Козыри богов
Шрифт:
– Надеюсь, Авер, что наши дороги больше никогда не пересекутся. Поверь, это даже больше в твоих интересах, - сказал ему я, после чего вернулся в повозку.
– Зачем нам всё это?
– испуганно спросил меня Кавни, кивая в сторону кучи оружия.
– Фиглярам запрещается иметь такие вещи. Знаешь, что будет, если кто-нибудь из стражников...
– Если не нужно - выкинем где-нибудь по дороге. Не оставлять же его этим... Держи, это тебе компенсация за моральный ущерб!
– я вложил в руку сетрика атаманов кошель и вновь поудобнее устроился на своём месте.
Сетрик понукнул вола. Повозка тронулась. За ней двинулся весь караван. Вскоре за поворотом исчезли двое привольных, растерянно
– Слышь, Ланс, - обратился ко мне Кавни некоторое время спустя, - ты вот давеча говорил, что идёшь, куда дорога ведёт... То есть, я так понимаю, мы можем надолго стать попутчиками?
Хм... Попутчиками... Впрочем, почему бы и нет? Хотя меня никто не разыскивает, и совершенно никому на этой планете нет до меня дела, но одинокий странник с собакой редкой породы вызывает гораздо больше вопросов, нежели один из членов бродячей труппы. Но...
– Зачем вам лишний рот, Кавни?
– Лишний рот, оно, конечно: кому нужен? Только вот с тобою мне и веселее, и безбоязненней! Да и хороший номер в представлении лишним не будет!
– Хороший номер? Это ты про меня?
– Вестимо, про тебя, - кивнул сетрик.
– Кем же ты мне предлагаешь заделаться?
– Разве сразу не понятно? Силушкой тебя либо Тот, либо Другой наградил отменной, вот силачом и будешь. Тяжести поднимать непомерные. А вызовется кто - так и побороться с тем об заклад по правилам честным. Бороться-то умеешь? Не из последних борцов? Опять же, собаку твою необычную всяческим затейкам обучить можно на потеху честному люду. А? Как тебе моё предложение?
– Мысль интересная. Я подумаю, Кавни. Извини, но я сегодня очень мало спал. Подремлю чуток, а ты, если что вдруг снова случится, разбуди.
В это время сзади раздался шорох отодвигаемой заслонки. В крохотном окошке, прорезанном в разделяющей фургон перегородке, показались удивительно большие карие глаза в обрамлении длинных густых ресниц.
– Тятя, кто это там с тобой? Симпатичненьки-ий! Я что, опять что-то проспала?
– Это моя дочка Зи. Она у меня певица, - представил девушку Кавни, после чего ответил.
– Ничего особенного, дочка. Всего лишь одну героическую битву. Нас пытались ограбить привольные. Много, две дюжины! И все с ног до головы увешаны всяким разным страшным оружием. А этот бесстрашный герой - его зовут Ланс - расправился с ними голыми руками!
Глаза из окошка посмотрели на меня. Во взгляде перемешались удивление, восхищение и недоверие.
– Ты и взаправду один справился с двумя дюжинами привольных?
– Нет, неправда, - ответил я.
– Тятя!!
– в голосе девушки послышались плаксиво-рассерженные нотки.
– Ты почему опять меня обманываешь?!
– Тятя не обманывает, - заступился я.
– Тятя преувеличивает. Разбойников было только девять.
– ТОЛЬКО девять?! Но ведь это тоже очень-очень много! Тятя, я хочу, чтобы у меня родился сын - такой же большой, сильный и ловкий, как Ланс!
– Ну, а я-то здесь при чём?
– проворчал Кавни.
– У Ланса и спрашивай!
– Ланс, ты сейчас не очень занят?
– прозвучал вопрос из окошка.
О, святая простота здешних нравов! От такого прямого предложения вряд ли можно открутиться. Да и, откровенно говоря, откручиваться-то не хотелось: уж очень призывно смотрели её глаза, нежным и воркующим стал голос.
Конечно, я мог бы написать в угоду сторонникам очень высоких отношений, что стоически отказался и гордо хранил верность своей избраннице. Однако это было бы, во-первых, неправдой. А во-вторых, в мире, где нет даже понятия "супружеская неверность", где женщина гордится количеством девочек и мальчиков, рождёнными
соседками от её мужа, где "проституция" - только способ забеременеть, где... Короче говоря, слишком много различных "где". Так вот, в этом мире, придерживайся я пуританских взглядов, принятых в балладах о верных рыцарях, ко мне будут относиться примерно так, как к чудаку, который вздумал бы загорать в вечернем костюме на нудистском пляже.– "Нет. До пятницы я совершенно свободен!" - процитировал я фразу героя одного из популярных мультиков.
– Не знаю, что такое пятница, но надеюсь, что это не скоро! Так что приглашаю тебя зайти ко мне в гости. Кроме всего прочего, у меня найдётся для тебя кружка хорошего отонарского пива!
– Приглашение с благодарностью принимается!
– ответил я и спрыгнул с повозки, успев услышать, как сзади Кавни пробормотал: "Может, хоть сейчас что получится... Но только бы не бепо, упасите нас Тот или Другой, только не бепо!"
Я пропустил фургон мимо и запрыгнул в отворившуюся заднюю дверцу. Обстановка внутри оказалась по-походному бедной и непритязательной, хотя везде чувствовалась заботливая женская рука: и в занавесках на маленьких окошках, и в покрывающей небольшой пристенный столик вышитой скатерти, и в букетике магнолий в простом глиняном кувшине.
Зи оказалась невысокой худенькой девушкой с милым лицом и пышными каштановыми волосами, перехваченными узенькой голубой ленточкой. Концы длинной полоски материи, завязанной на виске бантом, терялись в густых, спадающих на высокую грудь и на спину локонах. По подолу длинного, до пола, платья Зи пестрели вышитые цветы и что-то летающее, напоминающее птеродактилей: возможно, подразумевалось изобразить бабочек или птичек, но художественное мастерство вышивальщицы несколько подкачало. Зи стояла и с откровенным интересом рассматривала меня с ног до головы.
– Ну, и где же хорошее отонарское пиво?
– спросил я шутливо, стараясь скрыть возникшую неловкость.
– Так ведь ты же не за пивом пришёл!
– Зи хитро улыбнулась и, прищурив свои огромные глаза, чуть склонила голову на бок.
– Вообще-то от пива тоже не откажусь!
– продолжил я в том же игривом тоне.
– Или пошутила?
– Какие же вы всё-таки все, мужики, одинаковые!
– преувеличенно-огорчённо вздохнула Зи.
– Вам бы только пива набулькать полный живот! Будет, будет тебе пиво отонарское, только сначала сыночка мне сделай: большого, сильного и ловкого! Чтобы мне был помощником и защитником. Давай!
Она подобрала платье до пояса, повернулась и легла грудью на столик. Нижнего белья Зи не носила. Я опешил. Конечно, я знал о здешней простоте нравов. И о том, что к сексу здесь относятся без всяких предубеждений и ханжества. Но не до такой же степени!
– Что стоишь? Не нравится?
– оглянулась Зи через плечо.
– Отчего ж? Девушка ты милая, и прелестями не обижена...
– Так чего ж стоишь столбом?
– Да как-то... не привык я вот так-то... А пообниматься-поцеловаться?
– Ишь чего захотел, бесстыдник! Как же, буду я целоваться с первым встречным-поперечным! Для этого надо, чтобы любовь была!
И чувствовал я себя в этот момент - дурак дураком! А потому даже обрадовался, когда зашуршала, открываясь, заслонка оконца в перегородке, и показавшийся в нём Кавни громко и встревожено зашептал:
– Слышь, Ланс, попутчик у нас объявился. Один из тех, что нас только что ограбить пытались.
Я спешно выглянул наружу из бокового окошка. Рядом с фургоном, спрятав кисти рук в рукава мешковатого одеяния и то и дело швыркая конопатым носом, хлюпал сапогами по грязи юноша, отказавшийся отдавать свой лук, который сейчас висел у него в чехле за спиной.