Чтение онлайн

— Если ты мне это расскажешь, тебя ждет бонус.

— Какой еще бонус? — Коробов недоверчиво посмотрел на меня.

— Не беспокойся, очень интересный, — заверил я его и сделал очень честные глаза.

— Хорошо, — подумав, ответил Коробов. — Есть в этом деле один примечательный момент… — Он на какое-то время замолчал.

— Слушаю тебя внимательно, — на полном серьезе промолвил я, заполняя возникшую паузу.

— У нас имеется версия, что, возможно, убийство Санина связано с одним денежным долгом, — наконец решился Володька. — Санин дал взаймы крупную сумму своему товарищу по кинематографическому

цеху актеру Антону Путятину…

— Знаю такого, — сказал я. — Хороший актер, но все время почему-то на вторых ролях…

— Нет, у него были и две главные роли, — поправил меня Коробов. — Просто эти фильмы прошли как-то незаметно, а во время проб, когда они рядом, из них двоих всегда выбирают Санина…

— Понял, — сказал я. — Так бывает с невезучими людьми.

— Именно, — посмотрел на меня Володька. — Путятину именно не везет. А вот Санину — как раз наоборот.

— Ну, тогда Путятин должен завидовать Санину, — раздумчиво произнес я. — Это, как минимум. А как максимум — ненавидеть. И смерть Санина Путятину крайне выгодна, — добавив это, я посмотрел на Коробова и увидел, что он со мной согласен.

— Молодец, соображаешь, Аристарх! Я тоже так думаю. И выгодна смерть Санина Путятину по двум причинам, — он сделал театральную паузу. — Первую ты уже назвал: зависть и, возможно, ненависть. Без него первым будет он. А вторая причина — долг. Со смертью Игоря Валентиновича деньги отдавать некому. Вот тебе и мотив…

— Даже два мотива, — заметил я.

— Да, два, — согласился Коробов.

— А сколько дал Санин Путятину взаймы? — спросил я.

— Три миллиона рубликов, — не сразу ответил Володька.

— Не хило, однако, — заметил я.

— Не хило, — согласился со мной Коробов. — Такие деньги не каждому можно дать. Кроме того, мало кто знал, что Санин дал в долг три миллиона Путятину.

— А кто знал? — поинтересовался я.

— Да никто, кроме самого близкого друга Санина Вениамина Сурина, — сказал Коробов. — О долге мы и узнали с его слов.

— А что, и жена Санина не знала, что ее муж дал в долг кому-то три миллиона рублей? — удивился я, но совсем немного. У каждого мужика своя сумма в заначке: у кого-то триста рублей, у кого-то — три миллиона… Судя по всему, Санин был из вторых.

— Говорит, что не знала, — ответил Коробов.

— А может, этот Сурин врет? — предположил я.

— Не похоже, — призадумавшись, ответил Володя. — Да и зачем ему это?

— Чтобы в поле вашего зрения попал Путятин, — снова предположил я. — Может, у него с ним какие-то личные счеты.

— Нет, не думаю, — не сразу ответил Коробов. — Но, пожалуй, проверить, не снимал ли Санин со своих счетов такую сумму, — стоит.

— А мне скажешь? — спросил я.

— А твой бонус этого стоит? — усмехнулся Володька.

— Стоит, — заверил я его.

— Ну, тогда скажу, — пообещал Коробов.

— Благодарствуйте, господин следователь, — сказал я шутейно и спросил: — А с Путятиным вы беседовали?

— Конечно.

— И что он, отрицает, что брал у Санина взаймы?

— Отвергает, — сказал Володька. — И прижать его нечем, ведь он давал взаймы своему другу. По-русски, то есть без всяких нотариусов и даже личных расписок.

— Значит, основная ваша версия — Антон Путятин, — скорее, заключил я, а не спросил.

— Да, была, пока

ты про трех мужиков не сказал, с которыми выпивал Санин, — как-то даже осуждающе посмотрел на меня Коробов. И добавил: — Теперь выкладывай свой бонус.

— Хорошо, — согласился я. — Мой бонус таков: третий мужик, который был вместе с Гришей и Васей на квартире Санина, — приблудный. Представился он Петром, но где живет, ни Вася, ни Гриша конкретно не знают. Сказал только, что живет в соседнем дворе. Прибился он к ним с неделю до убийства, а может, и меньше. Этот Петруха — так они его зовут — мужик неприметный. И ходит в кепке…

— В кепке? — переспросил меня Володька.

— В кепке, — подтвердил я.

— Это что, тот самый мужик в кепке, из твоей передачи? — Коробов даже привстал с диванчика.

Я, конечно, выдержал паузу для пущего эффекта и сказал, когда Володя уже начал терять терпение:

— Нет, не тот самый. Я показывал мужикам распечатку его изображения из передачи. Это не Петруха. Но, как сказали они, похож на него.

— Похож? — переспросил Коробов. — Может, он просто загримировался?

— Нет, просто похож, — сказал я. — Так бывает. Грим же при близком общении заметен. А Гриша и Вася с этим мужиком неоднократно пили вместе, и вообще… Хороша интрига? Два мужика в кепке, один из которых хотел убить Санина, а другой, возможно, убил.

— А почему ты думаешь, что этот Петруха и убил Санина? — посмотрел на меня следователь Главного управления по городу Москве Следственного комитета Российской Федерации. — Может, он и правда из соседнего двора? Прибился к этим Грише и Васе, чтобы вместе квасить…

— Ну, это вы проясните сами, — усмехнулся я. — Вы ведь займетесь этими мужиками? — посмотрел я на Коробова, на что тот лишь криво усмехнулся: мол, еще как займемся. — А насчет того, почему я думаю, что этот Петруха и порешил Санина… — снова выдержал небольшую паузу. — Ну, так это потому, что когда Вася и Гриша покинули квартиру Санина, выпив четыре бутылки водки на четверых, то Петруха — остался. И когда он ушел от Санина, ни Вася, ни Гриша не ведают…

— Да-а, — после некоторого молчания протянул Коробов. — Вот и еще версия появилась.

— Ну, — улыбнулся я. — А ты встречаться со мной не хотел.

— Кто не хотел? — удивился Володька. — Я не хотел?

— Ты, — подтвердил я.

— Я как раз хотел, — сказал Коробов. — А сколько мы не виделись-то?

— Полтора года, — ответил я.

— Да ладно, — отмахнулся Володя.

— Точно, — подтвердил я. — Заметил, чем старше становимся, тем время течет быстрее?

— Ты знаешь, заметил, — поднял на меня глаза Володька. — Наверное, время для каждого возраста имеет разную скорость…

— А может, время идет с разной скоростью для разных людей, — добавил я. — Поэтому одни умирают рано, а другие, для кого время идет медленно, живут долго.

— Может быть, — сказал Коробов. — Так что, может, водочки еще закажем? Как говорится, за встречу, — спросил он, посмотрев на пустой графинчик.

— Не против…

Мы еще посидели в этой «Мечте» какое-то время. Но наши разговоры никакого отношения к убийству Санина уже не имели…