Козлы и орлы
Шрифт:
За одним из столиков сидели две женщины неопределенного возраста, но явно маргинального вида. Обе были в изрядном подпитии, но увлеченно общались, и, судя по непочатым пивным бутылкам, закругляться
– Ик-кк, – громко икнула одна из подружек, ловя зазевавшуюся кошку и водружая ее на стол. – Ешь, дорогая, пей… – предложила она обалдевшему животному и поставила перед кошачьей мордой тарелку с какими-то кальмарами и кружку с пивом. – Не жалко… А он мне и говорит, – сказала щедрая маргиналка, очевидно продолжая обращенную к собутыльнице речь: – Мурка твоя – нахлебница, вышвырни ее на хрен! А я скорее его, козла, вышвырну!
Подруга сочувственно причмокнула, погладила пойманную киску с такой силой, что та распласталась на столе и, рыгнув, мудро заключила:
– Все мужики – козлы!
Тема козлов сегодня уже затрагивалась Лялей, и в случае со своим любовничком она была совершенно права. Но мне вдруг стало обидно за мужчин вообще, и я спросила:
– Инка, ну скажи, почему принято говорить, что все мужики – козлы?
– Не
знаю… – вздохнула она. – Я, например, так не считаю. Мой Андрюха вовсе не козел. – Она хитро покосилась на меня. – Да и Петров вроде тоже.– А Володя вообще орел! – гордо заявила я.
– Ой, Наташка, да ты никак влюбилась! – воскликнула Инка.
– Вовсе нет! Сейчас получишь у меня, «влюбилась»!
Я шутливо бросилась за Инкой, а та с криком: «А вот и да!» – припустила от меня.
Мы бежали и хохотали, нам было легко и весело. При нашем непосредственном участии раскрутилось серьезное дело, и справедливость восторжествовала! Как обычно, мы не заработали ни копейки, но все усилия были не зря, и нас переполняло счастье.
Уже дома, блаженно растянувшись на диване, я снова задумалась о козлах и орлах, как о подвидах мужской породы. Память услужливо преподнесла многочисленные примеры истинно «мужского» поведения, и справедливости ради пришлось признать, что статистика в этом вопросе вовсе неутешительна…
На добрую сотню козлов и впрямь приходится всего один орел.