Чтение онлайн

Альтия посмотрела на его руки, скрещенные на широченной груди. Кисти были сжаты в кулаки. Неужели он в самом деле отныне заодно с нею, с Брэшеном и Янтарь?

– Не думай о мелких препятствиях, которые могут случиться на нашем пути к цели, – негромко продолжал корабль. – Долго ли, коротко ли нам путешествовать, но если будешь переживать из-за каждого отдельного шага, ты рано или поздно сломаешься. Смотри лучше вперед, туда, куда стремишься!

– Мне-то казалось, – возразила Альтия, – что можно достигнуть успеха, только если как следует подготовиться.

Совершенный покачал головой.

– Лучше научись твердо верить в

успех. Если ты скажешь себе: «К тому времени, когда мы встретимся с Кеннитом, мы должны быть хорошими бойцами», – ты тем самым и отложишь все на потом. Лучше рассуждай так: «Мы должны быть справными бойцами сейчас!» Добейся, не откладывая, всего, что тебе требуется для достижения цели. И тогда в конце всех дел ты обнаружишь, что это только начало. Начало чего-то нового!

Альтия вздохнула и пожаловалась:

– Ну вот. Теперь ты рассуждаешь совсем как Янтарь.

– Нет, – отрезал Совершенный. – Я рассуждаю… как я сам. Как та сторона моей личности, которую я однажды отложил и спрятал подальше, собираясь вернуть когда-нибудь… когда буду готов. Я просто перестал собираться и стал. Тем, чем мне бы хотелось.

Альтия только покачала головой, опять не находя слов. Кажется, с Совершенным проще было управляться, пока он сумасбродствовал, дулся и капризничал. Да, Альтия любила его, но между ними не было ничего похожего на ту связь, что существовала между нею и Проказницей. Общение с Совершенным часто напоминало ей возню с любимым, но невоспитанным и весьма трудным ребенком. До того трудным, что иной раз было проще плюнуть да отвернуться. Даже и теперь, когда он вроде бы решил действовать с нею заодно, ощущалось в его рассуждениях нечто пугающее.

Молчание затягивалось, делаясь неловким.

Ладно! Альтия попыталась отбросить лишние мысли и сосредоточиться, вернее рассредоточиться, отдаваясь легкому покачиванию корабля и вечернему спокойствию, царившему кругом.

Не удалось.

– Можешь выдать мне что-нибудь вроде «Я же говорила». Ну? – прозвучал у нее за спиной голос Янтарь. В нем звучали усталость и горечь.

Альтия подождала, пока корабельная плотничиха присоединится к ней возле поручней. Ей потребовалось время, чтобы догадаться:

– А-а-а! Так ты переговорила с капитаном насчет Лавоя и Клефа?

– Угу. – Янтарь вытащила из кармана платок и вытерла лоб. – И ничего хорошего. Брэшен заявил, что Лавой – старпом, а Клеф – юнга и что вмешиваться он не намерен. Не понимаю я этого.

Альтия скривилась в улыбке.

– Перестань думать о нем как о Брэшене, нашем старом приятеле. Если бы Брэшен шел по улице и увидел, как Лавой обижает мальца, он бы первым кинулся на выручку. Но здесь не улица, Янтарь. Это корабль. А он – капитан. И он не может встревать между старпомом и остальной командой. Стоит ему хоть раз так поступить – и все, Лавоя тут же прекратят слушаться. У них на него миллион жалоб, и с каждой немедленно побегут к капитану. Придется ему со всеми нянчиться, так что управлять кораблем уже некогда будет. Спорю на что угодно, Брэшену замашки Лавоя нравятся ничуть не больше, чем тебе или мне. Но он капитан, и он знает: дисциплина на корабле гораздо важнее, чем несколько синяков на лице мальчика… или на его гордости.

– Ну и насколько далеко, по-твоему, он позволит Лавою зайти? – проворчала Янтарь.

– А уж это его забота, а не моя, – ответила Альтия. И добавила с кривой ухмылкой: – Я ведь, как ты помнишь, всего лишь второй помощник! –

Янтарь снова провела платком по лбу, потом сзади по шее, и Альтия насторожилась: – Ты себя хорошо чувствуешь?

– Не очень, – коротко отозвалась Янтарь.

Она отвела глаза, но Альтия так и впилась взглядом в ее профиль. И вот что увидела. Даже в меркнущем свете кожа Янтарь выглядела обтянутой и сухой, как бумага, черты лица казались заострившимися. Цвет лица у Янтарь всегда был слишком необычным, Альтии трудно было судить, но обычный золотой отлив уступил место тону ветшающего пергамента. А волос и вовсе не было видно – Янтарь увязала их на затылке и спрятала под платок.

Альтия ждала продолжения, и Янтарь неохотно проговорила:

– Я не слишком здорова, но в общем-то и не больна. Есть одна хворь, которая меня время от времени посещает. В такие дни меня лихорадит и ни на что нет сил, но это и все. Скоро я опять буду в порядке. – Альтия смотрела на нее с плохо скрываемым ужасом, и Янтарь поспешно добавила: – Я не заразная. Ни с кем ничего не случится, кроме меня.

– Все равно надо тебе рассказать о себе капитану. И в каюте полежать, пока все не пройдет!

Обе женщины подскочили от неожиданности, когда Совершенный тихо добавил:

– Команде хватит малейшего слуха о «лихорадке и чуме» на борту, чтобы на уши встать.

– Никто ничего не узнает, – заверила их Янтарь. – И вообще сомневаюсь, что помимо вас да еще Йек кто-то что-то заметит. Йек уже видела раньше, как это бывает. Ее не смутишь. – Тут Янтарь повернулась к Альтии и спросила в упор: – А ты? Тебе не страшно будет спать в одной каюте со мной?

Альтия прямо встретила ее взгляд в сгущающейся темноте.

– Я полагаю, – сказала она, – мне придется поверить на слово. Я не буду бояться заразы. Но капитану ты все-таки расскажи. Возможно, он подыщет тебе такую работу, чтобы ты всегда могла прилечь отдохнуть, если понадобится.

Про себя же она надеялась, что Брэшен как-нибудь изловчится на время совсем укрыть Янтарь от посторонних глаз, чтобы никто не прознал о ее нездоровье

– От тебя только и слышно «капитан» да «капитан». – Губы Янтарь тронула слабая улыбка. – Ты что, все время думаешь о нем только как о капитане?

– Но ведь он и есть капитан, – чопорно ответила Альтия.

Что греха таить! По ночам, на своей узенькой койке, она определенно думала о Брэшене не только как о капитане. Днем – другое дело. Тут иначе было просто нельзя. Но рассказывать Янтарь, как трудно давалось ей подобное размежевание, она не собиралась. Да и что толку об этом рассуждать? Разговорами все равно ничего не изменишь. Лучше уж держать все в себе. Она, правда, подозревала, что Совершенный вполне догадывается о ее истинном чувстве к Брэшену. Она наполовину ждала, чтобы носовое изваяние немедленно изрекло нечто ужасное, насмешливое и разоблачительное. Но Совершенный помалкивал.

– Верно, капитан. Хотя и не только, – неожиданно легко согласилась Янтарь. – Быть может, это не самая худшая его сторона. Сдается мне, он провел немало лет, прикидывая и мечтая, как однажды сделается капитаном. Наверняка ему пришлось изрядно помучиться под началом у скверных капитанов и поучиться у достойных. И вот теперь он сполна может использовать усвоенную науку. Если уж на то пошло, ему здорово повезло. Он сам вряд ли догадывается, до какой степени. Его мечта воплотилась в жизнь! Далеко не каждому это выпадает на долю.