Чтение онлайн

Я выпил то, что она предложила мне, затем выпила она. Теперь кубок был пуст и она отвела его в сторону. Он не упал на землю, но плавно пролетел по воздуху и мягко опустился на каменный алтарь. Колонна серебряного цвета стала изменяться, густеть, приобретать золотой цвет. Я привлек к себе Гатею и поцелуй, который я дал ей, как и говорила Гуннора, решил мою судьбу и открыл последний барьер.

Золотой свет — тепло — мы забыли обо всем. Все, что осталось — это жрица и Леди, мужчина и Лорд, коронованный Рогатой Короной. Из их соединения родится могущество, которое может совершить все. И когда я взял ту, которая больше не пойдет по девственной дороге Дианы, я ощутил, как что–то опустилось на мою голову — корона.

Я был слугой и в этот час стал господином, лордом.

Лишенный клана — лишенный имени — и коронован!

У каждого мира свои правила, законы и обычаи. Итлотис Сб-Кейт рассматривала себя как сыскного агента, хорошо приспособленного к подобным барьерам и препятствиям в проведении встреч. Но теперь внутренне она признавала, что никогда ещё не встречалась с такой проблемой.

Хотя она сейчас не сидела в шезлонге, автоматически предоставляющем телу максимум удобств, девуш-ка надеялась, что создала у женщины, сидевшей напротив, впечатление расслабившейся и уверенной в себе особы во всё время их переговоров. В том, что эта… эта Фустмэм упряма, не заключалось ничего нового. Итлотис умела управлять как человеческими, так и псевдочеловеческими антагонизмами. Но сама ситуация препятствовала и не допускала продолжения.

Девушка по-прежнему улыбалась, когда медленно и ясно излагала своё дело уже, кажется, в двадцатый раз за два дня. Терпение — одно из основных достоинств агента, оно служит как щитом, так и оружием.

— Достопочтенная, вы видели полученные мною приказы. Вы не можете не признать, что они весьма настоятельны. Вы согласились, что Ослэн Сб-Отто — один из ваших теперешних клиентов. Мои документы дают мне все полномочия для разговора с ним. Время не терпит, он должен как можно скорее узнать о положении в своём Доме. Это чрезвычайно важно не только для его будущего, но и для будущего многих других. Мы никогда не вмешиваемся в дела других планет иначе как с одобрения Верховного Совета.

Выражение лица её собеседницы не менялось. Двадцать Волосков Инга! Итлотис могла с тем же успехом обращаться к рекордеру или даже к изъеденной временем стене позади Фустмэм.

— Тот, кого вы ищете, — голос женщины был монотонным, словно она находилась в трансе, однако живые, хитрые глаза настороженно поблескивали, — лежит в комнате сна. Я сказала вам правду, Достопочтенная. Спящего тревожить нельзя. Это опасно как для вашего соотечественника, так и для мастера сна. Клиент заказал сон на неделю и выдал свои собственные ленты для инструктажа мастера. Сегодня же только второй день…

Итлотис с трудом подавила желание ударить кулаком по столу и зарычать от злости. Она слышала эти слова или подобные им уже в шестой раз. Даже двухдневная отсрочка — и она не отвечает за успех своей мис-сии. Ослэна Сб-Атто необходимо разбудить, сообщить ему о ситуации на Бинольде, а затем вывезти на первом же звёздном корабле.

— Но он же просыпается поесть, — устало проговорила она.

— Мастера и её клиента питают в таких случаях внутривенно, — ответила Фустмэм, и Итлотис показа-лось, что она услышала нотку торжества. Однако она не была готова так легко принять поражение.

Девушка наклонилась и коснулась пальцем одного из зелёных дисков, которые она разложила на столе. Её полированный ноготь щёлкнул по этому лучшему удостоверению, на которое мог надеяться агент. Даже если этот диск был сделан в другом месте, не местным агентством, уверявшим, что никогда не вмешивается в местные дела, всё равно один вид его открывал все двери в городе Ти-Кри.

— Достопочтенная, будьте уверены, что я не собираюсь просить вас о каких-либо действиях, могущих нанести

вред мастеру или её клиенту. Но я знаю, что есть способ прервать такое сновидение… если другой человек войдёт в этот сон, чтобы передать важное сообщение клиенту.

В первый раз тень хоть какого-то выражения мелькнула на мрачном с резкими чертами лице женщины, которая могла бы послужить моделью для какого-нибудь архаичного изваяния, какие Итлотис видела в этой части старого города, где никогда не вырастали небесные башни.

— Кто… — начала было Фустмэм и тут же поджала губы.

В Итлотис вспыхнула искра возбуждения — она нашла ключ!

— Кто сказал мне об этом? — закончила она невысказанный вопрос. — Какое это имеет значение? Мне часто бывает необходимо знать такие вещи… Но это можно сделать? Да или нет?

Женщина очень неохотно и чуть заметно кивнула.

— Конечно, — продолжала Итлотис, — я доложила представителям Совета о том, что собираюсь сделать. Они пришлют врача, чтобы мы находились под квалифицированным наблюдением.

Фустмэм снова стала бесстрастной. Если она и восприняла этот намёк как угрозу или предупреждение, то не подала виду, что предполагаемое недоверие Итлотис причинило ей какую-то неприятность.

— Этот метод бывает не всегда удачен, — сказала Фустмэм. — К тому же Аккота — наш лучший А мастер. Даже я теперь не могу равняться с ней в мастерстве. Незанятая здесь только… — она, видимо, включила какой-то сигнал, потому что на стене напротив засветилась панель с символами, непонятными инопланетному агенту. Фустмэм изучала их довольно долго. — Вы можете получить Элоуд. Она молода, но многообещающа, и однажды её уже использовали как вторгающегося мастера.

— Отлично, — Итлотис встала. — я вызову врача, и мы вторгнемся в этот сон. Ваше сотрудничество будет должным образом оценено, Фустмэм, — а про себя подумала: “Ну уж нет… твои оттяжки тоже зачтутся”.

Она так радовалась своей победе, что только войдя в комнату сна вместе с прибывшим врачом, осознала, что лезет в жуткую авантюру, с какой не встречалась в своих предыдущих назначениях. Одно дело — выслеживать дичь по нескольким планетам обитаемой Галактики, как ей приходилось за множество планетных лет, и совсем другое — искать её во сне. Это было нечто новое. Она не думала, что эта идея так уж ей нравится, но и отказаться теперь было немыслимо.

Мастера снов в Ти-Кри пользовались всеобщей известностью. Работая в чрезвычайно древнем Улье под руководством Фустмэм, они творили воображаемые миры, приключения и могли разделить их с любым, кто оплачивал их высокий гонорар. Некоторых мастеров постоянно арендовали семьи мультикредитного класса, живущие в небесных башнях, где их услугами пользовались для развлечения одного индивидуума или домашнего клана. Другие оставались в Улье, и их клиенты приходили к ним сами.

Клиент, мысленно сплетённый с мастером, входил в мир, казавшийся ему совершенно реальным. И действия мастера А-класса были теперь модными и дорогостоящими.

Итлотис оглядела комнату, в которой лежала затерянная в своём сне её добыча.

Здесь уже стояли две кушетки, и Фустмэм наблюдала за приготовлением ещё двух, которые едва могли поместиться в комнате. На одной лежала девушка, худая и бледная, и волосы её покрывал металлический шлем, соединённый проводами с другим таким же, покрывавшим голову Ослэна, который лежал на другой кушетке. Между ними стоял аппарат с бутылочками питательной жидкости, вводимой в вены рук спящих.

Итлотис могла видеть только часть лица Ослэна, потому что шлем закрывал его до носа, но всё же узнала его. Это был тот самый человек, за которым она охотилась. Ей захотелось положить конец своим заботам, сбросить шлем и вернуть Ослэна к действительности. И только представление о высокой опасности подобных действий удержало её пальцы.