Чтение онлайн

Я так и не нашла тайника с наркотиками, но знала, они где-то спрятаны. Я видела доказательства на столе, да и Кэлин не отрицал этого. У меня сложилось впечатление, что он не видел смысла скрывать свои пагубные привычки. Когда вас это не волнует, вы не рискуете ничего потерять. Я не была уверена, что буду делать, если найду их. Выброшу? Может быть. Или перепрячу в другое место, пока обдумаю, что делать с ними.

Я услышала, как выключили душ, и решила, что лучше смотаться отсюда до того, как Кэлин найдет меня. Благодаря этой ужасной головной боли у меня не было настроения спорить с ним. Я схватила холст, лежавший рядом с его

кроватью. Ведь на нем была изображена я, Кэлин нарисовал меня, и я должна сохранить рисунок. Затем подбежала к двери и открыла ее как можно тише. Осмотрев коридор, рванула в свою квартиру, облегченно вздохнув от того, что никто не заметил меня. Было бы неловко, если бы кто-то увидел, как я выхожу из квартиры Кэлина. Они, несомненно, поверили бы в мой позор, которого на самом деле не было. Тогда почему же я так чувствую себя?

Брут потерся о мои ноги, и я наклонилась, чтобы почесать ему за ушками.

— Жаль, что вчера я не вернулась домой, — сказала я котенку, который здорово подрос с тех пор, как я поселилась здесь.

Положив холст на прилавок, я поставила вариться кофе.

Хотя волшебный запах кофе уже наполнил воздух на кухне, сначала я запрыгнула в душ, чтобы смыть все. Надев леггинсы и свободную фланелевую рубашку на кнопках, стянула волосы в небрежный пучок на макушке. Я хотела провести весь день в комфорте, и, к счастью, мне не нужно было идти на работу до девяти вечера.

Налив чашку кофе, я остановилась у окна, разглядывая улицу внизу. Мне всегда нравилось смотреть, как двигается жизнь вокруг меня, на других людей, совершенно не замечающих суматоху вокруг них. Невежество действительно было счастьем.

Я вздрогнула, оторвавшись от своих мыслей, когда кто-то забарабанил в мою дверь. Честно говоря, никто в этом здании не проявлял должного уважения. Было еще слишком рано, и я могла в это время еще спать.

— Что? — я резко открыла дверь с немного большей силой, чем это было необходимо.

Человек протиснулся мимо меня и вошел внутрь. Кэлин. Мне не нужно было даже смотреть на него. Я знала это. Резко обернувшись, спросила:

— Что ты здесь делаешь? Ты не можешь просто так врываться сюда!

Он быстро развернулся, его глаза были дикими, ноздри раздувались от едва сдерживаемого гнева.

— Я могу, раз ты украла мое гребаное имущество! — Он протянул руку к холсту и прижал его к своей груди, как маленький ребенок держит игрушку. — Ты не имела на это права.

— Я имела полное право! Ты нарисовал на картине меня!

— Она не принадлежит тебе, — пробормотал он, — она моя. Я храню ее. Ты не можешь забрать ее.

Я закатила глаза, раздраженная его странным поведением. Он вел себя как капризный ребенок.

— Хорошо, как скажешь. Мне наплевать. — Я заправила спадающие прядки волос за уши. — Забирай и проваливай отсюда.

— Ты не любишь меня, — заявил он.

Нет, он мне не нравился. По крайней мере, это не вся правда. Он очаровал меня, и это было совершенно другое чувство, отличное от симпатии.

— Ты не дал мне ни одной причины любить тебя. — Я скрестила руки на груди и вызывающе вздернула подбородок.

— Это потому, что я не хочу тебе нравиться, Саттон. — Он сократил несколько футов, отделявшие нас друг от друга. Он был действительно хорош в этом - проникновении в мое личное пространство. Коснувшись губами моего уха, он продолжил шелковистым голосом: — Я хочу, чтобы ты боялась меня, хочу смотреть, как

твое тело будет дрожать от предвкушения того, что я могу сделать.

И мое предательское тело задрожало за мгновение до того, как он провел пальцами по моей щеке.

— Мы не подходим друг другу. Мне нужно, чтобы ты держалась от меня подальше. — Следующее слово, которое он произнес, повергло меня в шок, приклеивая к тому месту, где я стояла: — Пожалуйста.

— Ты ужасно выглядишь,— сказал Эмери, когда я вошла в кафе.

— Спасибо, Мистер наблюдательность. Хочешь орден за прямоту? — Мой тон был полон сарказма.

Он поднял руки в защите.

— И чувствуешь себя тоже, насколько я вижу. Может быть, это тот самый раз в месяц? Ты со всеми будешь вести себя как зверь или попытаешься съесть меня? Гарантирую, что на вкус я ужасен, как гниющие трупы и кислые мармеладки, эти твари по-настоящему противные.

Его слова возымели нужный эффект, и я не смогла удержаться от смеха. Эмери всегда удавалось заставить меня чувствовать себя лучше, даже когда мне хотелось ударить его. Направляясь за прилавок, я ответила:

— Да, прошлая ночь была отвратительной. Я почти ничего не помню.

— Это отстойно. — Он пожал плечами, улыбаясь. — Я надеялся услышать все подробности.

— Придется подождать. — Я толкнула бедром дверь, открывая ее. Дафна наверно была очень недовольна, что Эмери так и не появился на вечеринке. Я не понимала, почему она не пыталась хоть что-то предпринять. Ведь она была великолепной и приятной, выигрышная комбинация. Но она всегда вела себя безумно застенчиво рядом с Эмери. Мне, возможно, придется прибегнуть к уловке из средней школы, чтобы организовать им «случайную» встречу.

— Может быть, — он пожал плечами, вытирая уже незапятнанный счетчик, — это не совсем мое.

На минутку оставив его, я направилась к задней двери, чтобы выложить свои вещи и завязать фартук на талии. Вернувшись, я спросила:

— А что же тогда твое?

Запихивая тряпку в задний карман джинсов, он задумался.

— Я не знаю… Я простой парень, люблю петь, даже думал сделать на этом карьеру, но... — он не договорил, оставив свою мысль незавершенной.

— Я никогда не слышала, как ты поешь.

Эмери ухмыльнулся.

— Тебе и не стоит, Солнышко. — Опять это чертово прозвище, — Можешь встретиться со мной завтра в пять? Потом поедим.

— Думаю, что смогу, — я улыбнулась. Неплохо было бы иметь предлог, чтобы куда-нибудь выйти и не чувствовать себя жалким одиноким человеком. Обычно были только мы Брутом, но с ним я не могу сходить проветриться.

— Мы могли бы поужинать потом, — предложил Эмери. Взглянул на меня и добавил с улыбкой: — Как друзья. Ничего более.

— Звучит отлично, — выдохнула я, не понимая, что держу в руках.

Следующие несколько часов шли весьма гладко до тех пор, пока около часа ночи не зазвенел чертов колокольчик на двери и не разбудил меня. Посмотрев на посетителя, я столкнулась лицом к лицу с Мемфисом. Я готова была сгореть от стыда, когда все воспоминания о прошлой ночи возникли у меня в голове с поразительной точностью. Румянец окрасил мои щеки, я растерялась и не знала, что сказать или как поступить, ведь вчера вечером я едва не растерзала этого бедного парня.

— Мы можем поговорить? — спросил он, откашливаясь и неуклюже озираясь вокруг.