Чтение онлайн

— Мне жаль, что и вас она обманула.

— Риизания никогда мне ничего не обещала. Более того, предупреждала, что однажды она покинет меня. Но ты права, Эания, меня разбил её уход. И боль обернулась равнодушием и недоверием к её народу. Нет, я не буду говорить, что когда-либо до этого испытывал сочувствие к эльфам. Не испытывал. То, что я о них слышал, вселяло в меня опасения и желание, чтобы они не существовали вовсе. Управлять стихиями, заклинать предметы… Пугающая сила для человека, которому не подвластно подобное. Риизания немного умерила мои страхи, пока была рядом, но они вернулись, стоило ей

уйти. И стали они куда сильней, чем были прежде.

— Мы никому не желаем зла, — тихо говорю я. — Мы просто хотим жить, не думая о том, что текущий день последний.

— Знаю. Элар тоже в этом убеждён. Он убедил и меня.

Я смотрю на короля, не веря в услышанное:

— Вы… вы откажетесь от войны? Запретите церкви истреблять мой народ?

Мужчина улыбается, устало и печально:

— Если бы это было так просто… — Король молчит мгновение, а затем говорит твёрдо: — Ты моя дочь, Эания, принцесса, в тебе течёт королевская кровь. Как эльфийская, так и людская. С моей стороны будет настоящим лицемерием признать тебя, но продолжать войну с подобными тебе. Я сообщил о своём решении епископу, потребовал прекратить любые гонения…

— Но церковь с вами не согласна, — киваю я. — А моя мама? Вы потребовали, чтобы её освободили?

— Епископ отрицает то, что они удерживают в плену чистокровную эльфийку с даром предвидения.

— Он лжёт! Она у них! Тайлос… Где он? И где Элар?

Король снова молчит. Молчит долго и смотрит в сторону окна, словно прямо сейчас видит там призрак моей матери. Затем выдыхает и переводит взгляд на меня:

— Мы, нынешнее поколение людей, никогда не знали, что такое настоящая война. Мы доверили сражения церкви и её Магам Крови. Но боюсь, в скором времени сражаться предстоит нам самим.

— С теми, кто по вашему мнению оберегал ваш покой, — киваю я. — И кого вы презираете и ненавидите за их суть. — Я думаю о Тае и заканчиваю едва слышно: — Хочется верить, что не все Маги Крови слепо верят церкви.

Король усмехается, печально и задумчиво:

— Маг Тайлос — особенный случай. Он помнит свою семью и жизнь до монастыря Воинов Крови. Остальные же преданы церкви с пелёнок, они доверяют её суждениям, привыкли и полюбили свою силу и жесткость. Впрочем, Элар убеждён, что не все они. Поэтому он позволил Магу Тайлосу осторожно навестить своих братьев.

Сердце пропускает удар.

— Что? — выдыхаю я. — Тай пошёл в церковь? Один?

— Не думаю, что за него стоит сильно переживать, дитя. Насколько я успел ощутить на себе: молодой человек один стоит сотни Магов Крови.

Я снова смотрю на пляшущие языки пламени в камине.

Он не желает меня видеть…

— Что ж, — поднимается король на ноги. — Раз ты пришла в себя, то нам — тебе, мне и Элару, — стоит всё как следует обсудить. Я предлагаю сделать это за ужином. Верина, девушка, что к тебе недавно заглядывала, подготовила для тебя платье. Она будет твоей личной служанкой — скажи ей, если тебе что-нибудь понадобится. А сейчас я тебя оставлю. Ужин через час.

Король направляется к двери, а я вешаю обратно на шею мамин кулон, стискиваю его в пальцах.

— И ещё одно, Эания, — оборачивается на пороге король. — Я очень рад встрече с тобой. Рад, что у меня есть дочь.

—

А я рада, что мой отец на самом деле не плохой человек, — коротко улыбаюсь я в ответ.

Король кивает и закрывает за собой дверь. Спустя буквально пару секунд она снова открывается, и на пороге появляется всё та же смущённо-напуганная девушка.

— Если позволите, ваше высочество, я подготовлю для вас ванну.

Верина воспринимает моё молчание за согласие, но я не спорю. Сейчас все мои мысли заняты то мамой, то Тайлосом. Я беспокоюсь о них обоих, и совсем скоро начинаю мысленно торопить время, чтобы поскорее встретиться с Эларом и королём.

Нужно действовать.

Нужно спасти маму.

Нужно, чтобы Тайлос вернулся в замок целым и невредимым.

Впрочем, несмотря на всю свою отрешённость от происходящего, я всё же замечаю опасливые взгляды девушки-служанки. Ощущение, что она боится того, что я могу в любое мгновение, например, вспыхнуть ярким пламенем, которое её обязательно обожжёт. Я позабавилась бы этой ситуации, если бы могла связно думать хоть какое-то время подряд.

— Бог мой, ваши уши, принцесса… — восклицает девушка, когда берётся делать мне причёску. — Они и правда остры, как…

— Как у эльфа? — усмехаюсь я. — Нет, у чистокровных эльфов уши ещё острее. Благодарю, Верина, но думаю, я обойдусь без причёски. Отведи меня, пожалуйста, в столовую. Или где там будет ужин.

Пока Верина испуганно просит прощения, я поднимаюсь со стула без спинки у столика с большим зеркалом и обрываю её причитания:

— Тебе не за что извиняться, Верина. Просто отведи меня к отцу и брату.

Странно думать об Эларе, как о брате, но куда приятнее, чем думать о нём, как о будущем муже. Словно с моих плеч свалился тяжёлый груз. Брат. Мужчина, в котором течёт та же кровь, что течёт и во мне.

Девушка опускает глаза в пол, коротко кланяется и направляется к двери. Я иду вслед за ней.

— Принцесса желает спуститься в малый трапезный зал, — объявляет стражникам за дверью Верина. Их четверо. Двое тут же встают впереди, а двое других позади меня.

Отвечает на мой безмолвный вопрос всё та же Верина. Шёпотом, становясь рядом со мной:

— Сейчас по всему замку очень много стражников. Кажется, встреча короля и епископа прошла не очень гладко — я слышала, что есть раненые. А ещё я слышала о могущественном Маге Крови, которому не нужно пускать себе кровь. Это правда? Ведь он пришёл с вами…

— Правда.

— Как и то, что мы теперь объединимся с полукровками, чтобы воевать с церковью?

Голос девушки дрожит. В нём слышится ужас и отчаяние. Как и то, что она не то, чтобы в восторге от полуэльфов и того, что ей предстоит встать с ними на одну сторону.

— Тебя воевать никто не заставит, не волнуйся, — отвечаю я не очень любезно.

Девушка смущается и отступает на шаг назад:

— Простите, принцесса, я не хотела…

Я перестаю её слушать, возвращаясь к своим тревожным мыслям. Меня беспокоят коридоры, полные стражников. Мне не нравится, что рядом нет Тайлоса. И я не могу перестать задаваться вопросом: а жива ли ещё моя мама?

Что будет дальше?

Что мне делать самой?

Каково теперь моё предназначение? Или я его уже выполнила, просто появившись на свет?