Комедии
Шрифт:
ДА, ДА. Так! Ах, до чего же здорово, до чего же здорово!
Учитель философии.
Чтобы произнести Ф, нужно прижать верхние зубы к нижней губе: ФА.
Г-н Журден.
ФА, ФА. И то правда! Эх, батюшка с матушкой, ну, как тут не помянуть вас лихом!
Учитель философии.
А чтобы произнести звук Р, нужно приставить кончик языка к верхнему небу, однако ж под напором воздуха, с силою вырывающегося из груди, язык беспрестанно возвращается на прежнее место, отчего происходит некоторое дрожание:
Г-н Журден.
Р-Р-Р-РА, Р-Р-Р-Р-Р-РА. Какой же вы молодчина! А я-то сколько времени потерял даром! Р-Р-Р-РА.
Учитель философии.
Все эти любопытные вещи я объясню вам до тонкостей.
Г-н Журден.
Будьте настолько любезны! А теперь я должен открыть вам секрет. Я влюблен в одну великосветскую даму, и мне бы хотелось, чтобы вы помогли мне написать ей записочку, которую я собираюсь уронить к ее ногам.
Учитель философии.
Отлично.
Г-н Журден.
Ведь, правда, это будет учтиво?
Учитель философии.
Конечно. Вы хотите написать ей стихи?
Г-н Журден.
Нет, нет, только не стихи.
Учитель философии.
Вы предпочитаете прозу?
Г-н Журден.
Нет, я не хочу ни прозы, ни стихов.
Учитель философии.
Так нельзя: или то, или другое.
Г-н Журден.
Почему?
Учитель философии.
По той причине, сударь, что мы можем излагать свои мысли не иначе, как прозой или стихами.
Г-н Журден.
Не иначе, как прозой или стихами?
Учитель философии.
Не иначе, сударь. Все, что не проза, то стихи, а что не стихи, то проза.
Г-н Журден.
А когда мы разговариваем, это что же такое будет?
Учитель философии.
Проза.
Г-н Журден.
Что? Когда я говорю: «Николь, принеси мне туфли и ночной колпак», это проза?
Учитель философии.
Да, сударь.
Г-н Журден.
Честное слово, я и не подозревал, что вот уже более сорока лет говорю прозой. Большое вам спасибо, что сказали. Так вот что я хочу ей написать: «Прекрасная маркиза, ваши прекрасные глаза сулят мне смерть от любви», но только нельзя ли это же самое сказать полюбезнее, как-нибудь этак покрасивее выразиться?
Учитель философии.
Напишите, что пламя ее очей испепелило вам сердце, что вы день и ночь терпите из-за нее столь тяжкие…
Г-н Журден.
Нет, нет, нет, это все не нужно. Я хочу написать ей только то, что я вам сказал: «Прекрасная маркиза, ваши прекрасные глаза сулят мне смерть от любви».
Учитель философии.
Следовало бы чуть-чуть подлиннее.
Г-н Журден.
Да нет, говорят вам! Я не хочу, чтобы в записке было что-нибудь, кроме этих
слов, но только их нужно расставить как следует, как нынче принято. Приведите мне, пожалуйста, несколько примеров, чтобы мне знать, какого порядка лучше придерживаться.Учитель философии.
Порядок может быть, во-первых, тот, который вы установили сами: «Прекрасная маркиза, ваши прекрасные глаза сулят мне смерть от любви». Или: «От любви смерть мне сулят, прекрасная маркиза, ваши прекрасные глаза». Или: «Прекрасные ваши глаза от любви мне сулят, прекрасная маркиза, смерть». Или: «Смерть ваши прекрасные глаза, прекрасная маркиза, от любви мне сулят». Или: «Сулят мне прекрасные глаза ваши, прекрасная маркиза, смерть».
Г-н Журден.
Какой же из всех этих способов наилучший?
Учитель философии.
Тот, который вы избрали сами: «Прекрасная маркиза, ваши прекрасные глаза сулят мне смерть от любви».
Г-н Журден.
А ведь я ничему не учился и вот все ж таки придумал в один миг. Покорно вас благодарю. Приходите, пожалуйста, завтра пораньше.
Учитель философии.
Не премину.
Явление седьмое
Г-н Журден, лакей.
Г-н Журден(лакею).
Неужели мне еще не принесли костюма?
Лакей.
Никак нет, сударь.
Г-н Журден.
Окаянный портной заставляет меня дожидаться, когда у меня и без того дела по горло. Как я зол! Чтоб его лихорадка замучила, этого разбойника портного! Чтоб его черт подрал, этого портного! Чума его возьми, этого портного! Попадись он мне сейчас, пакостный портной, собака портной, злодей портной, я б его…
Явление восьмое
Г-н Журден, портной, подмастерье с костюмом для г-на Журдена, лакей.
Г-н Журден
А, наконец-то! Я уж начал было на тебя сердиться.
Портной.
Раньше поспеть не мог, и так уж двадцать подмастерьев засадил за ваш костюм.
Г-н Журден.
Ты мне прислал такие узкие чулки, что я насилу их натянул. И уже две петли спустились.
Портной.
Они еще как растянутся!
Г-н Журден.
Да, только не раньше, чем лопнут все петли. К тому же еще башмаки, которые ты для меня заказывал, жмут невыносимо.
Портной.
Нисколько, сударь.
Г-н Журден.
То есть как нисколько?
Портной.
Нет, нет, они вам не тесны.
Г-н Журден.
А я говорю: тесны.
Портной.