Кровавые клятвы
Шрифт:
Он останавливается на полпути, делает шаг назад, и я клянусь, что чувствую жар его взгляда между ног.
— Ты учишься, — бормочет он, и я слышу удовлетворение в его голосе. — Твоё тело знает, чего хочет, даже если разум ещё не догнал его.
Следующий удар следует без предупреждения и оказывается сильнее всех предыдущих. Я сжимаю зубы так сильно, что они скрипят, чтобы не закричать. Я слышу, как Тристан спускает молнию, прежде чем ремень снова ударяет по мне, а затем слышу его стон, когда я поворачиваю голову и вижу, как он обхватывает рукой свой член.
Волна возбуждения пронзает меня при мысли о том, что он не мог дождаться.
Но под обжигающими ударами ремня моё тело пульсирует от желания, чтобы он прикоснулся ко мне. Чтобы трахнул меня. Чтобы подарил мне ещё один оргазм.
— Ты так хорошо держишься, малышка, — рычит Тристан. — Видишь, как легко подчиняться? Хорошие жёны получают награду, Симона. Тебя могли бы трахать прямо сейчас, а не наказывать…
Ремень снова опускается, и звук удара смешивается с шумом его руки, лихорадочно двигающейся по члену. Я слышу, как учащается его дыхание.
— Я собираюсь покрыть эту прелестную попку своей спермой, — рычит он. — Ещё пять ударов, Симона, а потом я напомню тебе, кому ты принадлежишь.
— Я думала, мне и так должно быть понятно, — огрызаюсь я, и не успеваю я перевести дух, как ремень с силой ударяет меня между бёдер, прямо по набухшей киске.
Я вскрикиваю. Я ничего не могу с собой поделать. Ощущение острое и неожиданное, боль пронзает мой живот, но вместе с этим острое наслаждение заставляет мою спину выгнуться дугой. Тристан хихикает, делая шаг вперёд, и я чувствую, как головка его члена прижимается к моим складочкам. Он двигается взад-вперёд, и я сильно прикусываю губу, чтобы не застонать.
— Такая мокрая, — рычит он. — Ещё раз ослушаешься меня, и я отшлёпаю эту прелестную киску так, что она покраснеет и опухнет, малышка.
Тристан отступает, и на этот раз ремень снова опускается на мою задницу. Я тоже тяжело дышу, мои мышцы напряжены, но я не могу удержаться и оглядываюсь на него через плечо, любуясь тем, что происходит позади меня.
Он в своём костюме, полностью одетый, только молния расстёгнута, и его член напряженно торчит наружу, он грубо поглаживает его одной рукой, а в другой держит сложенный кожаный ремень. Желание пробегает по моей спине, когда он снова жёстко опускается на меня, его вид: стиснутые челюсти, напряженные мышцы, пульсирующий член возбуждает меня до такой степени, что у меня кружится голова.
Или, может быть, это просто из-за того, что моя задница словно горит.
На пятом ударе он отпускает ремень и, застонав, хватает меня за бедро. Его челюсть сжимается, на ней напрягается мышца, когда я вижу, как набухает его головка и первая горячая струя спермы попадает на мою кожу, когда он начинает кончать.
— Блядь, Симона… — рычит он, изливаясь на мою задницу и поясницу. Я и не подозревала, что мужчина может кончать так сильно и обильно. Сперма стекает по моим бокам, по заднице, окрашивая мою кожу, пока Тристан доводит себя до оргазма, и я чувствую, что могу упасть в обморок от того, как сильно мне нужно получить такое же освобождение.
Всё моё тело кричит об этом, и я задаюсь вопросом, как долго я смогу продержаться, прежде чем начну умолять его об этом. Или, прежде чем я сдамся,
ослушаюсь и получу обещанное наказание за то, что трогала себя.Он тяжело дышит, когда последние капли падают на мою кожу, и ещё раз проводит рукой по своему члену, прежде чем спрятать его. Он протягивает руку и стягивает мою юбку с голой задницы, и мои щёки пылают, когда я чувствую, как ткань прилипает к коже.
— Сегодня вечером ты спустишься к ужину вот так, — говорит он мне. — Ты можешь переодеться, но без трусиков. Я проверю, — добавляет он с довольной ухмылкой на лице. — И ты не будешь всё смывать до завтрашнего утра. Пусть это послужит тебе напоминанием…
— Что завтра я должна быть у тебя в кабинете? — Огрызаюсь я, ненавидя свой запыхавшийся голос. Тристан улыбается.
— Нет. Утром я уезжаю по работе. — Это удивляет меня, и я моргаю, выпрямляясь и не обращая внимания на жжение в заднице, когда смотрю на своего мужа.
— Что?
— Я уезжаю в командировку в Вегас. — Он берёт свой ремень и так непринуждённо продевает его в шлёвки, как будто не он только что отшлёпал меня этой самой кожей. — Меня не будет несколько дней. В поместье будет усиленная охрана. Если ты куда-то пойдёшь, то только с охраной, которую я тебе назначил. И Симона? — Он делает шаг вперёд и касается пальцами моей челюсти. — Не смей трогать себя, пока меня нет. Я хочу, чтобы твоя киска была страстной, когда я вернусь. У тебя есть время подумать о том, как ты порадуешь своего мужа, когда он вернётся домой, и снова заслужишь мой член. Если ты убедишь меня, что была хорошей девочкой, возможно, я трахну тебя так, как тебе нужно.
Я отталкиваю его руку.
— Мне ничего от тебя не нужно, Тристан.
Он усмехается.
— Я думаю, тебе многое нужно, малышка. Думаю, тебе стоит огромных усилий не наклониться и не умолять меня трахнуть тебя прямо сейчас.
Я сверлю его взглядом, плотно сжав губы и отказываясь произнести хоть слово. Тристан делает шаг назад, как будто ему всё равно, и поправляет пиджак.
— Подумай о том, что произошло за последние два дня, пока меня не будет, Симона. Думаю, ты начинаешь понимать, за какого человека вышла замуж. По крайней мере, я на это надеюсь. Подумай о том, что это значит, и как ты должна себя вести, когда я вернусь.
Я хочу всё отрицать, хочу сказать ему, что он неправ, но слова не идут с языка. Потому что он прав. Я начинаю понимать. Он не из тех, кто принимает отказ в качестве ответа. Он не из тех, кто позволит мне прятаться за стенами неповиновения и гнева. Он хочет обладать мной полностью и безоговорочно, и самое ужасное, что моё тело жаждет этого обладания.
— Я тебя ненавижу, — шепчу я, и больше всего на свете мне хочется, чтобы это изменило мои чувства к нему.
— Нет, не ненавидишь. — Он наклоняется, почти нежно касаясь губами моего лба. — Ты ненавидишь то, что хочешь меня. Это разные вещи.
Это не выходит у меня из головы весь оставшийся день. Пока я расхаживаю по комнате, переодеваюсь к ужину, пока Тристан встречает меня у двери, хватает меня за подбородок и удерживает на месте, пока его рука скользит под моим платьем, чтобы убедиться, что я подчинилась и что на мне нет трусиков. Это не выходит у меня из головы, когда я чувствую, как его средний палец проникает между моих складок. Я вижу его довольную ухмылку, когда он чувствует влагу на моей коже, и то, как он отступает, наблюдая за мной с высокомерным удовлетворением на лице, пока я иду к своему стулу.