Красные нити
Шрифт:
И что-то мне подсказывало, что именно на этой крохотной вещице хранились те видео, которые так нужны Стасу, чтобы посадить Гольшанских за решетку.
— Ищ… чт-т… — говорить Нестору было уже слишком трудно, он издавал лишь едва различимые звуки.
Но я поняла и робко улыбнулась, сквозь слёзы.
— Альфред…
И снова Беккендорф взволнованно дернулся.
— Так звали маленькую мышку-альбиноса, которая жила у вас с мамой. — проговорила я. — Помнишь?
Нестор закрыл глаза, и через мгновение вновь уставился на меня. Он ждал. Ждал с надеждой в тускнеющем
И я продолжала. Я, тихо плача, пересказывала события из его жизни. Всё самое теплое, светло и нежное, что давно затерялось в глубине его сознания. Он скрыть свои слабости от мира, что вместе с ними скрыл от себя самого свое прошлое, прошлое, которое он по-настоящему любил и в котором был счастлив.
— Ты… — прохрипел он надламывающимся голосом, когда я закончила. — Д… джи… взьми…
Он с трудом вымолвил эти слова и поднял правую руку, вытягивая её ко мне.
— Взми-и… — простонал он свистящим голосом. — Это… то… вам… нжно… ты… знаешь…
— Знаю, — кивнула я, — спасибо…
Я протянула руку, но не достала его дрожащим пальцем, в которых он сжимал флешку с видеозаписями. Мне пришлось свесится вниз, зацепившись правой ногой за выемку между стеной и сидением, а правой рукой за пролом между сидениями. Но даже так, я с трудом дотягивалась до руки Беккендорфа.
Я достала пальцами до маленькой серебристой флешки, наши взгляды встретились, я увидела, как окровавленные губы Нестора прошептали: «Спасибо».
А затем стекло под ним с хрустом звонко лопнуло, и я увидела, как Нестор в вихре серебрящихся осколков стекла падает вниз в холод и бездну. Я смотрела в его глаза до тех пор, пока различала его лицо.
СТАНИСЛАВ КОРНИЛОВ
Пятница, 29 января.
— Не отпускайте меня! Не отпускайте, пожалуйста! — девушка отчаянно цеплялась за руку Стаса и продолжала молить его.
Корнилов молча, напрягая мышцы потащил её наверх. Девчонка была насмерть перепугана и то дело опускала голову, глядя на разверзшуюся под ними пропасть с рекой.
— Не смотри вниз! — прорычал Стас, вытягивая девушку наверх.
Она послушно подняла взгляд и уставилась на Стаса перепуганными голубыми глазами.
— Не смотри вниз, — повторил Корнилов уже мягче.
Он все-таки поднял её, и девушка поспешно вскарабкалась на стену коридора вагона, которая сейчас была их полом.
Стас оглядел полуразрушенный вагон.
Многие окна были выбиты, кругом валялись помятые обломки, оторванные от купе двери и бесчисленное множество разноцветных предметов одежды. Корнилов задержал взгляд на мертвой женщине, которую явно убило ударом об стену, и нам втором теле, принадлежавшем парню лет двадцати, в спине у того торчало несколько обломков.
— Не двигайся, — сказал Стас только что спасенной девушке.
Та дерганным движением головы кивнула.
Стас осторожно свесился вниз и выглянул в разбитое окно коридора вагона.
Его лицо овеяло холодящими порывами поднимавшегося снизу морозного воздуха.
Стас, по мере возможностей, оглядел результаты взрыва.
Все выглядело весьма паршиво. В результате взрыва были разрушены две опоры моста, из-за чего состав фактически повис между двумя краями моста. Из окон некоторых вагонов вырывалось бушующее пламя.В этот же миг Корнилов увидел, как из одного вагона выпало сразу несколько человек. Их крик огласил окрестности и тут же затих, когда они улетели вниз, туда где, примерно, в трёх-четырёх сотнях метров протекала бурлящая река. Стас тихо ругнулся и отстранился от окна.
Стас немедленно достал телефон, посмотрел на карте местонахождение и сообщил в МЧС по горячей линии. Спрятав телефон Корнилов встретился взглядом со спасенной им девушкой. Та молча плакала.
— Всё будет нормально, не переживай, — заверил он её.
Он оглядел вагон, прислушался.
— Эй! — закричал Корнилов. — Живые есть? Отзовитесь!
Раздалось сразу несколько голосов.
— Да!
— Мы здесь!
— У меня тут два трупа!
— Мы живые!
Стас попытался посчитать выживших по голосам, выходило всего двадцать два человека, вместе с девушкой, которую он спас.
— Хорошо, — отозвался Стас. — Меня зовут подполковник Корнилов, я из Уголовного розыска. Этот поезд стал мишенью для террористического акта. Сейчас нам нужно осторожно и без паники выбраться из поезда.
— Слышь, подполковник? — из четвёртого купе выглянула мужская голова с небольшой бородой. — А может подождем спасателей?
— Нет, нужно выбираться самим- выразительно глядя на него, ответил Стас.
Мужчина оказался понятливым и не стал задавать вопросов. Он понял, что Стас не хочет поднимать панику, говоря о том, что поезд в любую секунду может рухнуть в раскинувшуюся под ними пропасть. Стас мысленно поблагодарил его.
— Так, слушайте… — начал он.
Корнилов велел всем выжившим снять постельное белье и связать между собой. Затем, люди, по его указанию, связали получившиеся веревки из белья, а получившийся каната закрепили в разных концах вагона.
— Отлично, — похвалил их Корнилов. — Выбираться будем через окно третьего купе.
— А почему?.. — раздался женский голос.
— Потому что, там аварийный выход! — прорычал в ответ Корнилов.
Он переполз к третьему купе и увидел здесь троих живых. Два парня и девушка, прижимавшая к груди руку с открытым переломом. Рядом с ней Стас увидел светловолосую девушку с разбитой головой.
— Пульс проверяли? — спросил Корнилов, кивнув на не подвижно лежавшую девушку.
Один из парней, кивнул.
— Пульса нет…
Девушка со сломанной рукой слёзно всхлипнула.
— Сними ремень и перетяни ей руку, — приказал Стас одному из парней.
Тот поспешил выполнить его указание. Затем девушке перевязали руку полотенцами, а из разорванной одежды сделали подобие бандажа.
— Теперь нужно открыть окно, — сказал Стас парням.
— Мы пробовали, — ответил парень, что перевязал девушке руку, — похоже аварийный выход заклинило.
— Понятно… отодвиньтесь от окна, — приказал Стас и вынул револьвер.