Чтение онлайн

— Повелителем всех миров?.. Эти слова ласкают мне слух. И как, жалкий демон, ты собираешься этого добиться?

— Не я, мой господин. Кто я? Незаметный червяк. Но если мы сумеем пленить остальных: Нефтиду…

Сет ударил Жутколицего в грудь, и тот упал на дно лодки.

— Я велел тебе никогда не упоминать ее имени, — зловеще процедил Сет.

— Да, господин. — Тяжело дыша, демон поднялся на свои куриные ноги. — Простите меня, господин. Но если мы сумеем пленить ее и других… подумайте, какую силу вы получите. При правильном замысле…

Сет закивал. Замысел ему явно нравился.

— Думаю, нам

пора ввести в дело Амоса Кейна.

Я сжался. Неужели и Амос здесь?

— Великолепно, господин. Это блестящий замысел.

— Да, Жутколицый. Я рад, что додумался до этого. Скоро, демон, очень скоро Гор, Изида и моя вероломная женушка будут ползать у моих ног. И Амос мне в этом поможет. Я устрою маленькое семейное торжество.

Сет поднял голову и посмотрел прямо на меня, словно знал, что я давно здесь и подслушиваю его разговор с демоном. Потом одарил меня уничтожающей улыбкой.

— Разве не так, парень?

Мне хотелось взмахнуть крыльями и улететь. Нужно было поскорее выбраться из пещеры и предупредить Сейди. Но крылья меня не слушались. Я замер, не в силах шевельнуться. Сет потянулся схватить меня.

Это снова Сейди. Извините за задержку. Правда, в записи вы ее вряд ли заметили. Просто мой растяпистый братец уронил микрофон в яму с… впрочем, не важно. Продолжаю рассказ.

Картер, просыпаясь, так вздрогнул, что коленями сокрушил поднос с напитками на самолетном столике. Это было смешно.

— Хорошо выспался? — спросила я.

Он ошалело моргал.

— Ты… уже человек?

— Спасибо, что заметил.

Я откусила еще пиццы. Надо сказать, я впервые в самолете ела пиццу на фарфоровой тарелке и пила кока-колу из стеклянного стакана (но все равно со льдом — американская причуда). Лететь первым классом мне очень нравилось.

— Я уже час как превратилась, — сообщила я, прожевав пиццу. — Между прочим, мне помог твой совет — сосредоточиться на чем-то важном.

Это была лишь малюсенькая часть правды. Вообще-то я помнила все, что Картер рассказывал мне, пока я оставалась птичкой. А рассказывал он о своих путешествиях с отцом: о том, как потерялся в лондонском метро, как его стошнило в Венеции. Он признался, что вопил, точно маленький, обнаружив у себя в носке скорпиона. У меня был такой богатый материал, чтобы над ним поиздеваться, но почему-то не хотелось. Ведь Картер говорил со мной очень откровенно… Может, он думал, что у меня мозги усохли до птичьих и я ничего не понимала? Но он был таким честным, таким открытым. Он делал все, чтобы меня успокоить. Если бы не его рассказы, боюсь, я бы и сейчас летала над берегами Потомака, высматривая полевых мышей.

Картер явно гордился тем, что столько времени провел в путешествиях с отцом. Однако чувствовалось, эти путешествия имели и оборотную сторону. Брат всегда стремился нравиться отцу и вел себя так, чтобы не огорчить его. Понятно, кроме отца, у него не было ни спутников, ни собеседников. Должна признаться, общение с отцом, как говорят взрослые, налагало определенные обязательства. Никто тебя не понукает,

но ты делаешь все, чтобы заслужить его похвалу. (Я, конечно же, унаследовала отцовскую потрясающую харизматичность.) И хотя я видела его дважды в год, мне все равно приходилось мысленно готовиться к этим встречам. Впервые я задумалась: может, Картеру повезло больше, чем мне, когда нас разлучили? Согласилась бы я поменять свой образ жизни на его?

А еще я решила не рассказывать ему, что в конце концов помогло мне превратиться в человека. Я совсем не думала об отце. Я представила маму живой. Представила, как мы идем с ней по Оксфорд-стрит, смотрим на витрины, разговариваем, смеемся. Словом, представила то, чего у меня никогда не было. Несбыточное желание. Но оно оказалось достаточно сильным и вырвало меня из птичьего облика.

Во всем этом я не призналась. Картер внимательно разглядывал мое лицо, и я почувствовала, что кое-какие мои мысли он понимает и без слов. Тогда я отхлебнула кока-колы и сказала:

— Между прочим, ты проспал кормежку.

— И ты не попыталась меня разбудить?

Баст, сидевшая по другую сторону прохода, позволила себе отрыжку. Она только что умяла целую тарелку семги и почти мурлыкала от удовольствия.

— Могу материализовать тебе «Фрискис», — предложила она Картеру. — Или сэндвичи с сыром.

— Нет уж, спасибо, — отмахнулся брат.

Вид у него был какой-то подавленный.

— Слушай, если ты так голоден, доедай мою пиццу. Я уже сыта.

— Меня вообще не тянет есть, — признался Картер и рассказал нам, как Сет едва не сцапал его ба.

После его рассказа и я позабыла про еду. Мне стало трудно дышать, будто я снова попала в птичье тело и не могла связно думать. Неужели они запихнули отца в красную пирамиду, а Амоса намереваются сделать био-роботом? Я посмотрела на Баст, ища у нее поддержки.

— Мы что, ничего не можем сделать?

— Сейди, скажу тебе честно: не знаю. — Чувствовалось, рассказ Картера поразил и ее. — К своему дню рождения Сет обретет невиданное могущество, а восход солнца — наиболее благоприятное время для магии. Если он поработит богов, добавит их силу к своей и устроит эту чудовищную бурю… мне страшно даже представить, какой хаос тогда воцарится.

Она содрогнулась всем телом.

— Картер, ты говорил, что эту мысль подсказал ему обыкновенный демон?

— Получается, так, — подтвердил Картер. — Во всяком случае, он решил изменить первоначальный замысел.

Баст покачала головой.

— Это не похоже на Сета.

— Что? — удивилась я и даже подавилась куском пиццы. — Как раз это очень на него похоже.

— Нет, — снова сказала Баст. — Такое не пришло бы в голову даже ему. Сет жаждет стать правителем, но после взрыва ему будет нечем править. Мне кажется, это похоже…

Наверное, то, на что это похоже, испугало даже Баст.

— Мы скоро приземлимся. Вы спросите об этом у Тота.

— А разве ты с нами не пойдешь?

— Мы с Тотом не очень ладим. У вас больше шансов уцелеть.

Зажглась надпись с просьбой пристегнуть ремни. Командир самолета сообщил, что мы идем на посадку в аэропорт Мемфиса. Я выглянула в иллюминатор и увидела широченную бурую реку, которая извивалась по долине. Таких больших рек я еще не видела. Чем-то она была похожа на гигантскую змею.