Короткое лето
Шрифт:
– Куда твой зам убежал? – спросил я у изрядно набравшегося Клима.
– Оксанку клеит, – ответил Климов и задумчиво подпер щеку ладонью. – Ну а почему нет? Стас холостой и при должности, племянница у меня девка видная, есть за что ухватиться, правда, уж больно непутевая…
Я не стал слушать пьяных словоизлияний и потихоньку сбежал из-за стола. Только вошел в бар, и болтавшая до того с широкоплечим черноволосым парнем Оксана пулей метнулась на кухню.
Стас Кудрин обернулся и шагнул ко мне с открытыми объятиями.
– Вячеслав Владимирович, дорогой!
Мы обнялись, и я вывел хмельного именинника на улицу. Усадил там его рядом с Климом и вернулся в бар.
– Водку
– Ее, родимую, – подтвердил я и поежился.
Замерз на улице, так и морозит.
– Дядь Слав, не заболели? – забеспокоился помощник. – А то бледный шибко.
– А? Нет, нормально. Просто не стоило после бани на улице сидеть, продрог. Воды кувшин налей, пойду греться.
Ваня отправился на кухню, а я достал из-под прилавка графинчик с настоянным на травах самогоном и набулькал две рюмки.
– Да не стоит… – замялся вернувшийся с водой Иван.
Но я даже слушать ничего не стал.
– Чисто символически. За пятницу!
Мы выпили, и самогон резанул горло непривычной резкостью. Я шумно выдохнул, взял кувшин и отправился наверх, но на крутой лестнице неожиданно закружилась голова. Мир стал каким-то нереальным и расплывчатым, ноги подогнулись, и, чтобы не упасть, пришлось усесться на ступеньку. Чудом кувшин не рассадил…
По губе потекло что-то теплое, я провел пальцем под носом и увидел красный мазок. И сразу закапала кровь.
Да что же такое-то?!
Я запрокинул голову, а потом и вовсе улегся на спину. Затылок очень удобно устроился на краю ступеньки, и беспокоило лишь, что кто-нибудь выйдет в коридор и увидит меня в таком виде.
А впрочем – да и хрен с ним. Тут не о чужом мнении беспокоиться стоит, а как бы копыта не откинуть. Очень уж резко прихватило на этот раз. Похоже, не стоило на пиво налегать.
Понемногу головокружение и слабость отступили; я уселся на лестнице, плеснул из кувшина на ладонь, стер с лица кровь. Потом поднялся на ноги и едва не уселся обратно. Но устоял и по стеночке, по стеночке доковылял до второго этажа.
Тихонько отпер дверь спальни, шагнул через порог, и неожиданно отчетливо по коже скользнул призрачный холодок охранных чар. Опознали – и тут же отступили, уснув до поры до времени. Только ломота в зубах и осталась.
Но это не страшно. Совсем не страшно…
Ирина давно спала, я поставил кувшин на тумбочку и ушел в ванную комнату. Умылся, отдышался и забрался в кровать осторожно-осторожно, чтобы ненароком не разбудить подругу. Нет, в другой ситуации я бы, пожалуй, даже приложил к этому определенные усилия, но не сегодня. Не в том состоянии, совсем не в том.
И то ли будет утром…
Клондайк
18 июня, суббота
Субботнее утро обычно рабочее. Магазин открыт до обеда, хотя Дима выходной, покупателей чаще всего принимаю я, но случается делать это и Сане, а теперь еще и Миле. Но Саня где-то завис со вчерашнего вечера, поехал с друзьями встречаться, а у меня все равно дела в мастерской, так что Мила осталась в студии, охая и проклиная свою вчерашнюю активность в спортклубе. Она уже и первых два класса в один вечер умудрилась посетить, так что боль во всех мышцах сразу навалилась прямо с утра. И это только начало, завтра будет хуже. Надо бы к вечеру баню натопить, хоть немного поможет.
Едва сел за верстак, в дверь позвонили. Зашли двое пацанского вида, потоптались, посмотрели на то, что выставлено в витринах, покрутили в руках помповые «рем» и «браунинг» десятого калибра, расспросили о патронах, но
так ничего и не купили. Ну и ладно, таким и продавать что-то не сильно хочется, хотя никакого криминала в этом нет. Если с пломбированием спуска, то кому угодно можно. Все равно пломбу только на КПП получится снять.Засел за пресс и, крутя карусель, быстро снарядил три сотни тех самых патронов, под которые вчера гильзы и пули готовили. Первый десяток измерил микрометром, убедился в том, что они получаются ровно два и восемь десятых дюйма в длину, и погнал прессовать дальше. Патроны одинакового калибра отнюдь не обязательно одинаковы по длине, все от формы и веса пули зависит.
Так… новые винтовки я собрал на базе LAR-8 от все той же незабвенной «Рок Ривер Армз». Почему? Причин несколько: они надежней, чем стандартные, из-за другой формы затвора, загрязнение для них совсем некритично. И они сделали эту модель такой, что она принимает стандартные магазины от FAL, каких у меня куча и планов на которые много. Минус в том, что большая часть деталей с другими AR-системами не взаимозаменяема, но совершенства ни в чем не бывает. Главное, что другой ствол на нее встал. Ну и магазины пришлось чуть подточить под толстую пулю.
И что я получил? Три винтовки под калибр.375 «раптор», со стволами длиной в шестнадцать, восемнадцать и двадцать дюймов. И триста патронов к ним – сто «обманок», которые показывают амулету, что пуля весит в два раза больше, чем на самом деле, сто «пустышек», которые просто «выгрызают» в том месте, куда попадают, немалые полости объемом эдак в литр, не меньше, а может, и больше, еще испытать нужно, и сто обычных пристрелочных, для испытаний. И вот испытаниями я сегодня и займусь, а заодно и пристрелкой. Зажигательных пока нет, но ими займусь уже в понедельник.
Прицелы готовы, все с быстросъемными кронштейнами. Поскольку это все для себя, на прицелах не экономил, хоть и с ума не сходил. Все три – «Vortex Stryke» с толковой подсвечивающейся сеткой, увеличение от одного до шести. Можно и как «ред-дотом» пользоваться в ближнем бою, и стрелять вполне далеко. У прицела к нашей СВД стандартное увеличение вообще четыре с половиной, к слову. Один из прицелов с рунами, то есть одновременно ночник и ауровизор, правда, выглядит не слишком эстетично, приходится обматывать его прозрачным скотчем, чтобы накладные руны от отдачи не слетали. Трубка на двадцать пять, а кольца пришлось ставить на тридцать, в родные влезать перестал, а заодно точить вкладыши. Вроде и мелочь, а замучился их подгонять. Но подобные прицелы себя оправдали тысячекратно, наверное, по своему опыту скажу. Поэтому и делаю их только для себя и даже не слишком рассказываю про них. Как и про чародейский глушитель, сооруженный Саней.
Так, и четыре карабина под сорок пятый, я даже из квартиры притащил тот, что для Милы собрал. Все на пристрелку и испытания.
Зазвенел телефон.
– На проводе, – снял я трубку.
– Коль, это я, – послышался голос Хмеля. – Зайду новый ствол посмотреть? Ну, тот, что ты вчера рекламировал.
– Забегай. Ты со двора?
– Со двора.
– Сейчас открою.
Заодно чайник включу, как раз время второй утренней чашки. Или третьей? Третьей вроде, две уже выпил.
Кот вместе со мной выскочил из мастерской и понесся наверх по лестнице, я услышал, как он протиснулся в свою персональную дверцу в студию. А я поднялся на один пролет и распахнул дверь во двор, прищурившись от яркого солнца. Потом вышел сам на крыльцо, подставив ему лицо. Хорошо-то как… Ну почему Приграничью не провалиться куда-нибудь к теплым морям? Чтобы вот тут пляж и пальмы на ветру? Лучше было бы, правда?