Чтение онлайн

Из кают выскакивали полуодетые люди и, на ходу одеваясь, бежали кому куда предписывали правила: средний командный состав — в рубку, младший и пилоты — к своим машинам. Наяна направилась тоже в главный пилотский отсек.

Три кресла, неприкосновенных для любого на корабле, кроме командора Аргентора, старшего пилота Джека Бегунка и Наяны, пустовали. Но в самом отсеке стоял гомон, и толокся весь офицерский состав. Глаза всех были направлены на центральный экран. А там, в опасной близости от "Беовульфа" висел в черноте Космоса огромный боевой корабль. Недвусмысленные приспособления на его носу были нацелены на линкор.

— Откуда он?! — в возбуждении спрашивали люди. — Как сумел подобраться незаметно?!

— Вынырнул

Джек склонился над сложной линией, танцующей на индикаторе.

— Он сигналит с самого начала появления. — пояснил дежурный. — В радиодиапазоне слышно только хрипение и визг. Мы не знаем ни его частоты, ни вида волн.

Совершенно очевидно, что Рушер перестал бегать от преследователей и перешёл в наступление. Очевидно также, что разведчик Гриф был захвачен им и допрошен. Корабль Рушера вернулся к уничтоженной им планете, чтобы встретиться с противником.

Внезапно шум в рубке прекратился — все офицеры бегом отправились к своим боевым расчётам — назревала драка. Против крейсера врага пока бросили лишь одну боевую группу — вторую. Сотня катеров вынырнула из шлюзов корабля и пустилась в облёт гостя, а линкор "Беовульф" окутался пеленой защитного поля.

Корабль противника скрылся за мерцанием — очевидно, тоже применил защитное поле. Это и неудивительно — ведь Рушер и раньше широко использовал такой метод. Мерцающую плёнку прорезали длинные вспышки, и снаряды полетели прямо в корпус "Беовульфа". Но не достигли цели — все они отразились полем, отрикошетили далеко в сторону и там взорвались.

Основной бой вёлся между манёвренными катерами и чёрными глиссерами противника — совсем не такими, какие принадлежали уничтоженному транспортнику. О, это были настоящие боевые машины! Скорость, с которой перемещались в пространстве истребители, была велика — пилоты этих машин, если бы они были живыми, должны испытывать страшные перегрузки. Но катера "Беовульфа" всё же были маневреннее. Дело в том, что для экипажа боевых единиц перегрузки не имели значения — в них была изначально заложена противоперегрузочная программа. Каким образом это осуществлялось физически — непонятно, но желание Аргентора было исполнено — что-то поглощало колоссальную инерцию движения. И за это, как догадывалась Наяна, было хорошо заплачено из запасов Сил, которые им дали в это предприятие.

Теперь в картине боя это преимущество наглядно проявлялось: чёрные машины противника несли урон, а серебристые катера легко выскальзывали из-под града снарядов. В пространстве меж двух кораблей противников расцветали огненные цветы, метеорами проносились трассирующие лучи, клубились воронки импульсного излучения, мелькали чёрные и серебряные корпусы истребителей.

— Второй расчёт, отходите на базу. — заговорил Джек Бегунок. — Третьему расчёту выйти на передовую.

Никто из людей не мог выдержать более десяти минут такого интенсивного боя — сдавала нервная система. Первый расчёт начал отход — его прикрыли новые боевые машины. Навстречу им выходили новые истребители противника, а старые не покидали поля боя. И вышло врага гораздо больше, чем было. Это, очевидно, был первый, пробный бой. Теперь Рушер оценил силу "Беовульфа" и взялся за дело основательно. Следовало ожидать подвохов.

— Чем же можно пробить это поле? — невольно спросила Наяна, глядя, как случайные попадания легко отражаются корпусом вражеского линкора.

— Может, оно не пропускает материю? — ответил вопросом на вопрос Джек, который, очевидно, ломал голову над этой же проблемой. Поле против поля — это безнадёжная битва. Но попытки ударить во врага импульсным оружием тоже не принесли удачи — лишь вспыхнула мертвенным голубым сиянием и долго не гасла окружающая крейсер защита. А когда всё же успокоилась,

Тем временем вышли из строя шесть катеров — они стали отходить тяжело к базе, и один из них вспыхнул от прямого попадания. Это была первая потеря.

— Аргентор, пора пустить в дело инвертор. — обратился к командору Джек.

— Я сам так думаю, но ты же знаешь, сколько он жрёт энергии. — ответил командор, не отрывая взгляда от картины боя. — А я не думаю, что на этом крейсере засел Рушер собственной персоной. Он, по его привычке, скорее всего, наблюдает откуда-нибудь со стороны.

— Тогда какой смысл гоняться за его киборгами? — вмешалась в разговор Наяна. — Он водит тебя за нос, заставляя тратить Силы на отстрел его механических собачек!

— Альтернатива?! — резко отозвался Аргентор. Бой занимал всё его внимание.

Картина боя изменилась. С изумлением все трое увидели, как один из катеров резко замедлил скорость, далее и вовсе завис в черноте космоса, а потом с линкора в него ударил тонкий луч, и на месте катера вспыхнула белая звезда аннигилирующего вещества. Таким же манером был захвачен и второй катер.

— Боевому расчёту — отступать! Очистить пространство! — крикнул Аргентор. И сказал, повернувшись к Джеку:

— Включай инвертор.

Едва только поле боя освободилось от катеров "Беовульфа", крейсер Рушера подобрал свои чёрные глиссеры, и два огромных боевых корабля, начинённых самыми могущественными возможностями, какие только может придумать разум, замерли друг против друга. На вражеском крейсере было заметно движение — вывинчивались вверх какие-то установки, открывались какие-то люки — Рушер собирался нанести новый удар.

Наяна затаила дыхание, в оцепенении глядя, как неизвестное оружие устремляется прямо в направлении рубки. Выдержит ли их защитное поле это новое испытание?

В этот момент Джек привёл в действие инвертор. Это было первое его применение.

Во всех каютах, в коридорах "Беовульфа", в кают-компании, в столовой и прочих помещениях экраны — большие и маленькие — показали ту же картину, что и на центральном экране рубки. Множество людей впились глазами в необычное зрелище. Пришли в действие тайные силы Вселенной.

Изображение вражеского крейсера задрожало и пошло мелкой рябью. Вокруг него стали смещаться изображения звёзд. Потом вспыхнуло и заиграло волнами защитное поле. Громада корабля стала перекашиваться — один бок сминался, а второй начал раздуваться. Весь длинный корпус перекручивался спиралью. Потом стала проваливаться внутрь часть поверхности, как будто чьи-то гигантские пальцы вдавливали пластилин. И вот нос корабля стал изгибаться в сторону кормы, поле в месте сгиба вспыхнуло и заискрило, а потом стало стаскиваться с корабля, словно порванная одежда. Дальнейшее происходило уже совсем быстро: поле погасло, а огромный корабль продолжал проваливаться внутрь себя. Наконец, остался только сравнительно небольшой комок, похожий на смятую бумагу.

— Выключай. — сказал Аргентор.

— Я уже выключил. — ответил Джек. — Раз задан начальный толчок, процесс будет идти по инерции, пока не затухнет. Нам надо убираться отсюда, пока не установится равновесие пространственных векторов. А то и нас затянет.

Двигатели "Беовульфа", работающие на непонятном Аргентору принципе, передали на переборки слабую вибрацию.

Линкор готовился уйти через гиперпространство, но в этот момент вокруг опять задрожали звёзды. Дрожание прекратилось, звёзды расплылись в стороны, и в пустоте космоса образовались совершенно чёрные пятна. В следующий момент из них выскользнули сияющие точки — из каждой дыры по одной. Чёрные пятна схлопнулись, возвращая звёзды на место, а точки мгновенно выросли в восемь новых крейсеров.