Чтение онлайн

– А я хотела пластику сделать, - сообщила я мужу доверительно.
– Не решилась только.

– Мила, - муж растерялся.
– Дело твое, конечно. Но я рад, что ты передумала. Ты ведь передумала?

– Ты меня убедил. Игорь, а если спать не хочется, может, поедим? По московскому времени шести еще нет!

– Здравия желаю, товарищ генерал-полковник!
– с шиком козырнули новоиспеченные лейтенанты, вытягиваясь в струнку.

– Вольно, товарищи офицеры, - скомандовал Игорь, улыбаясь.
– Поздравляю, парни!

Пожал им руки, сдержанно-гордый Макс обнял сыновей, похлопал по спинам. Мы со Светой, хлюпая, полезли целоваться. Сзади

подпрыгивали от нетерпения малые, старшие с трудом скрывали зависть.

– Ничего, - утешил тройняшек отец.
– Скоро и вас провожать будем. Если не передумаете.

Ой, как посмотрели! Прямо 'одарили взглядом', особенно Рита. Еще бы, как вообще можно передумать, если с детства только об этом и мечтаешь, а потом еще своими глазами видишь офицерский выпуск.

Мы приехали вчера еще, переночевали в гостинице и раным-рано явились в училище, хотя начало в одиннадцать. Будить нас начали с шести. Ныли, ныли, так и пришлось в начале девятого ехать. Игоря, как почетного гостя и выпускника, встречал сам начальник училища.

– Мила, познакомься. Александр Иванович Григорьев. Моя жена, Людмила Евгеньевна.

– Саня, - протянул мне руку невысокий худощавый мужчина с умными ироничными глазами.
– Это все твои, что ли?
– кивнул на детское столпотворение.
– Игорь, бери супругу, пойдем, у меня... чаю выпьем, за встречу, за знакомство. А молодежь на экскурсию сходит. Лебедев!
– подошедшему помощнику.
– Проведи по жилому корпусу, тренажеры покажи. Ну, сам сообразишь, - и быстрым шагом понесся впереди нас, не оглядываясь.

В холле первого этажа под золотыми буквами 'Гордость училища' фотографии. Многие лица я узнаю, хоть они и много моложе оригиналов. Фото начальника тоже есть, кстати. И висит повыше Игоревой.

– Он раньше меня 'героя' получил, - ответил муж на мой ревнивый шепот. Я на первом курсе был, когда он выпускался. Да, кстати, он, наверняка, и не помнит ...

– Про что?
– не поняла я. Муж улыбнулся, мол, 'ща все будет'.

– Узнаешь?
– Игорь положил перед Григорьевым потертую 'пятисотку'. Поперек Петра витиеватый росчерк с немыслимыми загогулинами.

– Привез?
– весело изумился Саня.
– Молодец!

– Интересно, а сегодня какими купюрами сорить будут?
– я по-хозяйски прибрала денежку.

– Лейтенанты люди богатые, подъемные получили.

Сколько раз дети просили рассказать про училище, про неписанные правила, традиции, рассматривали всякие папины реликвии, что я уже наизусть знала про купюры, что выпускники дарят первокурсникам на удачу, про осколок вазы, разбитой о плац. Они хранятся в коробке вместе с именным перстнем, тоже с выпускного, и первыми погонами. Дети очень любят вещи, которые были 'до них', что дома, что у бабушек с дедушками, а у меня каждый раз случается приступ сентиментальности.

Я задумалась, совершенно выключившись из разговора, и очнулась от стука в дверь. Детей вернули. Глаза горят, впечатлений столько, что аж пританцовывают, даже Вадик волнуется. Под взглядом отца сдержались, чинно выстроились вдоль стенки.

– Александр Иванович, - кашлянул адъютант.
– Построение...

Прощание с боевым знаменем. У меня ком в горле, когда весь строй, от первокурсников до офицеров, опускается на колено и склоняет голову. И радостные слезы, когда проходящие парадным строем выпускники орут во весь голос: 'Вот и всё-о-о-о-о-о!' и на плац летят монеты. Суета, дети бросаются за кэшбэком, родня - за сыновьями. Среди беготни, сумятицы и сутолоки вдруг замечаю дочку, отчаянно кокетничающую с высоким светловолосым парнем, судя по форме - первокурсником. О, смотри-ка, он ее уже за плечико обнимает! Не успела превентивно дернуться

в их сторону, как меня опередили. К парочке с двух сторон подрулили братки. Ладно бы старшие, так и Никита с Кириллом. Руки на груди, лица воинственные. Рассмеялась, глядя на выражение лица кавалера, когда Кир задвинул сестру за спину. Еще что-то сказали, коротко, и увели, под конвоем.

– Мама!
– Рита шипела, как намыленная Астра.
– Что они меня позорят?! Скажи им!

– Что сказать, Ритусь?

– Мам!
– Рита притопнула.
– Что ты смеешься? Ты с ними, да?

– Да, мам, ты ей скажи, - это Женек.
– Она тут полдня, а к ней уже клеются. А когда учиться поступит, ваще тоска?

– Женька! Никто ко мне не клеился, дураки вы!

Я терпеливо пережидала, пока доругаются. Не, не вмешиваюсь. По опыту знаю - когда адвокат вступает, процесс затягивается.

– Здравствуйте, - сказал за спиной приятный мужской голос.

– Добрый день, - машинально ответила я, оборачиваясь.

– Я Иван, Иван Махаловский. Разрешите?
– и пока я со скрипом соображала, сунул Ритинье записку.
– Честь имею.

Козырнул, сверкнул белоснежной улыбкой и умаршировал, оставив нашу девушку в смятенных чувствах, а ее братьев в ошеломленных. Надеюсь, у меня вид был чуточку поумнее.

– ... на следующий день он приводит домой трех девушек: блондинку, брюнетку и рыжую. Вечер проходит превосходно, все довольны. Гости разошлись, он у матери спрашивает:

– Мам, ну как ты думаешь, кто она?

– Рыжая, конечно!
– отвечает мать.

– Мамочка, - радуется сын, - Как ты догадалась?

– А она мне сразу не понравилась...

– Майка, ты про знакомство со свекровью рассказываешь?
– отсмеявшись, уточнила я.

– Нет, Ида Марковна сказала: 'Какая тут тебе жена, тут твоя мама!'

– Майя, - муж нахмурился.
– Мама тебя очень любит. И вообще, посмотрим, какая из тебя свекровь получится.
– Марк выразительно взглянул в сторону волейбольной площадки. Мы тоже посмотрели. Играли двое на двое - Сережка Нетесин и Милка против братьев Золотаревых. Каждое выигранное очко отмечалось микст-парочкой вовсе не братскими объятиями.

– Да ладно вам, - отмахнулась Света от нашего многозначительного и многочисленного хмыканья.
– Ей восемнадцать только будет, какое замуж! Пусть учится.

– И парням жениться рано, - постановила Майя.
– Нагуляться надо.

У Светы на лице явно отобразилось отношение к тому факту, что Майин сыночек будет нагуливаться в обществе ее дочери, а женится, пожалуй, на другой. Прежде чем будущие (возможно) сватьи дозрели до первого семейного скандала, я встала и позвала сестру.

– Светик, пойдем, поможешь. Пироги как раз дошли. Мужчины, самовар кипит!

Весь июнь мы прогуляли - мой юбилей, выпускной у Милы-младшей, офицерские погоны у парней. Выпуск отмечали после приема у президента - их пригласили в числе сотни лучших выпускников военных вузов. В июле проводили детей в военно-патриотический лагерь. Спорт, туризм, реконструкция Невской битвы. Полгода готовились - кольчуги, вооружение, рубахи, сапоги. Все 'почти аутентичное', как сказала Лиска Русанова, отрезая кусок от моей старой шубы на душегрею. Младших в ролевики не взяли, но в качестве зрителей они нам и фото, и видео наснимали. Девчонки, кроме нашей Ритуси, изображали боевых подруг, и в качестве пособия смотрели старый-престарый фильм про Александра Невского. Неважно, что там про Ледовое побоище, но снимали-то почти сразу после битвы, как решила молодежь. С историческими успехами, родители, вздохнув, решили разбираться ближе к первому сентября.