Чтение онлайн

Шарик глаза опустил, голову между лап свесил.

Нет, сказал он. Я здесь хочу жить, в этой красивой местности.

Дачные дети подошли, прочитали объявление, стали наперебой щенку Шарику предлагать себя в верные друзья. А Костя Гостев, который своего учёного эрделя Юшку хотел променять, стоял сейчас в речке, синий от холода, и уши водой мочил бабушка у Кости была человеком решительным и справедливым. Вдруг толпа расступилась к доске объявлений подошли сразу двое: Пестряков Валерий и козёл Розенкранц.

Ясное дело, я тебе верный друг, заявил Пестряков. Сразу в лесной поход пойдём по компасу.

Шарик

Извини, я к тебе не могу

То есть?! воскликнул Пестряков вопросительно.

У тебя удивления нет, прошептал Шарик. Вдруг мы в лесном походе льва встретим?

Пестряков Валерий рот широко открыл и долго не мог закрыть.

Да, сказал козёл Розенкранц. Положеньице.

Тут толпа расступилась ещё раз, как бы в кружок стала. И в этом кругу посередине оказалась девочка Лиза в совсем новом платье.

Это ещё что? сказала она и ногой топнула. Ты моя собственность. Я над тобой хозяйка.

Все молчали. И собаки, которые пришли с дачными детьми, тоже молчали, только носы отворачивали.

Я человек честный, объяснила Лиза с гордостью. Признаю: может, я его немножко обидела в словесной форме.

Если совсем маленько, то может быть попробовал заступиться за Лизу козёл Розенкранц, но фыркнул вдруг и добавил: Лизка, скажи большое спасибо, что я теперь стал культурный, даже книжку читаю о путешествиях в жаркие страны, не то я бы тебя сейчас в пыли вывалял и в крапиву затолкал.

Тут Гришка выступил вперёд и без колебаний высказал Лизе простую мысль, которую понял, когда ел горячий хлеб из пекарни. Но поскольку он ещё не учился в школе, то простые мысли не умел излагать просто. Вот что у него получилось:

Если друг, то не собственность. Если собственность, то унижение. Если унижение, то в дружбе измена. Если измена, то предательство. А предательство маленьким не бывает.

Лиза сделалась красной, как её красный шёлковый бант.

Ах, так! воскликнула она. Направилась было уходить с высокомерным презрением, но повернулась, всхлипнула и прогудела не слишком разборчиво: А Шарик сам изменник. И пишет безграмотно, как курица лапой И вы такие же

Пестряков Валерий остался у доски приказов и объявлений уговаривать Шарика, а Гришка пошёл по деревне. Он размышлял над той простой мыслью и почему-то девочку Лизу жалел. Представлялась ему девочка Лиза, с носом, так высоко задранным, словно она хочет проклюнуть небо. Но ведь небо иллюзия, просто-напросто оптическая синева.

Здравствуйте, Григорий Я, Григорий, домой вернулся.

От неожиданности Гришка вздрогнул, голову поднял на ветке воробей сидит нахохлившийся, Аполлон Мухолов.

Здравствуйте! закричал Гришка. Вы в отпуск?

А вы, как я вижу, стали шутником, сказал воробей Аполлон Мухолов. И пожалуйста. И на здоровье.

Что случилось?

И не спрашивайте!

А когда они помолчали немного, не мешая друг другу вопросами, Аполлон Мухолов сказал:

Разбита мечта.

Вы поссорились с чайкой?

Нет. Я улетел тихо.

Но, надеюсь, вас теперь можно называть моряком?

Аполлон Мухолов кинул на Гришу несколько быстрых булавчатых взглядов.

Нет. Моряка из меня не вышло. Хотя, если быть справедливым, морских воробьёв нет в природе. Морские птицы питаются рыбой. У меня от неё

Нет ещё, честно сознался Гришка. Крупных волн я ещё не видел.

А ветер! Бешеный ветер, и спрятаться негде. Весьма неприятное и постыдное чувство неуправляемость. Тебя куда-то несёт, а ты не можешь противостоять и бороться Конечно, справедливости ради, нужно отметить, что тамошние береговые воробьи приноровились. Они умеют предчувствовать ветер и научились скрываться вовремя. А в затишье, когда тепло и безопасно, они купаются в море на мелком месте. Вы бы видели, какими они тогда становятся гордыми и надменными, прямо микробакланы. Но с моей отвагой на море невозможно. Последний раз я утомился, летая, как буревестник, над морем, там, где волны, сел на плавающий предмет, и что вы думаете? этот предмет оказался уткой-нырком, которая сунула голову в воду и высматривала добычу. Она её высмотрела и нырнула. Не кривя душой, я скажу я испугался. Вы бы не испугались, оказавшись в открытом море? К тому же, как вы, наверное, догадались, я не умею плавать.

Вас спасли пограничники? спросил Гришка.

Аполлон Мухолов посмотрел на него с укоризной.

Шутки тут неуместны. Меня спасла моя чайка И это ужасно. Я потерял престиж. И я решил уйти тихо. Аполлон Мухолов нахохлился. Именно в тот трагический момент в моих суждениях появились ирония и сарказм. Надеюсь, вы это заметили?.. Любовь, Григорий, дело ответственное. Нужно быть всегда на высоте и не выглядеть мокрой курицей. Ах, какое это сложное дело любовь!

Придя домой, Гришка спросил прямо:

Дядя Федя, любовь сложное дело?

Смотря как посмотреть. Если любовь, так любовь. А если нет её, тогда сложное дело дядя Федя оживился, воскликнул вдруг: Вот оно! Полез на печку и, достав оттуда пишущую машинку, сказал: Мемуары писать старикашечье дело. А я ещё молодец займусь поэтическим творчеством. Я в себе силы чувствую прилив.

Дядя Федя принялся шагать по избе, размахивая руками, дёргая головой. Потом набросился на пишущую машинку и зафиксировал:

Она была красивая, как сон,

Как воздух сна,

Как сна очарование.

В неё влюбивши был весь первый эскадрон.

И резкий фокус расставанья.

И чуждый стук копыт

Это про что? шёпотом спросил Гришка.

Про любовь. Разве про что другое пишут стихами?

А фокус какой был?

Дядя Федя глянул на Гришку и глаза прикрыл, словно Гришкины щёки с ярким румянцем от витаминов ослепили его.

Фокус в оптическом смысле. Очень резкий был фокус Её махновцы казнили. Они её связанную затоптали конями

Когда дядя Федя руку от лица отнял, то увидел Гришка в его глазах сырой блеск.

Да сказал дядя Федя. И голова его опустилась к столу. И ещё опустилась И

Видать, шрамы от многочисленных ран, а также ожогов, ушибов и вывихов в некоторых случаях сдерживаться не помогают. Даже наоборот.

Ночью Гришка спал плохо, ворочался. Всё слышался ему тот чуждый стук копыт. Под утро он крепко уснул и заспался.

Открыл глаза у окна дядя Федя. Фуражка-капитанка на нём, китель с орденами и морские брюки, но босиком наверно, ботинки парадные куда-то засунул и не найдёт.