Констанция (Книга 2)
Шрифт:
И тут в дверь их ложи раздался негромкий стук.
– Войдите, - не оборачиваясь, бросила Констанция. А вот Колетта с нескрываемым любопытством обернулась к двери.
Дверь распахнулась и, пригнувшись в низком проходе, порог переступил прекрасный молодой мужчина. Правда, на этот раз пышные волосы виконта Лабрюйера были стянуты на затылке в хвост, с вплетенной в пряди черной атласной лентой.
– Констанция, - проговорил виконт, склоняясь над поданной для поцелуя рукой, но глаза Анри смотрели в это время в другую сторону - на Колетту.
Та сжалась
Констанция улыбнулась сперва приветливо, но потом заметив этот оскал охотника, насторожилась. Она даже пальцами сжала ладонь Анри, как бы давая ему совет поостеречься.
А тот уже не обращал внимания на эти условные знаки. Он, не сводя глаз с Колетты, двинулся к ней.
– Мадемуазель, - он протянул руку, ожидая, когда же девушка протянет свою.
Он так и стоял, согнувшись, с протянутой рукой, а растерявшаяся воспитанница Констанции не могла сообразить, что ейследует делать.
А Анри, улыбаясь, смотрел ей прямо в глаза.
– Ну что же ты, - сказала Констанция, - виконт не может вечно стоять согнувшись, - но в душе Констанция злорадствовала, Анри смотрелся по-дурацки.
– Ах, да, простите, месье, - затараторила Колетта, поспешив протянуть руку, а веер, конечно, с грохотом упал на пол.А виконт Лабрюйер делал вид, что все идет как надо.
– Не торопись, - прошептала Констанция, а на ее губах была ослепительная улыбка, предназначенная Анри.
Сейчас Констанция понимала, от нее зависит многое и в первую очередь, сможет ли виконт найти подход к Колетте или же она сможет уберечь свою подопечную от этого дьявола.
В глазах Колетты уже прыгали маленькие огоньки восхищения этим неотразимым мужчиной.
– Неужели ты нас не познакомишь?– прервал затянувшееся молчание виконт Лабрюйер.
– Отчего же, - пожала плечами Констанция, - тебя я могу представить.
Виконт сразу же почувствовал неладное, ведь соберись Констанция все делать всерьез, она бы первой представила ему Колетту, а так все получалось наоборот.
– Это страшный человек, моя дорогая, - вкрадчивым голосом говорила Констанция, - на его совести множество загубленных жизней и разбитых женских сердец. Он не знает жалости и если тебе, дорогая, кажется, что он красив, то знай - он ужасен. Я правильно описала тебя?– усмехнулась Констанция.
– Почти.
– А теперь, чего ты ждешь?
– Я жду, пока представят мадемуазель.
– Я представлю ее тебе немного попозже, когда уляжется моя злость, а сейчас я только могу дать один хороший совет.
Колетта чувствовала себя чрезвычайно неуютно. Она понимала, начинается какая-то ссора, к тому же причиной ее, не желая того, послужила она сама.
– Констанция, я сделала что-то не так?
– Нет, дорогая, все в порядке
– Ты говоришь правду?
– Успокойся.
Девушка вновь пристально посмотрела на виконта.
Теперь он ей уже не казался таким прекрасным, застывший смех в его глазах воспринимался злобой, а отполированные ногти на холеных руках казались когтями хищного зверя.– Так вот, мой совет тебе, дорогая, держись подальше от этого человека и подобных ему неисправимых ловеласов. Могу только добавить, что назвала я его слишком скромным титулом.
– Насколько я понимаю, - абсолютно спокойно произнес виконт, - мое общество здесь нежелательно. Но поскольку никто мне не указал пальцем на дверь напрямую, я рискую остаться.
Колетта затравленно озиралась то на Констанцию, то на Анри, незная, что ей делать.
– Насколько я понимаю, мадемуазель, вы первый раз в опере. Взгляд девушки был красноречивее любых слов. Но Констанция решила испытать ее выдержку. Ее хватило ровно на одну минуту.
– Что я должна делать?– повернувшись к Констанции, она спрашивала так, словно Анри, задавший свой вопрос, тут же превратился в истукана и не слышал ее слов, не видел отчаянных жестов.– Что я должна делать, Констанция, отвечать или же молчать?Я могу ему ответить?– сбивчиво проговорила девушка.
– Ну что ж, - пожала плечами Констанция, - конечно ответить можно, но только в одном случае.
– В каком?
– Если у тебя есть, что ответить.
– А если нет?– испугалась Колетта.
– Значит, нужно молчать.
– Так я рискну ответить? Ну отвечай же, а может не стоит?
– Ну тогда молчи.
– А как лучше?
– И то и то нужно сделать хорошо, - наставительно произнесла Констанция.
Колетта сидела задумавшись, а Анри и Констанция в этот моментпереглянулись. На губах виконта блуждала лукавая улыбка. Ему было приятно смотреть, как смутилась девушка лишь от одного его присутствия. А взгляд Констанции говорил: ну какой же ты нахал, Анри, нельзя же заставлять волноваться маленького ребенка!
А Колетта несколько раз глубоко вдохнула и каждый раз молчавыдыхала.
Наконец, она закрыла глаза и путано, сбивчиво принялась объяснять:
– Да, мне раньше никогда не приходилось бывать в опере. Точнее, мы с матерью один раз заезжали, но тогда не было спектакляи в общем-то, я здесь впервые.
Виконт терпеливо выслушал всю эту бессвязную речь и кивнул.
Констанция, чтобы приободрить Колетту, положила руку на ее плечо.
– Ну, Анри, ты удовлетворен ответом? Что ты можешь на это сказать?
– Ответ исчерпывающий, мадемуазель, - - поклонился виконт Лабрюйер и собрался еще о чем-то спросить Колетту, как Констанцияподнялась со своего места, взяла его под руку и повела к выходу.
– Куда ты, Констанция?– испуганно запричитала Колетта.
– Я сейчас вернусь. Ты не против Анри, если мы удалимся напару минут, и я кое-что тебе объясню?
– Мне конечно жаль покидать такую прекрасную девушку в одиночестве, ведь чего доброго, может появиться еще один ловелас, ия упущу чудесный шанс завладеть вашим сердцем.