Чтение онлайн

Поймала такси и направилась в сторону фирмы Спартака. А может, позвонить сначала? Ну да, так он мне и ответил. Особенно после нашей последней встречи.

Я торопливо вошла в офис. Лестница? Или лифт?

Решила не рисковать. Не хватало еще биться в истерике в крошечной кабине лифта. И потопала по лестнице. Оказавшись на четырнадцатом этаже, осторожно открыла дверь. Все здесь было точно так же, как и два месяца назад. Та же секретарша, те же стеклянные двери в кабинет генерального.

– Добрый день, - поздоровалась я с секретарем, - Мне нужно срочно поговорить с Кузьмой Владленовичем, - говорила я, - или со Львом.

–

Осторожно кивнула. Не знаю я его отчества, что уж поделать.

– Как Вас представить?
– поинтересовалась девушка.

– Илона Сладковская, - ответила я и уселась на диванчик, собираясь ждать аудиенции у великого Спартака.

– Вкусняшка?
– раздался знакомый удивленный голос. Подняла голову. Лев стоял посреди приемной, спрятав руки в карманы, - Ты как здесь? А ты.... А ну, пойдем.

Лев как-то подозрительно осмотрелся по сторонам и потащил меня за руку в кабинет Спартака.

– Ольга Юрьевна, - прокричал он на ходу, - Забудь о ее приходе!

– Вы куда меня тащите?
– возмутилась я.

– В общем, так, слушай сюда, - перебил меня Лев, - Пойдешь сейчас в дальний кабинет, и ни в коем случае не уходи. Поняла? Дождись его. Ладно?

– Вы не понимаете, - перебила я парня,- Я случайно услышала, как моя мать собирается убить Кузьму. Я в ресторане обедала, а там она за соседним столиком. И они... Она четко сказала, что хочет Спартака заказать!

Я немного не рассчитала, и мое показное спокойствие медленно начало перерастать в истерику.

– Не первый раз, Вкуняшка, - хмыкнул Лев, - Она его постоянно кому-нибудь заказывает. Он просто не хочет ее садить, потому что она - твоя мать.

– Как?
– не поняла я.

– Не хочет, чтобы ты страдала еще больше, - сурово проговорил Лева.

– Да мне плевать на нее!
– почти прокричала я, -Пусть катится к чертям. Я ее видеть не хочу.

– А Спартака?
– Лев испытывающим взглядом сверлил мое лицо, - На него тоже плевать?

– На него нет, - честно ответила я.

– Это клево!
– заулыбался парень, - -Все, прячься там. Включи телек. Можешь делать все, что хочешь. Давай, давай. Только тихо посиди, ладно?

Я послушно спряталась в тайной комнате за шкафом. Включила телевизор. Налила себе чай в кружку, и уселась на диван. На экране несколько квадратиков показывали картинку. Но мой взгляд замер только на одном окошке. На кабинете через стенку от меня.

– Поздравляю, тебя вновь хотят убить, - жизнерадостный голос друга раздражал, как и все кругом. Меня все бесило, нервировало. И больше всего - мой пофигизм ко всей ситуации. Месяц назад я твердо решил не лезть к Изабелле, поскольку сомневался, что не придушу ее. А если придушу - будет страдать Илонка. Эта стерва ведь ее мать.

– Я тебе в последний раз говорю, - не унимался друг, - Я больше не буду просто ждать. Я сам прижму ее.

– Не смей, - тихо проговорил я.

Занял свое место за столом, и принялась перебирать бумаги. Не было у меня, если честно, желания, работать. И зачем приперся? Сидел бы дома. Пил бы, как и раньше. Так нет же, что-то меня потянуло сюда.

Оперся локтями в стол, прижал ладони к лицу.

– Не в курсе, как у Вкусняшки дела?
– зачем-то спросил Лева, хотя и сам без меня прекрасно знал, как у нее дела. Друг по моей просьбе регулярно

Вспомнил, как ее пряди скользили сквозь мои пальцы тогда, в самый первый раз. Постарался отодвинуть картинку далеко-далеко.

– Может, хватит ее так называть?
– пробормотал я.

– А все же?
– не унимался друг.

– Нормально все, - откинулся на спинку кресла, - Вчера у редактора была. Скоро первую часть отдаст.

– Кузьма, ты мне друг, - серьезно начал Лева, - Но хватит уже, а? Иди к ней. Расскажи все как есть. Она поймет. Столько времени прошло. Она выслушает тебя.

– Она точно не простит, - тихо проговорил я,- Я все сделал, чтобы свалить из ее жизни. Думал, ребенок удержит. И тут облом. Нет ребенка.

Мне было отчаянно больно и плохо. Физически плохо. Как ломки у наркомана. Понимал, нужна она мне. Просто нужна. Но не примет меня. Точно не примет.

– Понимаю, у тебя характер, но ты хотя бы попытайся, - не унимался друг.

– Ага, и что я ей скажу?
– вздохнул я, - Я испортил твою жизнь, потому что не смог держать свое хозяйство в руках? Или нет, вот лучше так: 'Я спал с тобой не потому, что Бэлла твоя мать и чтобы заставить ее отказаться от денег отца. А просто так'. Или вот: 'Я хотел заделать тебе ребенка, когда просек, что ты девочка. А бабки не причем'? Так, да?

– Ты мог бы сказать ей, что она - единственная, ради которой тебе хочется жить, - подсказал Лева, - Единственная, которая значит для тебя гораздо больше, чем работа или бабки. Да что там говорить, она - лучшее, что случалось с тобой. Она - твоя жизнь. Ей бы понравился такой расклад.

– Она пошлет меня, - усмехнулся я, - Я бы послал.

– А я бы нет, - услышал тихий голос за спиной. Замер. Лева смотрел на меня с триумфом. А я все тянул время, чтобы обернуться. Не верилось, что Илонка пришла. И стоит за спиной. Не кричит. Не велит уйти и никогда не возвращаться. Идиотом не обзывает или сволочью.

Лева сам все взял в свои руки. Развернул меня в кресле.

– Держи свою Вкусняшку, - рассмеялся друг и, кажется, ушел из кабинета.

– Привет, - хмуро сказал я. Вот черт, почему я не могу говорить нормально? Не нагрубив при этом?

– Здравствуй, - Илонка скрестила руки на груди. Взглядом скользнул по ее фигурке. Раньше она была красивой, особенно в том платье, которое я порвал. И без платья еще красивее. А сейчас... Она стала стройнее. Но грудь и бедра остались прежними, что, несомненно радовало. Костюм ей шел. И волосы. Вообще она уже не казалась простушкой, скорее уверенной в себе женщиной.

– Здравствуй, - вновь повторил я, - Ты как здесь?

– Пришла спасть тебя от очередного покушения по инициативе Изабэллы, - улыбнулась Илонка и заправила прядку волос за ухо, - Случайно услышала, как она просит убрать Спартака.

– Забей, - пожал плечами. И замер, наблюдая, как девочка, протянув руку, держится за шкаф. А второй снимает туфли.

– Не хочу забивать, - увидел, как она смотрит на меня серьезно, и не улыбается,- Хочу, чтобы она оставила тебя в покое.

– Это не ее методы, - усмехнулся я. Илонка приблизилась ко мне. Поднял голову, чтобы смотреть в ее лицо. А не на грудь, к примеру, - Оставить меня в покое она не сможет. Ей скучно станет. Помрет от досады.