Кровь за кровь
Шрифт:
— Это как раз понятно, маг он и есть маг. Да помню я, что в империи для личных магов приняты совсем иные нормы отношения с Церковью, — прервал Сергей желавшего поправить его подчиненного, — Но никто не мешает парню повторять за более сильным старшими товарищами, а те Светлую Церковь не жалуют. Впрочем, это не важно. Какие необычные идеи парень высказывал во время учебы, выяснили?
— В основном рабочие, экселенц. Большей частью по доработке и улучшению существующих артефактов.
— Что-то интересное есть?
— Там все интересное, экселенц, но все ранние работы Рошани отличаются…
— Гений не от мира сего, далекий от практики. Как это знакомо.
— Именно так, экселенц. Школа артефакторов «сломать» его не смогла.
— Кстати, почему? Там ведь готовят ремесленников, а не инженеров. Методики отлажены и работают столетиями. Что не сработало на Рошани?
— И тут мы плавно переходим ко второму участнику работы над автоматонами. Рикардо Обуди. Сорок лет. Не женат. Из купеческих детей. То ли восьмой, то ли девятый сын в семье среднего достатка. Плут, ловкач, вор, мошенник, делец и спекулянт. В задницу без мыла пролезет, это как про него сказано. При необходимости продаст песок драконидам и купит у них лед, причем первое дорого, а второе задешево. Имеет репутацию человека который может достать все что угодно. На момент поступления Рошани в школу, занимал в этой школе должность, назовем это, завхоза.
— Почему только назовем?
— В школе артефакторов Обуди является мастером на все руки, экселенц. Он и складом заведует, и столовой он заведует, и за закупки любых материалов для школы он отвечает, и рабочие поделки учеников продает, и… ну по сути он ведет всю внешнюю финансовую деятельность школы. Единственные деньги, которые проходят мимо его рук, это плата за обучение учеников и дотации от государства и магов-меценатов. Эти деньги глава школы получает лично, но затем они все равно попадают к Рикардо Обуди. По описанию знающих его людей — та еще хитрая шельма. По свидетельствам очевидцев, Обуди почти сразу выделил Фельдика Рошани из числа прочих учеников школы и оказывал ему всяческое покровительство.
— Из этих? — скривился глава разведчиков.
— Судя по всему, нет, экселенц. Никакого сексуального подтекста. Обуди хоть и не женат, имеет двух любовниц на содержании. Так что у нас тут скорее всего чисто деловой подход. Ловкий делец заметил потенциал парня и стал его заранее обхаживать, в том числе защищая от влияния наставников школы. И это Обуди полностью удалось. Сейчас в их тандеме Рошани занимает полностью подчиненное положение и ничем кроме работы над артефактами не занимается. Внешний мир парню неинтересен.
— Для нас это плохо, но работать можно. Кто финансировал работу над автоматонами? Я не верю, что завхоз школы артефакторов может заработать такие деньги на школе, даже полностью ее обворовывая.
— Правильно не верите, экселенц. На хорошую жизнь Обуди действительно хватает — две постоянные любовницы, крепкий дом среднего размера, личный слуга, две служанки, кучер. Одним словом, уважаемый человек среднего достатка. Профинансировать работу уровня создания боевых големов ему не из чего. Но… В пятнадцать лет
Фельдик Рошани покинул школу артефакторов, полностью заплатив весь долг за свое обучение. Деньги на это ему дал Обуди. После этого Обуди зарегистрировал в магистрате создание ремесленной мастерской по ремонту артефактов.— А разрешение от гильдии?
— Было получено заранее. Вообще, Фельдик Рошани имеет все мыслимые разрешительные документы от гильдии магов своего города и числится там мастером.
— Без обязательной отработки подмастерьем? Охренеть. Теперь этот Рикардо Обуди заинтересовал меня чуть ли не больше чем пацан.
— Да, экселенц. Мы тоже обратили на него внимание. Личность весьма необычная и в своем роде талантливая. Мне тандем Рошани-Обуди сразу напомнил другую пару, что сильно дополняют друг друга в работе: Каларгон-Фушон, где один талантливый военачальник, а другой талантливый организатор. Здесь все также. Гениальный артефактор и при нем талантливый делец. Зубодробительная смесь.
— Понятно. Так на чем они делали себе деньги?
— Вскоре после открытия ремесленной мастерской по провинции Молизе среди воров стали распространяться специальные артефакты, позволяющие отключать любую магическую защиту домов. Ныне такие артефакты встречаются даже в Алье. Стоят они безумно дорого, кто их создает ворам неизвестно, но на работу артефактов никто кроме владельцев ограбленных домов не жалуется. Любая магическая защита блокируется этим артефактом на раз.
— У нас есть образец этого артефакта?
— Обижаете, экселенц. У нас есть три таких артефакта.
— Три это хорошо. Доказать авторство парня выйдет?
— Нет, экселенц. Артефакт сложный и хитрый, вполне в духе поделок Рошани, но в нем нет ничего «авторского», свойственного только работам Фельдика. Лет через десять может быть и удастся привязать стиль артефакта к парню, но сейчас это невозможно даже для нас, люди и вовсе ничего не заметят.
— Ладно. Значит работы над автоматонами велись в режиме самофинансирования?
— Верно, экселенц. На начальном этапе все финансирование работ велось из личных средств нашей парочки. Кроме универсальных воровских отмычек, мастерская Рошани прославилась ремонтом старых родовых артефактов. А это дело тоже очень выгодное, пусть и доходы там куда меньше чем от преступной деятельности.
— То есть, и официально деньги у Рошани есть и зацепить его на этом не выйдет?
— К сожалению, экселенц. Рикардо Обуди, судя по всему, хорошо заботится о своем подопечном и так глупо его не подставляет. Да и сам не подставляется. Повторюсь, ворье не знает кто делает им артефакты-отмычки.
— Ну здесь-то цепочку посредников будет отследить проще, чем доказать авторский стиль артефакта.
— Без сомнения, экселенц, но пока наши агенты этого не сделали.
— Почему Гор еще не послал туда вампира и всем занимаются люди?
— У дела низкий приоритет, экселенц. Опасности для нас нет и отвлекать на дело вампиров, для которых в империи и так работы больше чем можно предположить, Гор не стал. Я его в этом полностью поддерживаю. Наши агенты из числа людей справятся и так, без памяти крови и прочей нашей поддержки.