Крещенные кровью
Шрифт:
Как только в лесу прогрохотал взрыв, штандартенфюрер Отто фон Лансдорф побледнел и посмотрел на стоявшего рядом обер-лейтенанта.
– Что это? – спросил он трясущимися губами.
– Это не партизаны, – ответил Ганс Курт, отводя от глаз бинокль. – Просто наш высокопоставленный гость Вилли Штерн таким образом избавился от ненужных ему людей!
– Вот как? – штандартенфюрер достал из кармана кителя носовой платок. – И для чего он это сделал?
– Чтобы исчезнуть с лица земли, – хмыкнул
– Ничего не понимаю, – Лансдорф вытер платочком лицо, голову, шею и убрал его в карман. – Может, ты мне объяснишь всю тайну этой интриги?
– Не спорю, чтобы все это осмыслить и понять, надо хорошо поработать мозгами! – рассмеялся Курт. – Но вам незачем их напрягать, господин штандартенфюрер. Я не только разъясню вам всю суть происшедшего, но и разложу по полочкам.
– Из всего я делаю вывод, что ты вел какую-то игру, не ставя меня в известность? – нахмурился Лансдорф.
– Нет, я не вел игру, а наблюдал за ней со стороны, – став серьезным, ответил обер-лейтенант. – Она оказалась такой занимательной, что и мне поневоле пришлось принять в ней кое-какое участие.
– Расскажешь все по дороге, – буркнул штандартенфюрер, направляясь к машине. – А меня ты вывез в лес, чтобы продемонстрировать финал этой, гм-м-м… партии?
– Именно так, – хихикнул Курт, усаживаясь за руль и запуская двигатель. – Но только финал еще впереди. Сейчас мы как раз едем, чтобы понаблюдать за ним со стороны.
Из леса они выехали другой дорогой. Обер-лейтенант уже достаточно хорошо изучил «темную личность» высокопоставленного лица из Берлина и ожидал от него всяческих сюрпризов.
– Ты долго еще молчать собираешься? – спросил Лансдорф, когда машина выехала из леса на дорогу.
– Нет, – обер-лейтенант повернул к нему голову. – Я жду только вашего приказа.
– Ты получил его, рассказывай, – буркнул Лансдорф, усаживаясь поудобнее и готовясь слушать.
Прежде чем открыть рот и произнести первое слово, Ганс Курт проехал несколько крутых поворотов, после чего приступил к изложению своих мыслей и намерений.
– Как только мы получили из Берлина приказ о встрече высокопоставленного чиновника, я насторожился. Мне уже приходилось слышать о Вилли Штерне и роде его деятельности на оккупированных территориях, хотя я скрывал это.
– И что конкретно тебя насторожило? – спросил Лансдорф заинтересованно.
– Его приезд в Брянск, – ответил обер-лейтенант после очередного крутого поворота. – Казалось бы, что ему здесь делать, когда армия отступает и русские вот-вот подойдут к городу? Немного поразмыслив, я сделал вывод, что Штерна заставило предпринять столь рискованный шаг какое-то очень важное и не терпящее отлагательств дело! А какое дело может привлечь высокопоставленного чиновника, в обязанности которого входит сбор сокровищ и всяких иных ценностей для нужд рейха? – Курт покосился на каменное лицо шефа и нервно
хохотнул: – Вот именно, он приехал за тем, что не вывез своевременно или не перепрятал для личных нужд!– Вместо того чтобы беспрекословно исполнять все его приказы, как предписано, ты установил за ним слежку? – спросил штандартенфюрер с нотками осуждения.
– Сначала я и не думал следить, пока не знал сути дела, – признался обер-лейтенант. – Однако его действия просто заинтриговали меня, и я… я не смог удержаться от соблазна.
Курт сделал паузу, ожидая вопросов и, когда тех не последовало, продолжил:
– Интерес Штерна к полицаю Родионову из поселка Большой Ручей просто плавил мой мозг. Каких только версий я не выдвигал по этому поводу! В конце концов все они свелись к одной-единственной. Этот полицай знает о чем-то таком, что очень интересует нашего берлинского гостя!
– И это открытие подстегнуло тебя к более решительным мерам, – догадался Лансдорф.
– И это тоже, – согласился обер-лейтенант. – Хотя подстегнуло меня прежде нечто другое, господин штандартенфюрер!
– Вот как? – Лансдорф оторвал взгляд от дороги и выжидательно уставился на подчиненного.
– Вы помните, я высказывал сомнения относительно назначения на должность начальника госпиталя фрау Кранц?
– Конечно, помню, – выдавил из себя шеф гестапо. – Ты сомневался в ее компетентности.
– Действительно, так оно и было, – улыбнулся обер-лейтенант. – Дама с образованием психиатра вдруг заняла пост, который должен занимать хирург или как минимум терапевт?
– А что тут удивительного, – пожал плечами Лансдорф. – Военврачей назначаем не мы, а те, кому подведомственна медслужба.
– На тех повлияли другие, и назначение состоялось! – рассмеялся Курт. – А эта особа, как выяснилось чуть позже, очень крепко связана с господином Штерном!
– Я уже это понял, – согласился штандартенфюрер. – Я видел их сегодня вместе в бинокль. Что в этом предосудительного?
– Собственно, ничего такого и нет, но… Как оказалось, они не просто хорошо знакомы, а очень близко. Они даже успели переночевать в гостинице на одной кровати!
Штандартенфюрер покачал головой.
– Слушая тебя, Ганс, можно подумать, что ты раскрыл заговор против государства! И все это ты проделывал втайне от меня! Как прикажешь реагировать на твое вопиющее самовольство?
– Наверное, вам следует доложить об этом в вышестоящие инстанции, – ответил обер-лейтенант спокойно. – Но это вы сделаете потом, а сейчас предлагаю дослушать мой доклад.
– Продолжай, – кивнул Лансдорф. – Мне очень интересно знать, чем же закончилась эта невероятная интрига.
– Я бы не называл эту хитроумную операцию интригой, – осмелился возразить Курт. – Сегодня, если повезет, мы поставим на ней точку.
Штандартенфюрер, услышав такую новость, изменился в лице. Он повернулся к обер-лейтенанту вполоборота и схватил его за руку.