Криминальные истории
Шрифт:
— Что же насторожило вас? — спросил Мейсон.
— Знаете, — сказал Баррингтон, — тот телефонный звонок, рассказ Олни о своем давнишнем знакомстве с вашим секретарем, ваше появление на вечере с мисс Стрит. Я бы хотел знать, господин Мейсон, не носит ли ваша связь с господином Уорреном деловой характер и, если это так, существует ли… вероятность развода и не могу ли я быть в это дело как-то втянут.
— Вы бизнесмен, — ответил Мейсон. — Немного подумав, вы пришли к выводу, что мой офис не то место, где можно задавать такие вопросы.
— Что вы имеете в виду?
— Адвокат не имеет права что-либо
— И как только я сделаю это, все секреты раскроются.
— Конечно, — заключил Мейсон.
— Честно говоря, я обеспокоен. Вы же знаете, что я не могу пойти к Уоррену.
— А вы знаете, что я не могу рассказать вам того, что вы хотите знать.
— Я надеялся на это.
— Если бы я находился с Уорреном в деловых отношениях и Уоррен хотел бы скрыть этот факт, я вряд ли бы имел право рассказывать что-либо его другу, который пришел ко мне и спрашивает об этом.
— Я не прошу вас делать это. Я прошу вас сказать… могу ли я попасть в какую-либо неприятность из-за реализации ценных бумаг.
— Я не думаю, — начал Мейсон. — То, что вы сделали, представляется мне законным и открытым делом, и если все было именно так, как вы рассказывали, я не вижу нарушений закона.
Лицо Баррингтона просветлело.
— Большое спасибо вам, Мейсон, — сказал он. — Большое спасибо. Я думаю, вы знаете, что говорите.
— Я вам даже не могу сказать, носило ли мое появление на вечере деловой или частный характер. Могу лишь заверить, что Джадсон Олни приходил сюда, чтобы увидеть Деллу Стрит, и мне он рассказал ту же историю о круизе и так далее, что у Уорренов.
— Тогда можно сказать, что у вас не было тогда никаких дел и не стоит обращать внимание на…
— Постойте, постойте, — прервал его Мейсон. — Я не хочу, чтобы вы вкладывали в мои уста свои слова. Я лишь сказал, что Олни приходил сюда, чтобы повидать мисс Стрит, и что он рассказал мне ту же историю о круизе.
— Хорошо, хорошо. Мне кажется, кто-то пытается доставить мне неприятности.
— Как вы думаете, кто бы это мог быть? — спросил Мейсон.
— Я думаю, что это была женщина, — ответил Баррингтон. — Ее попытка изменить голос была довольно неуклюжей.
— У вас есть идея, кто это была? — спросил Мейсон.
— У человека всегда есть идеи, — ответил Баррингтон, делая соответствующий жест руками. — Это не означает, что эти идеи имеют какой-либо смысл. Как вы, адвокаты, любите говорить, необходимы улики, и я не могу высказывать каких-либо обвинений без улик.
— Другими словами, — сказал Мейсон, — теперь ваша очередь давать уклончивые ответы.
Баррингтон встал:
— Большое спасибо, что приняли меня, господин Мейсон. Извините за проявленное беспокойство и волнение.
— Пожалуйста.
— И вы будете считать мой визит конфиденциальным?
— С общечеловеческой точки зрения, — пояснил Мейсон, — ваш визит можно считать конфиденциальным. С деловой — я представляю интересы клиентов. Время от времени я должен снабжать их информацией, которая станет мне известной.
— Подождите
минутку, — попросил Баррингтон. — Я не хотел бы, чтобы вы передавали нашу беседу своим клиентам.— Тогда вы не должны были мне ничего рассказывать, — сказал Мейсон. — Адвокат — это представитель своих клиентов. Он их агент. Он должен вести с ними честную игру.
— Ну хорошо. Я пришел к вам и выложил все свои карты. Я надеюсь на ваше благоразумие… Во всяком случае, у меня есть уверенность, что вы не разгласите мою информацию без крайней необходимости. До свидания, господин Мейсон.
Мейсон выглянул в приемную. Джерти ушла домой. Он закрыл свой офис и на пути к лифту заглянул к Полу Дрейку.
— Пол Дрейк у себя? — спросил Мейсон у служащей по приему посетителей, которая была занята телефонами.
Она, кивнув, показала рукой на деревянную дверь, которая вела в коридор, и вновь занялась телефонами.
Мейсон нашел секретный замок, открыл дверь, пошел по длинному коридору, по обеим сторонам которого располагались небольшие уютные кабинеты, где сотрудники беседовали со свидетелями или клиентами, и подошел к находившемуся в конце коридора офису Дрейка. Его кабинет едва вмещал стол, кресло для Дрейка, два кресла для клиентов и корзину для мусора. На столе Дрейка стояли четыре телефона, по одному из них он разговаривал.
Дрейк кивнул Мейсону, жестом показал садиться, продолжая говорить по телефону.
— Хорошо, попытайтесь еще что-нибудь обнаружить, но действуйте осторожно. Работайте посменно. Посмотрите, нельзя ли выяснить, кто еще кроме вас работает за ним. Я знаю, что это трудно, однако попытайтесь.
Дрейк повесил трубку и сказал Мейсону:
— Полагаю, что вы хотите знать, что мы выясним о человеке, приходившем к вам в офис.
— Именно так, — ответил Мейсон.
Дрейк ухмыльнулся:
— За ним хвост, как за кометой Галлея.
— Что вы имеете в виду? — спросил Мейсон.
— Во-первых, — сказал Дрейк, — за ним идет грубое наружное наблюдение. В случаях, представляющих большую важность, это означает, что, кроме того, два, а может быть, и пять человек ведут квалифицированное наружное наблюдение.
— Ваши люди обнаружили это наблюдение? — спросил Мейсон.
— Да, — сказал Дрейк. — Я поставил двоих, проинструктировал их работать посменно, постоянно звонить мне, чтобы я мог дать совет. Но знаете что, Перри. Этот человек догадывается, что за ним идет наружное наблюдение. Он также знает, что к наблюдению присоединились и мои люди. Хотя в этом я не совсем уверен, но такая возможность существует. Но то, что за ним организовано грубое наружное наблюдение, он точно знает.
— Да, мне он сказал об этом, — заметил Мейсон.
— Он остановился здесь в маленькой гостинице «Эксмен». Это небольшое здание, которое до сих пор еще не снесено. Оно зажато двумя старыми зданиями и ждет своего часа, чтобы кто-либо появился и стер его с лица земли. «Эксмен» сдает комнаты по очень дешевой цене.
— Как он там зарегистрировался?
— Под фамилией Ньютон, но я сомневаюсь, что это его настоящая фамилия.
— Из моего офиса он пошел прямо в гостиницу.
— Все наружное наблюдение повел за собой туда, — сказал Дрейк. По крайней мере, он выявил одного человека, но старается «расколоть» всех.