Чтение онлайн

— Госпожа, я сделаю всё от меня зависящее, но на это потребуется время.

Глаза героини сверкнули золотом.

— Действуй.

***

— Нет, нет и ещё раз нет!

— Но почему? Это всего лишь слова! Тем самым вы в мгновении ока укрепите своё положение. Кроме того, тогда я смогу официально поддержать вас. Чего вы боитесь? Да вам даже заново силой крови пользоваться не придётся.

Удобно расположившись в углу на мягком диване, Фиорий с недоверием смотрел на Сетару. Торговец оказался невероятно настырным и сумел-таки добиться её аудиенции. Если бы он не явился в самый неподходящий момент, почти застав её врасплох, Фиола снова заявила бы, что

героиня продолжает «восстанавливать ауру».

Сетара опёрлась двумя руками на стол и снова с ненавистью уставилась на разбросанные бумаги, что в изобилии принёс с собой торговец. Как ей объяснить ему так, чтобы он понял?

— Это против моих принципов, против всего.

Сетара наблюдала, как в ответ Фиорий сокрушённо покачал головой. Губы торговца непроизвольно двигались. Видимо тот перебирал все известные ему ругательства. Конечно, с точки зрения его ценностного базиса в просьбе не было ничего зазорного. Он всего лишь предлагал официально и во всеуслышание заявить, что в ходе событий на арене Сетаре было видение лично самого Асардона, который, кто бы мог подумать, избрал её своей невестой. Далее нужно было клятвенно подтвердить, что она, находясь на смертном одре, приняла предложение демона, отвергала силу света и теперь претендует на должность почившего кардинала Цимицхия. Ничего так, нормально.

Фиорий продолжал исподлобья сверлить Сетару взглядом.

— То есть вам всё равно, что с ними будет?

Сжав зубы, Сетара подняла один из пергаментов. Донесение стражи с резолюцией Инквизиционного корпуса. В бумаге отмечалось, что в результате вспыхнувшего конфликта в одном из городов несколько смутьянов из среды мятежных Асардонцев были зарезаны. Последний перед смертью выкрикнул: «Да славится имя госпожи Сетары». И подобными донесениями был устлан весь стол, а на утро их станет ещё больше.

— Они сами выбрали этот путь. Путь веры в симулякр, в то, что они видят во мне, а не в то, чем я являюсь на самом деле.

— Веры во что? А, ладно. То есть вы не хотите?

Хорошо, походу есть способ ему объяснить, хотя сейчас Сетара и не хотела бы поднимать эту тему.

— Фиорий, представьте, что я потребовала бы от вас официально и публично прийти в храм вашей драгоценной Вериф, устроить там непотребства и поносить её на чём свет стоит.

Сетара с удовлетворением отметила, что Фиория аж передёрнуло как от удара током.

— Это другое. — Затараторил он, вскочив на ноги. — Да Вериф меня бы за это… в общем… Сетара… что касается Вериф, то…

— Вот не надо сейчас, пожалуйста, опять врать. Я и так догадывалась кто вы такой, а в своей речи с трибун вы фактически открыто в этом признались, старший жрец Фиорий.

Шумно выдохнув, служитель культа снова опустился на диван.

— Что-то не припомню, чтобы где-нибудь звучал мой сан. Кто-то проболтался?

И ты никогда не узнаешь кто. Сетара еле заметно улыбнулась. Вряд ли он сможет подумать на помощника библиотекаря, который оказался на удивление сведущ в общественно-политической жизне страны. Между тем Фиорий снова поднялся на ноги и с хмурым видом начал мерить комнату шагами.

— Ладно, хватит. При столь стремительном развитии ситуации рано или поздно вы бы всё равно узнали. Да, я старший жрец богини Вериф Великой теократии Крейст.

— Для начала неплохо. — Сетара театрально похлопала в ладоши. — А теперь зачем я здесь?

— Вы опять? Всё как я и говорил: устранение враждебного божества пантеона в лице Асардона. Чем меньше у него будет последователей, тем слабее его сверхъестественная власть.

Сетара в задумчивости

постучала указательным пальцем по подбородку.

— А не противоречит ли это вашему собственному требованию, чтобы я признала себя избранницей вашего врага?

Сетара поняла, что от одной лишь подобной масли её мутит. Фиорий же улыбнулся.

— Действительно, может сложиться такое мнение. Однако, вы меня не дослушали. Дальнейший план, после того как вы возглавите асардонцев, включает в себя постепенный отход от всех доктрин их ордена, перековка последователей в истинных целителей под вашим началом. Вы, наверное, уже в курсе, какие ритуалы практикуют асардонцы?

Ритуалы? Учитывая тот чан с кровью, Сетара могла лишь догадываться. Один же «ритуал», представляющий собой одурманивание жертвы и принуждение её к совершению преступления, она наблюдала воочию, дважды. Сначала в памяти крови Цимицхия, а затем в видениях того демона.

— Просветите меня. Кровавые жертвоприношения?

— Именно. Инквизиционный корпус ведёт расследования и как может борется с этим, но пока тщетно.

Сетара скривила губы. А вот сейчас Фиорий врал напропалую. Ни с чем местные следственные органы не борются.

— Понятно. А ваша Вериф, значит, белая и пушистая? Что-то не похоже, судя по статуэткам и картинам, которые я видела. Крайне напоминает богиню Кали … из нашего мира.

— Вериф враг Асардона и наша единственная надежда.

Фиорий изворачивался как уж на сковородке. У Сетары же начала болеть голова, разговор шёл по кругу. Старший жрец не оставит их в покое пока не получит хоть какие-то заверения с её стороны. Что ж.

— Фиорий, я обдумаю ваше предложение и, так или иначе, выступлю с обращением к своим … ммм … последователям. Я думаю, что вы достаточно хорошо меня знаете, чтобы понимать, что я всеми силами пытаюсь сохранить жизни людей, если это в моей власти.

Вроде нигде не соврала.

С мрачным видом Фиорий одним залпом допил уже остывший чай и, поклонившись, направился к выходу. Уже на пороге он замялся, держась за ручку двери, а затем повернулся к героине.

— Сетара, я понимаю, что во всём, что произошло с вами на арене, виноват я. И прошу у вас за это прощения, я не знал, что всё так обернётся, я должен был более активно подключить свои связи и заранее выяснить планы асардонцев. Я понимаю, что восстановиться вам за столь короткий срок практически невозможно, а потому я оставлю вас, несмотря на то, что хотел бы ещё многое обсудить: ваши силы света и крови, демона Зога и прочее. Но поймите меня правильно, в отличие от этих тем, вопрос с мятежными асардонцами не терпит отлагательств, время здесь играет против нас. Скоро совет Асардона задавит бунт, а затем они изберут нового кардинала и будут мстить. Надеюсь на ваше благоразумие и скорый ответ. Доброй ночи.

Лишь только дверь за Фиорием закрылась, Сетара облегчённо выдохнула. С ума сойти, наверное самая честная и проникновенная речь Фиория, что она слышала от него.

— Сетара, ты же не собираешься принять его предложение? — Доедая остатки позднего ужина, Фиола искоса смотрела на Сетару.

Девушка улыбнулась, глядя на свою воспитанницу. В конце концов, хотя бы у Фиолы были те же нормы и принципы, что и у неё.

— Естественно нет. — Сетара также села за стол, рассматривая, что из остатков еды она смогла бы сейчас проглотить. — Но в одном он прав — время играет против нас, нужно выступить, иначе те люди будут обречены. Правда, отныне играть мы будем по моим правилам. Фиорий также скован обстоятельствами и пойдёт на любой компромисс.