Чтение онлайн

– Приходит… отдает приказы, – сказал Бриггз. – Не могу сказать, что она чего-то не замечает. ОНА тут же видит, если ты плохо сделал работу. И помни, что я тебе сказал: будь осторожнее, парень. Насчет итальяшек и других.

– Если она будет ко мне придираться, я знаю, что мне делать, – мрачно ответил Адам. – Кругом полно работы.

– Ага. Вот вы все нынче такие, молодые люди. И слова вам не скажи. Я только тебе говорю: смотри, куда ступаешь.

Адам продолжал дуться, но снова принялся за работу.

Мисс Булстроуд шла назад по дорожке к школе и слегка хмурилась.

Навстречу ей шагала мисс Ванситтарт.

– Какой жаркий

день, – сказала она.

– Да, очень жарко и душно. – Мисс Булстроуд снова нахмурилась. – Вы не обращали внимания на того молодого человека, на молодого садовника?

– Нет, не особенно.

– Он мне кажется… ну… странным типом, – задумчиво произнесла мисс Булстроуд. – Необычным для здешних мест.

– Возможно, он только что приехал из Оксфорда и хочет заработать немного денег.

– Он привлекателен. Девушки обращают на него внимание.

– Обычная проблема.

Мисс Булстроуд улыбнулась:

– Совмещать свободу для девочек и строгий надзор – вы это имеете в виду, Элинор?

– Да.

– Нам это удается, – сказала мисс Булстроуд.

– Да, конечно. У вас в Мидоубэнке никогда не было скандала, правда?

– Один или два раза опасность была близка, – ответила мисс Булстроуд и рассмеялась. – Когда руководишь школой, не бывает ни одной скучной минуты. Вам здешняя жизнь когда-нибудь казалась скучной, Элинор? – продолжала она.

– Нет, что вы, – ответила мисс Ванситтарт. – Меня работа здесь очень стимулирует и удовлетворяет. Вы, Гонория, должно быть, очень счастливы и гордитесь тем огромным успехом, которого вы добились.

– Мне кажется, я хорошо потрудилась, – задумчиво произнесла мисс Булстроуд. – Разумеется, все сложилось не совсем так, как я представляла себе сначала… Скажите мне, Элинор, – вдруг спросила она, – если бы вы вместо меня руководили этой школой, какие бы вы внесли изменения? Не стесняйтесь сказать. Мне интересно послушать.

– Не думаю, что мне бы захотелось что-то менять, – сказала Элинор Ванситтарт. – Мне кажется, дух этой школы и вся ее организация близки к идеалу.

– Вы хотите сказать, что продолжали бы работать в том же направлении?

– Да, конечно. Я считаю, что здесь невозможно что-то улучшить.

Мисс Булстроуд несколько мгновений молчала. Она думала про себя: «Интересно, она сказала так потому, что хотела мне угодить? Никогда нельзя знать наверняка. Какими бы близкими ни были твои отношения с людьми в течение многих лет. Несомненно, она не может говорить это всерьез. Любой человек, обладающий хоть каплей творческих способностей, обязан стремиться к переменам. Правда, ей может казаться нетактичным это сказать… А такт имеет большое значение. Он имеет значение в отношениях с родителями, с девочками и с персоналом. У Элинор явно есть такт».

Вслух она сказала:

– Тем не менее всегда нужно вносить какие-то изменения, не так ли? Я имею в виду, что меняются идеи и вообще условия жизни…

– О, это правда, – согласилась мисс Ванситтарт. – Как говорится, надо идти в ногу со временем. Но это ваша школа, Гонория, вы сделали ее такой, какая она есть, и ваши традиции – это ее сущность. Я думаю, традиции очень важны, вы согласны?

Мисс Булстроуд не ответила. Она готова была произнести слова, от которых потом уже не откажешься. Предложение партнерства повисло в воздухе. Мисс Ванситтарт, хоть воспитание и не позволяло ей это показать, должна сознавать, что оно вот-вот будет сделано. Мисс Булстроуд не совсем понимала, что ее сдерживает. Почему ей так не хочется связать себя этим предложением? Может быть, с грустью призналась она, потому, что ей ненавистна

мысль о необходимости отдать бразды правления. Втайне, конечно, ей хотелось остаться, хотелось продолжать руководить своей школой. Но ведь наверняка нет более достойной преемницы, чем Элинор? Она такая надежная, так заслуживает доверия… Конечно, в этом отношении дорогая Чедди ничуть не хуже, она надежна, как никто другой. И все-таки невозможно представить себе Чедди директором выдающейся школы.

«Что же мне надо? – спросила себя мисс Булстроуд. – Какая я зануда! В самом деле, до сих пор нерешительность никогда не была мне свойственна».

Вдалеке прозвенел звонок.

– У меня урок немецкого языка, – сказала мисс Ванситтарт. – Я должна идти в класс. – Она двинулась быстрой, но полной достоинства походкой к зданию школы.

Идя следом более медленным шагом, мисс Булстроуд чуть не столкнулась с Эйлин Рич, выскочившей с боковой дорожки.

– Ох, простите, мисс Булстроуд. Я вас не заметила. – Ее волосы, как обычно, выбились из неаккуратного пучка. Мисс Булстроуд снова отметила некрасивые, но интересные черты ее лица; она была странной, энергичной, симпатичной молодой женщиной.

– У вас сейчас урок?

– Да, английский…

– Вам нравится преподавать, не так ли? – спросила мисс Булстроуд.

– Очень нравится. Это самое увлекательное занятие на свете.

– Почему?

Эйлин Рич резко остановилась. Провела рукой по волосам. Нахмурилась, усиленно размышляя:

– Как интересно… Кажется, я над этим не задумывалась. Почему можно любить преподавание? Потому что оно заставляет человека чувствовать себя значительным, важным? Нет-нет… все не так плохо. Нет, это больше напоминает рыбную ловлю, по-моему. Ты не знаешь, что выловишь, что вытащишь сетью из моря. Это качество отдачи. Так интересно и радостно, когда его получаешь… Конечно, это случается не часто.

Мисс Булстроуд кивнула в знак согласия. Она была права, в этой девочке что-то есть!

– Полагаю, когда-нибудь вы будете руководить собственной школой, – сказала она.

– О, я надеюсь на это, – ответила Эйлин Рич. – Очень надеюсь. Этого мне хотелось бы больше всего.

– У вас уже есть идеи насчет того, как следует руководить школой, не так ли?

– Мне кажется, у всех есть идеи, – ответила Эйлин Рич. – Наверное, очень многие из них фантастичны, и они не принесут ничего хорошего. Конечно, это будет рискованно. Но придется их проверить. Мне придется учиться на собственном опыте… Ужасно то, что невозможно учиться на опыте других людей, правда?

– Почти невозможно, – сказала мисс Булстроуд. – В жизни приходится совершать собственные ошибки.

– В жизни это ничего, – заметила Эйлин Рич. – В жизни можно встать и начать заново. – Ладони ее опущенных рук сжались в кулаки. Выражение лица стало мрачным. Потом оно внезапно расслабилось, и в глазах блеснул юмор. – Но если школа развалится на кусочки, ее нельзя собрать и начать заново, правда?

– Если бы вы руководили такой школой, как Мидоубэнк, – спросила мисс Булстроуд, – вы бы что-то изменили, стали бы экспериментировать?

Эйлин Рич казалась смущенной.

– Это… это сказать ужасно трудно, – ответила она.

– То есть вы бы это сделали? Не стесняйтесь, выскажите свое мнение, детка.

– Наверное, человеку всегда хочется использовать свои собственные идеи, – ответила Эйлин Рич. – Не скажу, что они сработают. Возможно.

– Но рискнуть стоит?

– Всегда стоит рискнуть, правда? – сказала Эйлин Рич. – То есть если вы что-то принимаете близко к сердцу.

– Я понимаю. Вы не против опасной жизни, – заметила мисс Булстроуд.