Кровавое наследие
Шрифт:
– О, нет, конечно!
– воскликнул я, едва не покраснев. Я смутился, ощутив себя голым, под взглядом Маргарет. А ведь и вправду, из одежды на мне только шорты! Нормальный человек давно бы замерз. Мороза нет, но снег еще не полностью сошел, да и ветер рвал и метал.
Вирус ликантропии отлично справлялся с намеченной задачей, то есть делал из его носителя настоящего бодибилдера. То, чего человек добивается годами изнурительных тренировок, оборотень достигает за пару месяцев. И чем чаще превращаешься, тем больше растут мышцы. За один только февраль я прибавил 20 фунтов веса за счет бицепсов, трицепсов, да и кости стали тяжелей, нежели раньше, в пору человеческой жизни, и, кажется, на этом следовало бы остановиться. Ненавижу культуристов!
–
– Она вообще никогда прежде не нападала на меня. Наверно, перенервничала из-за появления чужого человека.
– Тебе не холодно?
– недоуменно произнесла Маргарет, удивляясь, что я не произвожу впечатления продрогшего человека.
– Закаляюсь, - с веселой улыбкой соврал я.
– Но ты права. Пожалуй, пора идти в дом. Заодно посмотрю, успокоилась ли Белла.
"Черт!
– мысленно выругался я.
– Не следовало произносить ее имя, но сделанного не воротишь".
– Ее назвали так в честь матери, - пояснил я.
Не знаю, почему я струсил, но всё же лучше перестраховаться, если имеешь дело с женой Охотника. Что, если в их среде известно о вампирше Арабелле?
– Тебе тоже пора возвращаться.
– Я медленно поднимался по ступенькам мраморного крыльца.
– А насчет мужа не беспокойся. Я обязательно поговорю с Конрадом.
– Может, сегодня?
– Маргарет уже стояла возле автомобиля.
– Я приглашаю тебя на ужин. В семь.
– Постараюсь прийти, - пообещал я. У меня в любой момент могли возникнуть другие планы, поскольку оборотень в большей степени принадлежит стае, нежели себе. Всё прямо как в муравейнике, но с незначительной поправкой: у них королева-матка, а у нас альфа.
– К нам приедет Ребекка.
– Значит, точно приду!
– с готовностью откликнулся я.
Я зашел в дом, как только Маргарет повернула ключ в зажигании. Арабелла всё еще была в гостиной - ждала меня. Она восседала на кушетке с таким величественным видом, словно то был трон.
– Что же ты творишь?!
– Я решил сразу приступить к упрекам.
– Я собиралась поделиться с тобой, - невинным голоском пропела вампирша.
– Разве ты не хотел ее съесть?
– Нет!
– У меня чуть глаза на лоб не полезли.
– Я не ем людей, особенно друзей!
– Эти два понятия несовместимы.
Белла говорила точь-в-точь, как альфа моей стаи. Согласно его пониманию, человек не может быть другом оборотня. В его памяти словно еще были живы те времена, когда людские общины устраивали облавы на оборотней, которые в свою очередь питались человеческим мясом. Но в наш просвещенный век всё изменилось, по крайней мере, Вервольфы стали иными. Да и люди, в основном, не ведают о нашем реальном существовании.
– Прошу тебя!
– Я умоляюще сложил ладони.
– Не выходи из подвала, когда в доме есть посторонние! Я специально не приглашаю гостей, чтобы никто ничего не узнал. Я прячу тебя ото всех, включая друзей. Ты даже не представляешь, как сложно хранить секрет от стаи! А сегодня ты едва не свела на нет мои старания. Ты напала на жену Охотника. Знаешь, чем могла обернуться твоя оплошность?
– Колоссальной битвой!
– кровожадно усмехнулась Белла.
– С нашей последующей гибелью.
– Я попытался остудить пыл вампирши.
– За нами пришли бы не люди, вооруженные деревянными кольями, а настоящие охотники, посвятившие борьбе всю жизнь.
– Ты тоже Охотник, - напомнила Белла.
– Не на людей.
– Я уныло мотнул головой.
– Я никогда не буду сражаться против человечества.
– Бедный мой мальчик.
– Грустно улыбаясь, вампирша подступила и легонько провела ногтями по моей щеке.
– Не о такой судьбе я мечтала. Ты предпочел бы скрываться и питаться падалью вместо того, чтобы наслаждаться человеческой плотью? Но когда-нибудь зов крови возьмет свое, потому что ты мой сын! А еще ты сын своего отца. Отпрыск вампиров не мог появиться на свет обычным человеком.
Если наследством была жажда крови, то та спала беспробудным сном. Тот случай в "черном" квартале стал единственным, когда запах человеческой крови вызвал во мне голод.
– А как я вообще появился на свет?
– Я вдруг подумал, что за последние месяцы эта мысль посещала меня неоднократно.
– Как все дети, - рассмеялась Белла, но в следующее мгновение стала серьезной: она понимала, что я имею в виду сам факт рождения ребенка у неживых.
– Для нас ты тоже стал сюрпризом. Вампир физиологически мертв, по крайней мере, обратное не доказано. Пожалуй, ты оказался единственным исключением. Себастьян стал вампиром в девятнадцатом веке, а меня обратил после бракосочетания, так что я умерла в день свадьбы, сразу как только разъехались немногочисленные гости.
– Так ты тоже не знаешь!
– разочарованно протянул я. Кажется, завеса тайны моего рождения так никогда и не приоткроется.
– Может, ты Божий дар?
– Белла рассмеялась, совершив столь абсурдное предположение.
– Божий дар вампирам!
– Она будто пробовала слова на вкус.
Если вдруг поверить, что вся мистика реальна, то нельзя сбрасывать со счетов и эту, казалось бы, нелепую версию. В любом случае мое рождение иначе как чудом не назовешь. Может, Арабелла угадала? Я - дар? Но вампирам ли?! Я ведь борюсь против кровопийц. Да и в чем тогда проявляется моя одаренность? Ничего особенного собой не представляю. Не самый сильный, не самый храбрый, не самый быстрый, не самый сообразительный. Список, как ни прискорбно, могу продолжать до бесконечности.
– Ты должен куда-то идти?
– Она вопросительно приподняла брови. Как она узнала, что я приглашен на ужин к Крептонам? Слышала разговор с Маргарет?
От мыслей меня отвлек телефонный звонок. Я вздрогнул, когда сотовый зашелся пронзительной трелью. Подняв трубку, я услышал жизнерадостный голос Дезире.
– Добрый день, Эл!
– почти крикнула она так, что мне пришлось убрать телефон от уха, чтобы не оглохнуть.
– Как тебе утро после вечеринки?
– Мы так гудели, что весь Чикаго слышал?
– недоуменно поинтересовался я. Насколько мне известно, Дезире не включена в коллегию адвокатов.
– Вообще-то, - напомнила она, - мы полночи провели в клубе. Дирк, ты и я.
– Точно!
– Я хлопнул себя по лбу. Вот откуда похмелье с колоколами в голове. Я всегда не очень хорошо помню ночь, сопровождаемую превращением, и впоследствии путаю сон с явью. Половину прошлой ночи мы втроем провели в небольшом рок-клубе, название которого выветрилось из сознания вместе с парами алкоголя, а может, еще раньше. Это заведение было не так популярно, как например, "Пустая бутылка", и уж точно уступало тому в интеллигенции.
– Чувствую себя превосходно, - ответил я.
– Тогда не будешь возражать против прогулки к городской библиотеке?
– Нет.
– Я растерялся. Дезире хочет почитать со мной книги?
– Встретимся на Стейт-стрит?
– Жди машину!
– выпалила она и сразу бросила трубку.
Кажется, наш с Беллой разговор остался незавершенным. Я обернулся, но ее уже не было в гостиной.
"Надеюсь, она не так глупа, - подумал я, - чтобы отправляться на поиски обеда средь бела дня".
Я оделся - не ехать же в город полуголым?! К тому же я полагал, что из библиотеки (Зачем Дезире понадобилось встречаться именно там?) поеду прямо к Крептонам. Я с неохотой облачился в тонкий свитер, брюки, кроссовки и даже джинсовую куртку. Маскировка - неотъемлемая часть жизни. Нужно выглядеть, как все. На самом деле я с превеликим удовольствием скинул бы все ненужные тряпки: те, что были излишни. Увы, существовали правила о неразглашении тайны оборотней. И кто только их придумал? Правда, длинные рукава мне необходимы, чтобы Маргарет не увидела отсутствие царапин у меня на плечах.