копья:
– - Мой лось! Мой! Я его взял! Пусть все видят! Подбежали все охотники, и Азат, вынув нож, пошел к голове животного, чтоб перерезать тому глотку. Ишкельды нерешительно подошел к Сеиду и робко проговорил:
– - Вроде как это мое копье будет, а твое там, под деревом лежит, где ты его потерял.
Дружным смехом встретили остальные охотники слова юноши.
– - Сеид у нас самый храбрый охотник!
– - Штаны-то, штаны-то мокрые у него!
– - Даже копье свое потерял!
– - хохотали охотники, а Сеид лишь крутил головой и сверкал глазами, не зная что ответить.
Наконец он решил, что лучше для него будет посмеяться вместе со всеми, и крикнул:
– - Я за ним так быстро бежал, что и копье бросил. Хотел его за ухо схватить, а он, как меня увидел, так и упал. Испугался, видать, шибко. Вот какой я страшный, однако!
Все засмеялись еще громче, и некоторые подошли к старику, похлопывая его по плечу, сбили на лоб шапку.
– - Молодец, Сеид, теперь будем звать тебя Сеид -- гроза лосей! Пусть они знают и боятся тебя.
Тут же приступили к освежению туши. Другие мужики запалили костер и поджаривали на тонких прутиках куски мяса и еще полусырое отправляли в рот.
Присоединились к остальным и Ишкельды с Томасы. Сам Азат похвалил их:
– - Так скоро хорошими охотниками станете,-- говорил он парням,-- глаз точный, сила тоже есть, все лоси ваши будут. Молодцы!
Разделив поровну добычу, пошли обратно к селению. Там уже были разведены костры, и
мужчин приветствовали радостными криками. Вечером все собрались в центре лесного поселка, чтоб поговорить о своем житье и решить, где им зимовать: здесь, в лесу, или вернуться обратно к реке.Сошлись на том, что нужно послать разведчиков в другие селения для выяснения обстановки.
– - Если степняков разбили, то можно спокойно возвращаться обратно, а если они победили, то... надо подумать,-- высказал общее мнение охотник Азат.
На парней, примкнувших к ним от степняков, никто не обращал внимания. Будто не о их соплеменниках шла речь. И сами юноши молчали, словно родились сибирцами. В землянках их ждали жены, а о чем-то другом они пока и не думали.
Долго рядились, кому идти в разведку. Наконец, решили, что Азат пойдет как самый опытный и знающий, а с ним отправить Ишкельды и Томасы, как хорошо зарекомендовавших себя на сегодняшней охоте. На самом же деле никому не хотелось рисковать собственной головой, а вот чужаки... чужаки другое дело. Если и погибнут, то все одно не свои.
...Утром, еще по темноте выехали верхом, захватив с собой немного еды. Вскоре они выбрались к реке и проехали рядом со своим селением, вспугнув кучу воронья, что обследовали оставленное жилье в поисках; остатков еды.
– - Ишь ты, сколько их налетело,-- покачал головой Азат,-- теперь они тут хозяева.
К полудню добрались до соседнего селения и увидели, что жители уходят небольшими группами, навьюченные разным скарбом, в сторону леса.
– - Эй, соседи,-- крикнул им Азат,-- куда путь держите?
Некоторые узнали его и остановились поговорить.
– - Опять из степи сарты заявились. Видать, грабить будут, в полон брать, последнее, что есть, заберут, вот мы и подались в лес.
– - Говорят, что был шибко большой бой и наших ханов там поубивали всех как есть. Теперь у нас другой хан будет с волчьей головой и хвостом, как у росомахи.
– - Нам говорили, что он питается малыми детьми и каждый день для него жарят на костре годовалого младенца.
– - А вы, бабасанские, что, на месте сидите, али тоже в леса ушли?
– - Да мы уж несколько дней, как на Гнилое болото перебрались. Там спокойнее будет отсидеться. Вы чего-то запозднились,-- ответил Азат.
– - Успеем еще... Голому собраться только подпоясаться... Уйдем в лес, и поминай как звали... Пусть там ханы меж собой выясняют, кто из них главнее, а нам детей растить надо.
– - Да...-- в раздумье проговорил Азат, обращаясь к своим спутникам,-видать, жители всех деревенек собрались в леса да на болота уходить. Дальше можно и не ездить, самое главное узнали. Видать, теперь ваш хан нами править будет, коль обратно в степь не убежит. Как думаете, орлы, обратно ваш хан пойдет али здесь зимовать будет?
– - Нам он о том не говорил,-- отшутился Томасы,-- но в Бухару навряд ли скоро пойдет. Зачем тогда сюда шел?
– - Да,-- согласился с ним и Ишкельды, я слыхал, что его там, в Бухаре, не шибко-то и ждут. Потому сюда он и полез в ваши болота.
– - Мы его сюда не особо и звали,-- беззлобно огрызнулся Азат,-- но уж коль пришел, то пущай правит как положено. А что, верно, что он младенцев на обед жрет?
– - Не знаю... Чего-то я такого не слыхал,-- пожал в недоумении плечами Томасы,-- только я с ним рядом не сидел и из одного казана не черпал.