Кто в доме хозяин?
Шрифт:
– Ну давайте обойдёмся без телячьих нежностей. Хорошо? – взяла его руку и положила ему на колено. – Вот так-то будет лучше. Я верю, верю, что матушка у Вас замечательная. Только я-то тут при чём? Она уже на Ритусю глаз положила. Между прочим, Ритка по Вам сохнет. Обратите свой
Николай некоторое время изучал носки своих модных полусапожек. Потом посмотрел на неё, поднёс руку к её лицу. Хотел провести пальцем по губам, но она задержала его ладонь.
– А мне не нужна Рита. – и он перехватил её руку и завёл себе за спину, придавил своим телом. – Теперь у тебя одна рука, обороняйся, если сможешь. Или сдайся на милость победителя. – Его лицо стало приближаться к ней.
– А я закричу.
– Кричи. Это ВИП отсек, твоя палата на сегодня единственно занятая. Звукоизоляция как в камере пыток. Медсестра ушла пить чай. Она же взрослая женщина, всё правильно понимает, в отличие от тебя. Ну, кричи.
Звонкая высокая трель взвилась под потолок. Николай не шевелился. С полуусмешкой он смотрел на Роксану. Она замолчала, прислушалась. Тишина. Взяла нотой выше, силой громче, продолжительностью длиннее. Опять тишина. Когда собралась кричать третий раз, мужчина не выдержал.
– Теперь моя очередь. Только я буду из тебя другие звуки добывать. Знаешь какие? «Давай, давай. Ещё, ещё! Глубже! Ах! Сильней! Не останавливайся!» – пародировал он с придыханием. – Что там вы ещё кричите, пока не взорвётесь? А я буду мучить, пока ты не взмолишься: «Ну, Коленька, ну миленький, ну, хватит уже! Я больше
не могу!» А я ещё подумаю, стоит тебя пощадить или ещё помучить. – озорные искорки мелькали в его глазах.– Ага, рискни здоровьем мамочки. – хмыкнула она и отвернулась.
– Рискну, ну пока только для затравки. – и он повернул голову женщины к себе лицом. Вторую руку перехватил, согнул в локте и крепко соединил пальцы левой руки на запястье.
Теперь руками она не могла оказывать сопротивление. Он придерживал своей ладонью её скулу, и, не давая увернуться, приблизился к её губам.
– Ты пахнешь малиной в летний зной. – выдохнул он. Провёл языком по губам. – Роксана… – И его губы накрыли её. Как леденец, он пососал нижнюю. Потом попробовал верхнюю. Потом прошёлся языком по сцепленным зубам.
Опустил руку на бедро.
– Нет, – выдохнула она. И в этот момент его язык ворвался к ней в рот.
Всё закружилось в голове. Как будто лёгкая лодочка закачалась на волна. Глаза закрывались. Тело ныло и выгибалось, как будто эбонитовая палочка прошлась по коже. Руки упёрлись к нему в грудь, то ли толкали, то ли прижимали. Запах самца заползал на подкорку. Она не поняла, как оказалась у него на коленях. И уже не он, а она его целовала, нагло и требовательно.
Мозг объявил бойкот и отказался контролировать ситуацию. Желание вырвалось из многомесячного плена. Сердце било в барабаны. В голове щебетали птицы, а в душе расцветали цветы. Его руки скользили по её волосам, то наматывая пряди на палец, то пропуская как рыжие волны.
Конец ознакомительного фрагмента.