Чтение онлайн

— Проходите, по медяшке с каждого, за конягу две.

— Что нового-то в городе? — мимоходом поинтересовался Кайса, памятуя о предупреждении Его Величества и ожидая чего-нибудь в духе "да паршиво последнее время".

— Да змей у нас, — стражник почесал затылок и махнул рукой куда-то вправо. — А так хорошо все…

— Змей?! — сдавленно ахнула Риннолк, отойдя на пару шагов.

— Змей… — озадаченно повторил Кайса. — Да не беспокойся так, могло быть хуже…

— Например? — звенящим голосом отозвалась наемница, наплевав на взаимное молчание. За службу на Пограничье она видела змея лишь один раз. Огромных гадов перебили почти всех еще за прошлую

эпоху, сейчас их существовало едва ли полсотни по всему миру. Близ Пограничья жил один Северный. Змей поднялся в воздух лишь раз за все годы, что Риннолк прожила в Шермеле. Поднялся — чтобы замереть на миг неясным силуэтом и рухнуть вниз, куда-то в глубь Шейм-Оннэ.

Змей был стар и умирал. Когда отряд Шермеля с помощью двух магов нашел место его падения, Змей сумел лишь поднять голову и приоткрыть пасть, показав белые клыки. Полоса шерсти на его спине посерела и походила на седину. Ветерок играючи выхватывал целые клоки и швырял в лица людей. Волосы липли к пальцам как паутина. Чешуя, похожая на черненое серебро, торчала, словно у кедровой шишки, из которой белка вытащила все орехи. Светло-серые глаза с точками зрачков смотрели по-прежнему злобно.

Никто не решился подойти и добить чудовище. Отошли дальше и встали лагерем, чувствуя себя падальщиками. Чешуя возле коротких кривых лап Змея и на его голове, а так же клыки, стоили дорого и входили в множество колдовских ритуалов…

— Ты когда-нибудь видел Змеев, Кайса?

Тот, старый, в ширину был где-то с небольшой дом, а уж в длину…

— Нет, — честно ответил бард. — Я про них читал. Да что с тобой?

— Что со мной?! Меня удивляет, почему… — Репей, которого последнее время вела девушка, то и дело тянулся к Элле-Миру, и разведчик наконец мягко отобрал у Риннолк поводья. Та, похоже, не заметила.

— …почему стражник так спокойно об этом говорит?! И ты тоже!

— Риннолк, это Змей, — не понял беспокойства бард. — Существо, конечно, редкое и опасное, но не настолько, чтоб кричать об этом на всю улицу…

— То есть? — вскинулась Риннолк. — Нильвган рассказывал, сколько разрушений может принести один Змей! В некоторых городах даже собирали ополчение, чтобы его убить!

— Да ну, никогда такого не слышал…

Наемница, совершенно запутавшись, побрела вслед за Кайсой и Репеем. Может, здесь научились находить какой-то общий язык с крылатыми бестиями, или, скажем, как-то их задобривать.

***

Когда пришел чужак, лил дождь — Йелсу это помнил совершенно точно. Дождь лил два дня почти без перерыва. И чужак пришел глубоким вечером, почти ночью. В такое время и такую погоду — по крайней мере, Йелсу был в этом уверен, — в мирные городки наведываются только опасные преступники и убийцы, причем, уверенные в своей безнаказанности и силе. И веет от них яростью, и кажется, они могут поджигать взглядом. И странный гость, по кому, верно, тюрьма плачет, пришел почти что ночью, в лютую непогоду, но кроме этого придраться было не к чему. Постоялец как постоялец, живет наверху, платит исправно, по городу ходит…

А сейчас пришел бард. Пришел, как и полагается честным людям, солнечным днем, даром, что еще вчера лило, как из ведра. Едва ли не с порога попросил обед (в своей обиде путники проигнорировали не только друг друга, но и завтрак), оглушительно чихнул в скомканный платок и расчехлил лютню — чтоб народ увидел и не спешил расходиться, и заглянул вечером. Следом вошла высокая девушка, судя по коротким волосам, выправке, одежде и оружию, наемница. "Развелось, — подумалось хозяину. —

И что за счастье для девки?" Была в Зареге одна девчонка, в тринадцать без родителей осталась, убегла квирры знают куда, потом вернулась, лет через десять, при оружии, а взгляд такой, что в дрожь бросает, и ухмылка ледяная…

Йелсу спохватился, сам подошел к столу, который облюбовали менестрель с… подругой, что ль?.. принес квас, хлеб, тарелки с домашним сыром, квашеной капустой и солеными грибами, крикнув на кухню, чтоб разогревали суп. Ничего не пожалел, вот как! Тем более что вечерочком, судя по всему, в родимую "Зорюшку" пожалует много народу — если бард остановится.

— Спасибо, — поблагодарили в один голос путники, а парень поспешил договориться насчет двух комнат.

— Мы на ночь пока что, а потом поглядим, как получится…

— Комнаты есть свободные, звать меня Йелсу. А ваши имена как будут, гости? — спросил Йелсу, прикидывая, не мог ли он видеть барда раньше.

— Риннолк из Шермеля, — отчеканила девушка. Ну как есть — пограничница бывшая…

— Кайса, — ответил менестрель. — Элле-Мир.

— Спящий Зимой? — припомнил трактирщик. — Слыха-а-ал…

— Надеюсь, хорошее, — забавный парень, старается на собеседника смотреть, а все в тарелку упирается. Да и сам он умен, Йелсу! Еду поставил, и вздумал болтать!

— Там еще расстегайчики на кухне оставались, — неуверенно пробормотал Йелсу. — Ты ешь, а то на голодный желудок поется плохо.

Вот в этом они с менестрелем были совершенно солидарны. И даже с хмурой девкой.

А тот, появившийся почти месяц назад, сидел в другом конце зала и украдкой посматривал на новопришедших.

Риннолк старалась не озираться, но ничего не получалось. В конце концов она встала, чтобы снять надоевший колет. На самом деле тот можно было легко стащить, не поднимаясь с места, но девушке было нужно передвинуть стул.

— К чему такие ухищрения? — негромко поинтересовался Кайса, разливая по кружкам квас.

— Просто люблю сидеть спиной к стене, чтобы видеть весь зал.

— Ну да, — покладисто согласился бард. — Конечно, как я сам об этом не подумал…

— На самом деле, это так. Но здесь еще… — Риннолк понизила голос. — Тревога, в общем. Муторно как-то.

Кайса с сомнением посмотрел на свою спутницу. Как-то странно было слышать от нее о непонятных предчувствиях.

— Когда нас готовилась сцапать банда Энро, ты что-то не страдала приступами ясновидения.

— Во-первых, я не предсказываю, а во-вторых, тогда нам, по сути, не грозила опасность.

— А сейчас грозит?

— Я не знаю! — разозлилась Риннолк. — Вообще считай, что я ничего не говорила.

— Хорошо-хорошо, — сам бард никакой опасности не чувствовал, но вот то, что обычно сдержанная и холодная девушка сейчас едва ли не локти грызет от беспокойства, начинало настораживать. — Примем к сведению, но не более, договорились?

— Да… — наемница потерла лоб и поморщилась:

— Я ведь не схожу с ума?

Вопрос требовал долгих раздумий и взвешивания всех факторов "за" и "против", поэтому Кайса несколько замедлился с ответом. Подскочившая служанка, радостно улыбаясь, поставила перед гостями миски с супом и, едва отвернувшись и сделав шаг, рухнула на пол. Доски скрипнули, стол чуть подпрыгнул, суп плеснул за края тарелок.

— Ильгеда, растяпа! — рыкнул хозяин таверны, подбегая с тряпкой в руке.

— Ничего страшного, — пробормотала Риннолк.

— Да ведь не в первый раз, добрая госпожа, — фыркнул мужичок, поднимая тарелки и протирая стол.