Контрмеры
Шрифт:
— Даже не знаю… надо подумать, припомнить…
«Ага. Если бы я не знал, кто такой Эсмаир, для меня этот разговор был бы оранской пиктографией. Наверно, к этой паре вполне можно подойти: мол, простите, нечаянно подслушал ваш разговор. Затем сообщить для затравки, что я был на живом выступлении Эсмаира, а потом этак застенчиво выдать, что я — не виирай. И всё: бери этих театралов тёплыми. Заводи знакомства, расширяй кругозор… слушай записи Оллара с Камиге…»
Рон зажмурился, улыбаясь.
«Как у них просто и честно! У нас, чуть зайдёт разговор об искусстве, сразу пыжатся, изображая невесть что. Наши непременно минут пять жевали бы, как Эсмаир велик, как они его
Наверно (да какое там наверно, когда наверняка!), эта честность друг перед другом — естественный итог широкого использования пси. Если Владеющие, чьё мнение традиционно весит больше, а зачастую даже рядовые виирай со вторым-третьим рангом могут поймать тебя на лжи, откровенность становится выгоднее обмана. Чтобы подняться, виирай мало изображать элиту, надо быть одним из элиты. Амбициозные, но мелкие и мелочные душонки при таком раскладе скатятся к подножию, не одолев даже десятой части пути к вершине.
Хорошо!
Но за человечество обидно. Почему мы, как вид, лишены такого же встроенного иммунного ответа на подлость и мерзость? Почему психически здоровый, неглупый, честный, благожелательный и сострадающий человек воспринимается то как вывих нормы, то вообще как некое чудо Господне, как искупительная жертва, что снизошла в тварный мир для растерзания сворой подонков на глазах у толпы равнодушных?
Риторика. Можно свалить все людские беды на псичей, но мы и до их появления готовы были скорее пнуть упавшего, в лучшем случае обойти его, чем протянуть руку. Не псичи придумали неравенство, эксплуатацию, голод, бедность, войны, взаимную рознь и озлобление. Быть глухим, слепым и равнодушным всегда удобнее, чем чувствительным к чужой боли эспером.
Будь проклято это удобство. Проклято!»
По-прежнему жмурясь, Рон несколько раз глубоко вдохнул и выдохнул, пока глухая неконкретная злость не оставила его, отступив обратно в подвалы души, а оскал, сменивший улыбку, не превратился в сосредоточенную замкнутость.
«…ладно. Как там следующий столик?»
— Точно.
— Во дают!
— А мой брат почти то же самое сделал. Парень он крепкий, умный, шестой год ходит в секцию исторического фехтования. По части пси тоже не обделён: третий ранг. Вот он и обратился к «крестам»: возьмите добровольцем, хочу противостоять и защищать. И резюме приложил.
— А что «кресты»?
— Прислали ответ по сети. Хорошо, вы перспективны, приходите на медосмотр и тестирование. Братец пошёл. Покрутился, сдал анализы, побегал в настоящем, не игровом имитаторе. После всего ему сказали: если бы ты пришёл четвертью хина раньше, тебя бы взяли с присвистом. Но сейчас у нас такой наплыв добровольцев, что пристроить тебя прямо сейчас не можем. Выход только один: индивидуальная программа подготовки.
— Это что ещё за зверь?
— Ты не перебивай, а слушай. Вот, говорят, ты увлекаешься историческим фехтованием. Это очень хорошо, но будет лучше, если ты, парень, дополнительно займёшься ещё пехотным сирбом. Далее. У тебя третий ранг пси, причём от природы. Ты никогда не думал о том, чтобы развиваться в этом направлении? Нет? Подумай. И крепко подумай. При прочих равных пси-подготовка сильно ускорит твоё продвижение. Ну и ещё. В сети, в открытом доступе, сейчас лежит постоянно обновляемая матрица соответствий для бейсика. В смежных тематических узлах появились первые материалы по человеческой цивилизации: по их психологии, экономике, культуре,
биологии и так далее. Было бы очень полезно ознакомиться со всем этим. Врага надо знать, верно?— Ну да. Но если твой брат хотел попасть в пехоту, зачем ему всё это?
— Во-первых, лишних знаний не бывает. Во-вторых, нужда в рядовых пехотинцах сейчас перекрыта настолько, что впору в очередь вставать. А вот для умного, инициативного, секущего в людях парня может открыться и более интересная стезя.
— Это какая?
— А ты сам не догадываешься?
— Неужели Высшие будут засылать к людям агентов? Но ведь это страшный риск! Первый же Владеющий, который…
— Брось! Ерунду мелешь. Ты каким местом слушал новости? У людей тех Владеющих — один на миллион, если не меньше.
— А-а…
— То-то. Но помимо пси есть ещё технические системы наблюдения и идентификации, способные «спалить» агента. И вот для того, чтобы обманывать технику, агент должен Владеть своим пси, притом как можно лучше. Это даже важнее, чем знание языка и реалий…
Рон отменил действие пина, обостряющего слух. Открыл глаза.
Неподвижный, как настороженная хищная птица, Хезрас Нрейт испытующе глядел на человека через стол. Он явно слышал тот же самый разговор. Но молчал.
И Рон молчал.
Услышанное стоило того, чтобы сначала его обдумать.
«И снова с возвращением, дочь».
«Рада тебя видеть, отец. Как поживает Аншин?»
В мыслях Энара Итиари Морайя мелькнуло нечто вроде растерянности.
«Как ты дога… но нет, ты ничего не знаешь. Просто случайно попала прямо в цель».
«Ну-ка, ну-ка. Что произошло?»
«Наш гипотетический демиург не то окончательно отошла от дел, не то исчезла, не то (если поверить твоему предположению о чуждом этой Вселенной происхождении) отправилась в путешествие за пределы континуума. Примерно тогда, когда вы приближались к системе Тримеля, она перестала отвечать желающим встречи. Мы обратились к Тайным анналам; оказалось, что Аншин никогда ранее не оставляла нас без своего присутствия на такой долгий срок, как сейчас, и…»
«Постой! Что ещё за Тайные анналы?»
«Неофициальная — и не законченная — биография Аншин, начатая ещё Комиэром Предстоятелем. Предупреждая очередной вопрос: связный аналог Тайных анналов лежит в резонансной сети по адресу [имя пути], открываясь при наложении пятимерного ключа доступа. Вид ключа: [образ]. Но ничего сверхъестественного в Тайных анналах нет. Я их просматривал. Каждому Высшему сообщается и [имя пути], и [образ]. И каждый бывает разочарован».
«Это если предположить, что пятимерный ключ не служит одновременно фильтром, отсекая часть данных».
«Возможно. Ты не первая, кто высказал такое предположение. Но если кто-то из мыслителей и обнаружил Самые Тайные анналы, то мне об этом ничего не известно».
Сарина помотала головой.
«Да в Ступицу их, все эти анналы, тайные и не очень. Меня интересует другое. Что именно в последствиях „Ладони“ так зацепило Аншин, что она замкнулась?»
«Полагаешь, что это предвидение?»