Чтение онлайн

Коричневый автомобиль проехал уже пол-улицы, когда большая серая гоночная машина вылетела наперерез ему. Юный лорд ловко повернул колесо и, затормозив, преградил путь коричневому автомобилю. У того заскрипели тормоза, и он тоже остановился.

Селби Лоу в одну секунду очутился около него и распахнул дверцу.

— Выходите! Руки вверх! — сказал он.

— Что это значит? — спросил толстый человек, румянец которого уступил место смертельной бледности.

Селби не ответил. Он наклонился, схватил толстого человека за жилет и выволок на дорогу.

— У кого ключ от сундука?

— Что значит это нападение? — спросил человек, сидевший

рядом с сундуком.

— У кого ключ? Скорее!

— Вы не получите ключа от меня, — сказал толстый человек, поднимаясь с земли и стряхивая пыль с колен.

Бззз!..

Пуля ударилась в полудюйме от его ноги. Он подпрыгнул.

— Ключ!

Толстый человек нырнул в свой карман и вытащил связку ключей. Дрожащей рукой он передал их Селби. В одну секунду Селби перерезал ремень, вставил ключ в замок и откинул крышку.

Гвенда Гильдфорд, полуживая, упала в его объятья.

Селби на руках донес Гвенду до маленькой сторожки у ворот парка, в то время как полицейский инспектор занялся арестованными. Оставив девушку с женой сторожа, Селби возвратился. Человек, к которому он прежде всего обратился, был не толстый владелец сундука, наделавший такой переполох в «Чаттертоне», а смуглый, худой человек.

— Вы Чарли, должно быть? Как ваша фамилия?

— Узнаете, — спокойно сказал Чарли. — Имейте в виду, Лоу, что я доставил мисс Маллинг туда, откуда я взял ее. Кстати, шофер тут ни при чем, мы наняли его в гараже в Пэтней.

— А кто ваш толстый приятель?

Селби торжествовал и готов был прыгать от радости: Норма Маллинг в безопасности.

— Вы можете оказаться главным свидетелем обвинения, если вы не причастны к убийствам, — сказал Селби, обращаясь к Чарли.

— К убийствам я не причастен, — ответил Чарли, — но свидетелем обвинения я не могу быть, потому что, если вы имеете в виду Аля, то знайте, что мне о нем ничего не известно. Вы нашли того полоумного человека?

— Какого?

— Странного субъекта с седой бородой. Он удрал тогда же, когда Маллинг. Я думал, что он явился к вам и все вам рассказал.

Селби сейчас же вспомнил странного прохожего, которого они встретили недалеко от Кольфортской лечебницы, — человека в помятой соломенной шляпе, которого он довез до Дидкота.

— Кто он? — спросил Селби.

Чарли рассмеялся.

— Вот вам свидетель обвинения, — насмешливо сказал он. — Вы узнаете от него больше об Але, чем вы когда-либо сможете узнать от меня. Он один во всем мире знает Аля и видел его в лицо. Даже Джума не может этим похвастаться.

Около них из гулявших в парке и прохожих составилась небольшая толпа. Явились также два конных полицейских. Селби велел им сопровождать коричневый автомобиль до ближайшего участка.

Сам Селби вернулся к Гвенде. Она сидела в кресле немного испуганная и вместе с тем радостная.

— Это было ужасно! — сказала она с дрожью. — Я до сих пор еще не могу поверить, что это все не был сон…

— Каким образом все случилось?

— Все произошло очень быстро и неожиданно. Я писала, когда кто-то вошел в комнату. Я думала, что это номерной. Он только что принес мне лимонад со льдом, и я просила его принести мне еще почтовой бумаги. Вдруг кто-то обхватил мои руки и накрыл мне какой-то тряпкой лицо. Я боролась, ощущая запах каких-то одуряющих паров — должно быть, это был хлороформ. Вдруг я почувствовала острую боль в левой руке. В этот момент я увидела, как какой-то человек внес в мою комнату на руках девушку. Сундук был открыт. Прежде чем я сообразила,

что случилось, меня впихнули туда и захлопнули крышку. Я не знаю, что потом произошло. Я силилась отворить крышку. Внутри сундук был обит чем-то мягким и, как я ни колотила кулаками, это было бесполезно. Я чувствовала, что я нахожусь в автомобиле: я ощущала движение, у меня кружилась голова и, должно быть, со мной случился обморок. Я даже не помню, как вы открыли сундук. — Она улыбнулась. — А где Норма?

— В отеле.

— Значит, девушка, которую я видела, и была Норма. Слава Богу! Мистер Маллинг знает?

— Теперь он уже должен знать, — сказал Селби и со стыдом припомнил, что, если не считать горничной, он оставил Норму совсем одну.

Из первой же попавшейся на пути телефонной будки он позвонил в отель и навел справки. Ему ответил мистер Маллинг.

— Спасибо, она чувствует себя хорошо, совсем хорошо. Где Гвенда?

— Здесь. И сегодня же вечером в наших руках будет господин, который ответственен за все эти происшествия.

Он простился с Гвендой у лифта в отель и проехал к себе в контору. События должны были теперь развиваться с такой быстротой, что малейшая неосторожность могла погубить все дело.

Мистер Маллинг предложил идти в театр. Даже Селби одобрил этот план, но сказал, что, к сожалению, не сможет сам пойти.

— Я должен был пригласить доктора.

— Вы можете позвонить ему по телефону, — сказал Селби.

Норма была искренне и непритворно разочарована. Она узнала об отказе Селби идти в театр только тогда, когда он уже ушел домой. Она решила позвонить ему.

— Это нехорошо с вашей стороны, Селби Лоу.

— Я мог бы поступить еще хуже, — ответил Селби, — но я не стану.

— Что вы хотите сказать?

— Было бы совсем уж нехорошо напоминать вам, что я не был три или четыре ночи дома и что за всю неделю я не спал больше трех часов подряд.

— Простите, — сказала Норма тихо. — Я эгоистка. Вы правда очень беспокоились?

Он не ответил.

— Почему? — спросила она.

— Потому что я люблю вас.

Прошло так много времени, прежде чем кто-нибудь из них заговорил снова, что каждый решил, что другой повесил трубку. Потом они оба одновременно спросили:

— Вы там?

— Да, я здесь, — ответил Селби. — Я жду.

— Чего вы ждете? Я бы должна была очень рассердиться на вас. Многие делали мне предложение, но ни один так не боялся этого, чтобы… звонить по телефону.

— Я не боюсь. Это вышло неожиданно. У меня не было ни малейшего намерения говорить вам… пока что.

Новая продолжительная пауза.

— А в конце концов вы бы сказали?

— Разумеется. Как бы я мог жениться на вас, не сделав предложения?

В ответ раздалось: «клик», — Норма повесила трубку.

Селби повесил свою и прошел в гостиную. Он слегка задыхался, как человек, только что состязавшийся в беге.

Одинокий и торопливый обед вреден для пищеварения. Селби, по необъяснимой причине потерявший аппетит, приказал новой экономке приготовить ему отбивную баранью котлету и два часа провел за своим простым обедом, читая и разбирая пометки, сделанные им за день на оборотах конвертов, кредитных билетов и даже на таких неудобных для писания материалах, как трамвайные билеты. Экономка пришла убрать со стола. Взглянув на часы, Селби извинился за позднее окончание обеда.