Чтение онлайн

— Это станет ясно лет через десять, — прокомментировал начальник службы безопасности Ичжан, который тоже решил остаться на Убежище. — И через столько же времени станет ясно, какая из колоний выживет.

— И выживет ли хоть одна, — по привычке аналитика беспощадно уточнил Андрей.

Шесть дней на корабле был жуткий беспорядок. Сначала все бурно обсуждали, записываться ли в списки переселенцев, а затем большинство экипажа собирали свои вещи и челноками отправлялись на астероид. Поскольку неприкосновенные запасы темной энергии не тратились, да и горючее тоже, ведь атомные реакторы челноков все равно не остановишь, на самом деле взаимные посещения продолжались и потом все время. Кто-то возвращался на денек под предлогом. что забыл нечто на корабле, а переселенцы отправлялись на астероид повстречаться с друзьями и посмотреть, как там все

устроились.

На астероиде площадь вчерне обработанных пещер, уже заполненных атмосферой, которые можно было теперь оборудовать и использовать, была под сто квадратных километров. Еще столько же находилось в процессе подготовки. По нормам, этого должно было хватить на колонию в две тысячи человек, а там уж можно расширяться и колонизировать другие астероиды. Правда, теперь достижение двухтысячного предела отодвигалось в связи с эмиграцией половины населения, но в условиях изобилия пищи и отсутствия инфекционных болезней (что было гарантировано еще надолго) это означало необходимость лишь еще одного поколения. Вырождение, конечно, могло грозить, но на корабле генетики имели секретный препарат — вирусы, вызывающие интенсивную рекомбинацию в хромосомах. Одна пятая вероятности была, что родится урод, но зато вырождение становилось гораздо менее вероятным. Это средство планировалось использовать лет через сорок-шестьдесят, на третьем-четвертом поколении колонистов. И затем применять примерно каждые три поколения, пока его хватит.

Формально строжайше запрещенные генетические исследования на самом деле все время велись в секретных лабораториях "по специальному временному разрешению". В частности, была освоена и на самом деле успешно применена на нескольких колониях, где не удалось провести полный экоцид перед колонизацией, технология вакцинации второго порядка. Необходимые генетические изменения программировались в вирусах и таким образом распространялись в виде эпидемии легкой болезни.

Поскольку разведочные корабли всегда по высшему классу снабжались биологами, генетиками и представителями смежных специальностей (ведь неживые феномены можно будет исследовать и потом, а жизнь необходимо понять сразу же и как можно лучше; вдруг потом она будет подвергнута экоциду ради колонизации), самые продвинутые биологические и генетические технологии были как следует описаны в информатории корабля, многие из них прямо входили в программу подготовки членов экипажа-специалистов. Так что в этом смысле технологическая сторона колонии на Земельке, может быть, была обеспечена получше. Ведь на астероиде пока что кое-как научились добывать алюминий, а до создания развитой индустрии было еще очень далеко. И уж что было ясно: информационные системы — невозобновимый ресурс. Шанса создать новую плату просто не было. А следующие поколения вполне могут потерять знания и умения землян (во всяком случае, самые высокотехнологичные из них).

Но и на астероиде было не так уж плохо. Колонисты разбивали поля. Правда, семян было мало, почему-то на космическом корабле в качестве зеленой добавки были лишь ячмень и горох с некоторыми сопутствующими растениями типа салатов. На эти поля планировалось выпустить часть лабораторных мышей, чтобы затем использовать их как источник свежего мяса. Кроме того, осваивалась еще одна пещера. А уж обустройство жилой пещеры шло полным ходом. Все оставшиеся на астероиде колонисты решили жить компактно, поскольку привыкли к городской жизни. В пещерах все время было 20–25®, люминесцентные потолки обеспечивали нормальную смену дня и ночи, подземное орошение не только питало растения, которых становилось все больше, но и насыщало воздух умеренным количеством влаги. Единственно чего не было — открытых водоемов и дождей: слишком мала сила тяжести.

Сразу же после собрания Мария Чимор атаковала Дэнъитиро. Она сама предложила свидание, что, в общем-то, не было необычным на корабле, но утром, после страстных объятий, расплакалась и сказала, что ей никогда не было так хорошо и что она не хочет расставаться с Дэнъитиро. Дэнъитиро, уже потерявший навык древних японских хэйанских кавалеров изящно сложить в таком случае стихотворение и послать маленький подарочек, растерянно согласился встретиться вновь вечером. Обольщение продолжалось, Мария всячески стремилась забеременеть от Дэнъитиро, и, когда это случилось, она заявила, что желает иметь детей только от него. Пришлось жениться, и мечта Марии осуществилась: она оказалась на корабле. А сына, который у нее уже был от Альфреда

Цуггера, она записала в переселенцы.

— Дорогой мой муж! Ведь ты сам говоришь, что лет через десять мы тоже переселимся на Земельку. Вот мой сын и будет уже там. А затем к нему присоединятся наши дети и будут под защитой уже опытного старшего брата, — нежно ворковала Мария, и растаявший Дэнъитиро потерял временно все свои аналитические способности и со всем согласился.

Вычислив, что делает Мария, Кикуко набросилась на Мыколу. Бесхитростный Мыкола не устоял перед женщиной, которая еще сохранила некоторые навыки японских гейш (в отличие от мужчины, начисто растерявшего навыки самураев и кавалеров). Свою дочь Кикуко тоже отправила на Земельку.

Тем самым партия феминисток распалась. Когда в один и тот же день были объявлены два брака, феминистки хотели чуть не линчевать своих бывших лидерш, поняв, как они бесстыдно использовали всех других. Но "предательницы" побыстрее отправились на корабль, а феминистки начали охоту за мужьями, поскольку мужчин было на корабле значительно меньше, чем женщин. Уже стало ясно, что многоженство не будет исключением.

Встретившись на корабле после свадьбы, Мария сказала Кикуко:

— Но ведь лет через десять наши мужья хотят нас все равно отвести в дикие места к одичавшим колонистам!

— Мало ли что будет через десяток лет, мы этих самцов сто раз переубедим, — отпарировала Кикуко.

Первоначально в переселенцы записалось большинство бывших на корабле колонистов: 55 из 109. Двенадцать находились в экспедиционных челноках, на черепашьей атомной тяге возвращавшихся на Убежище. Но затем некоторые переселенцы стали проситься обратно. Командир и вновь избранная глава колонии переселенцев Софья Корепанова единодушно объявили, что право выбора сохранилось лишь у экипажей челноков. Но если кто-то вступит в брак с членом экипажа челнока, то он имеет право выбрать то же, что и его супруг. Пользуясь этим, один мужчина и три женщины остались на Убежище.

Из экипажей челноков никто не пожелал стать переселенцем, посмотрев на условия на Убежище и на хаос на корабле, временно превратившемся в детский дом. Тем более что они уже провели по 4–5 месяцев в невесомости… Мдлака в последнее время так терся возле переселенцев, что его тоже сочли желающим переселиться и в виде исключения взяли с собой.

Через почти три месяца после последнего общего собрания 52 колониста и 36 детей начали покидать Убежище. Большинство взрослых осталось на астероиде, большинство детей улетело.

Первыми отправились грузовые челноки, которые летели дольше всего. Затем начались расставания: с промежутком в двое суток стартовали три пассажирских челнока, битком забитые переселенцами. Через месяц отправился детовоз. Переселенцы решили обосноваться на месте первой экспедиционной базы. Хоть полупустыня не очень хороша для жизни, для выживания она может быть лучше из-за спокойного рельефа и климата и малого количества опасностей. Как известно, все земные цивилизации начинались в наименее приспособленных для жизни местах, где требовалось много сил и ума, чтобы наладить жизнь. Наладив же ее, они двигались в благодатные земли, заселенные теми, кто там обленился.

На этом закончилась история единой колонии людей в системе Красного Солнца и начинаются две истории совершенно разных.

Поскольку колонисты на Земельке полностью перешли на местный счет времени, даты будем записывать по их календарю от основания колонии: год-день, например, 4г23. Дни они начинают считать с нулевого.

— Убежище? Земелька. Путь

Первыми вылетели к Земельке челноки на обычной энергии. Поскольку на Земельку пожелал переселиться всего один пилот — Бойко Митич, он вел корабль с детьми. Все остальные корабли летели на автоматическом управлении, поскольку на Земельке уже была подготовлена посадочная площадка, был радиомаяк и лазерные устройства ориентации и наведения. Почти три месяца пути в необратимую неизвестность были не самым легким периодом в жизни переселенцев. Многие начинали раскаиваться в принятом решении, но капитан заранее позаботился сделать его необратимым. Он разрешил снять с челноков гидропонные баки, поскольку, дескать, они в колонии будут очень нужны, а обратный путь челноки все равно будут совершать в беспилотном режиме. У многих остались на Убежище друзья и любовники.