Круглый дизельпанк
Шрифт:
– Чего?
– Я спросила - ты и вправду хочешь жениться после того как домой приедешь?
– А тебе-то что? Ну женюсь.
– Ответил я сердито.
Ню не обращала внимание на моё нежелание обсуждать тему моей женитьбы:
– И невеста у тебя есть?
– Нет. Найду. Желающих - хоть отбавляй.
– Сказал я злорадно.
Фэ подумала и уточнила:
– Значит - нету невесты?
– Хватит приставать. Это не твоё дело.
– Понятно. Нету.
Пару минут мы ехали молча. Двигатель изредка взрыкивал на небольших подъёмах. Ветерок гулял по кабине. Я думал о том, что мне нравятся такие моменты. Когда едешь по раздолью, наслаждаешься управлением большой, мощной машиной, которая послушна малейшему твоему движению. Приятно ощущать, как на разгонах тебя слегка прижимает к спинке сиденья. В такие минуты я благодарю судьбу, что решил заняться перевозками. Мне нравится этот восторг от управления мощными
– Фрам, давай я стану твоей женой? Тогда и невесту искать не надо.
Двигатель сбросил обороты, а потом рыкнул , резко их набирая. Это моя нога на педали газа дрогнула. Я медленно повернулся к девчонке с ощущениями стукнутого из-за угла пыльным мешком. Она смотрела на меня безмятежными раскосыми глазами и просящийся на язык грубый ответ застрял в глотке. Если бы не приходилось держать руль двумя руками, то я бы шлёпнул себя ладонью по лицу - вот только влюблённой малолетки мне не хватало. А ведь Ню это серьёзно говорит. Она уже взрослая девушка (в её понятиях, естественно) и вольна предложить выбранному мужчине брачные отношения. Здесь, твою дивизию, - Мир. А в большинстве мирянских стран такое отношение мужчин и женщин вполне в рамках этических и религиозных норм. Не только мужчина может делать предложение, но и женщина. Равноправие, ёшь твою медь. И всё бы ничего, только вот Ню никакая не женщина и даже не девушка! Она, что бы ей ни казалось - ещё девчонка. И пусть по местным законам совершеннолетие, а с ним и брачный возраст наступали в местные пятьдесят два стода или в шестнадцать с половиной земных лет, но даже по местным законам Ню с её сорокасемью стодами под совершеннолетие нихрена не попадала, соплюха такая. И какого она ко мне прицепилась? Ладно бы на Тима вешалась, он хоть молодой парень. Хотя моё теперешнее тело тоже не старое. Чёрт, забываю об этом часто. Ну допустим - влюбилась в спасителя. Но мне от этого не легче. Нет у меня никакого желания связываться с нимфеткой (я-таки читал то самое произведение Набокова, откуда есть пошло имя нарицательное - Лолита).. Обижать же её тоже как-то не хочется. Вот так нанесёшь девочке психологическую травму и всю жизнь ей поломаешь. С другой стороны не зря поговорки говорят, мол, девичьи слёзы - что роса. Быстро испаряются. Да и какая это любовь - гормоны играют.
– Ты торопишься, девочка.
– Не смейся!
– И не думаю. Но ты и вправду девочка.
– Не разговаривай со мной как с ребёнком! Я уже взрослая!
– Не выдержала Нюта , насупилась и отвернулась, но долго не промолчала:
– Я буду хорошей женой. Ты не пожалеешь.
Это уже с покорностью и просьбой в голосе, из-под которых прямо-таки высовывался неумелый намёк на нечто такое, о чём она слышала, но практического опыта в этом не имела. Зато, судя по настойчивости, приобрести этот опыт желала, и - побыстрей. Ёшь твою медь. Ну я ведь не любитель малолеток, хотя некоторые в шестнадцать выглядят на все девятнадцать, а по части интима иным двадцатилетним фору дадут. Правда в этом отношении Ню чем-то выдающимся (как в смысле форм, так и в смысле опыта) похвастать не могла. И слава Богам.
– Ню, прекрати. И вообще - это будет нарушение закона. Тебе ещё нет пятидесяти двух стодов.
А, ч-ч-чёрт! Вот я уже и допустил вероятность! Ну кто ж меня за язык-то тянул? Надо было твёрдо сказать "Нет", не подыскивая оправданий. А эта скороспелка застенчиво так мурлыкнула:
– Пять стодов - это немного.
Тут я понял, что легко отвязаться от этой девчонки не получится. Ещё вспомнил, что у неё нет рассенского гражданства, нет удлича, который ей уже пора получать, если она будет жить в Рассене. А так как у неё нет документов, подтверждающих дату рождения, то она может додуматься до того, чтобы приписать себе эти злосчастные пять стодов. Н-да... Случайный взгляд в сторону Ню зафиксировал движения, призванные придать волосам не то объём, не то - подобие милой растрёпанности. Всё, финиш. А если она начнёт так себя вести на публике? Как минимум ревность со стороны Тима и подозрительность со стороны Калининой мне гарантированы. Страшно подумать, что будет, если эта козявка будет липнуть ко мне при них. Подумают, что я хочу воспользоваться её глупостью и неопытностью. Вот же твою дивизию!..
Тем не менее день прошёл без происшествий. Ню дальше мечтательных взглядов и кокетливых жестов не шла, что меня очень радовало. Может она что и задумала, но держала свои планы при себе. Утром мы продолжили движение, сразу
взяв хороший темп , и так ехали пару дней. Однако погода начинала портиться и это меня тревожило. Если зарядят дожди, то мы рискуем надолго завязнуть в этих бездорожьях. Один я бы ещё проехал, тем более сейчас груз очень лёгкий. Н о с нами броневик, проходимость которого по раскисшему грунту низка, не смотря на полный привод. А прочность цепи, как известно, равна прочности самого слабого звена.Местность изобиловала рощами и перелесками, но была сравнительно ровной. По крайней мере оврагов нам больше пока не встречалось. Небо всё чаще оказывалось затянутым рваными серыми облаками, предвещавшими дождь. Ветер часто менял направление. В воздухе прямо-таки пахло влагой. Фэ так и ехала со мной. Хорошо хоть ночевать уходила к Марике. Вернее Марика её ненавязчиво забирала. Причём смотрела на меня как-то неопределённо. Наверное подозревала в намерении покуситься на девичью честь Нюты, но из доказательств у неё только собственное утверждение, что якобы Корбин - извращенец. Надо бы ей объяснить, что я, конечно, люблю молодых девушек, но не настолько молодых, как эта соплячка в шароварах. Тим тоже поглядывал на меня без восторга. Да что ж они, сговорились что-ли? А Фэ изображала из себя примерную девочку. Мило, сахарно улыбалась, не задавала провокационных вопросов, была вежлива и предупредительна. Понятно. Рекламная компания. Не проходите мимо и не женитесь на других. Твою ж дивизию.
Шёл четвёртый день пути. Утром заправили грузовик и броневик предпоследний раз. Остался ещё один комплект заправки. Надо сказать, что компреста мы взяли не то чтобы в обрез, но и без больших излишков. При отправке об этом как-то не подумали, а сейчас становилось тревожно. Но теперь уж ничего не поделаешь. Ближе к обеду на стекло и пыльный капот упали первые капли дождя. Я выглянул в окно. Тучи заметно потемнели, а вдалеке вставала стена дождя. Дал по тормозам, поморгав фарами едущей впереди Калининой. Колонна остановилась. Ню открыла рот, но я не дал ей и слова произнести:
– Сиди на месте.
А сам спрыгнул на землю и пошёл к головной машине. Командование нетерпеливо ожидало объяснений.
– Командир, сейчас дождь начнётся и скорее всего - сильный. Я Тима в кабину пересажу?
– Да, пересаживай. Что-то ещё?
– Надо выбирать место для стоянки, иначе влипнем прямо посреди лугов. Может неподалёку какие поселения есть?
– Дорог же пока нет, значит и места дикие совсем. Хотя..
Лекс задумался, потом достал очень схематичную карту и толстую тетрадь с описаниями пути. Полистал тетрадь, поводил пальцем по карте.
– Где-то тут в окресностях есть селение, но.
– Что?
Спросила Марика. Лекс почесал затылок:
– Написано, что там живут сектанты, хотя и безобидные.
– Решение, командир. Дорога каждая минута.
– Настаивал я.
Сомов решился:
– Едем в селение. Сейчас проложу курс.
Пока они с Марикой занимались навигацией, я поспешил назад. Пока объяснил Тиму ситуацию, пока он покинул своё "гнездо", пока забрался в кабину - начало накрапывать. Ню оказалась между нами. По её растерянному виду я понял, что такой вариант она не предусмотрела. Но мне сейчас, если честно, было не до её переживаний. Я сосредоточено рулил, следя и за едущим впереди вездеходом Марики, и за дорогой, и ещё успевал следить в зеркала за броневиком. Пыль на стёклах поплыла разводами и пришлось включить дворники. Дороги всё не было. На крупных кочках лёгкая Ню то заваливалась на меня, то на Тима. Я хотел сказать, чтобы она держалась за поручень на панели, но похоже ей эти качели с прикосновениями нравятся. Причём что - ко мне, что - к Ренэске. Тогда пусть развлекается. Чем бы, как говорится, дитя не тешилось - лишь бы не забеременело.
На дорогу вынырнули как-то неожиданно. Ну как - дорога? Колея, накатанная между зарослями кустов. В этом зелёном коридоре стало настолько темно, что я врубил "люстру" на крыше. Дождь уже разошёлся, грунт быстро наполнялся влагой. Неожиданно за очередным поворотом выросло поселение. Прямо так и появилось, из пелены дождя. Вернее появились большие ворота и трёхметровая стена, очень похожая на частокол. Марика остановилась перед воротами, я тоже остановился.
– Где это мы?
– Подозрительно спросил Тим. Я пожал плечами:
– Поселение.
Фэ тихо пропищала:
– Мне страшно. Вы же меня здесь не оставите?
– Нет.
– Мужественно заявил Тим и заработал несколько баллов по шкале Фэ. Я как бы случайно отвернулся в к окну и улыбнулся. Дети, ё-моё. Согнав с лица улыбку, снова стал наблюдать. Вот из вездехода выбралась фигура в дождевике, проковыляла к воротам, оскальзываясь на размякшем грунте. Не знаю - дежурит ли кто-то на воротах? По идее если ворота есть, то и охранять их надо. Иначе нафига они? И точно - в воротине открылась дверь, фигура скрылась в ней. Надеюсь нас пустят внутрь. Досадно будет завязнуть прямо тут.