Чтение онлайн

— Вы ошибаетесь, фрейлейн Готхард. Вам предстоит совершить еще одно путешествие.

— Я уезжаю? — испугалась она.

Что они еще придумали? Какую новую муку ей уготовили? Отправят в концлагерь? Вдруг сердце Арианы сжалось от радости. Неужели?!

— Вы что, нашли моего отца?

По расстроенному лицу офицера она сразу поняла, что ошиблась.

— Сожалею, фрейлейн, но…

Он увидел, что ее лицо исказилось от страха, и захотел ее утешить.

— Вы будете в безопасности.

«Не знаю, надолго ли», — мысленно добавил он. Но даже временная безопасность по нынешним временам — не так уж плохо. Лучше, чем вообще ничего. Да и кто сейчас находится в безопасности?

За последний год бомбежки почти не прекращались, бомбы сыпались с неба почти все время.

— Что значит «в безопасности»? — недоверчиво спросила Ариана, вцепившись руками в грабли.

Манфред покачал головой и сказал лишь:

— Доверьтесь мне.

Ему очень хотелось успокоить ее, но Ариана по-прежнему смотрела на него с испугом.

— Пожалуйста, уложите чемодан. Я буду ждать вас в зале.

Девушка смотрела на него с отчаянием, переходящим в отрешенность. Какая, в сущности, разница?..

— А что я скажу начальнице? Я не закончила свою работу.

— Ничего, я сам ей объясню.

Ариана кивнула и побрела к бараку. Манфред смотрел ей вслед, поражаясь собственному поведению. Неужели он тоже сошел с ума, как генерал Риттер? Нет, ничего подобного. Просто он хочет защитить эту девочку. И все же она не оставила его равнодушным. Ее красота, которую не могли скрыть ни скромная одежда, ни грустное выражение лица, подействовала и на него. Эта девушка была настоящим бриллиантом. Немного шлифовки, и она засияет ярче прежнего.

Но Манфред намеревался отвезти ее в Ванзее не для этого.

Он не допустит, чтобы к ней относились, как к «товару». Он спасет ее от генерала. В Ванзее Ариана фон Готхард будет в безопасности.

Начальнице барака Манфред ничего объяснять не стал, сказал лишь, что забирает девушку с собой, однако дал понять, что речь идет не о деле государственной важности, а скорее о поручении деликатного свойства. Та сразу все поняла. Девушки вроде Арианы надолго в бараке не задерживались, их разбирали высокопоставленные офицеры. На физической работе оставались лишь уродины, а по Ариане фон Готхард сразу, было видно, что за судьба ей уготована.

Такой поворот дела начальницу не слишком расстроил — все равно девчонка была слабой и неумелой. Поэтому, отсалютовав офицеру, почтенная матрона отправила сгребать листья другую девушку, а об Ариане и думать забыла.

Не прошло и десяти минут, как Ариана спустилась вниз, прижимая к себе чемодан. Манфред молча развернулся и вышел на улицу уверенный, что Ариана последует за ним.

Так и произошло. Он открыл дверцу «мерседеса», положил чемодан на заднее сиденье', сел за руль и включил мотор.

Впервые за очень долгое время фон Трипп был доволен собой.

Ариана так и не поняла, что происходит. Она с любопытством разглядывала берлинские улицы и лишь минут через двадцать сообразила, что машина едет по направлению к Ванзее. Когда до дома Манфреда оставалось совсем чуть-чуть, Ариану вдруг осенила страшная догадка. Так вот зачем он спас ее от насильника! Интересно, он тоже будет добиваться ее расположения с помощью хлыста? Может быть, и шрам на щеке ему оставила какая-нибудь очередная жертва?

Через несколько секунд автомобиль остановился возле небольшого коттеджа, аккуратного, но довольно скромного.

Свет внутри не горел. Манфред жестом велел своей спутнице выходить из машины, а сам взял чемодан. Ариана старалась держаться очень прямо, в глаза своему конвоиру не смотрела. Как ловко он все устроил! Итак, она стала его добычей. Навсегда или только на одну ночь?

Не пускаясь ни в какие объяснения, Манфред отпер дверь, шагнул внутрь и поманил Ариану за собой. В прихожей он включил свет

и огляделся. Утром, очевидно, приходила уборщица — в доме было чисто прибрано. Ариана увидела не слишком роскошную, но вполне уютную гостиную: ряды книг, цветы в горшках, горка дров возле камина. На столе стояли фотографии детей, лежал какой-то журнал. Широкие окна выходили в сад, где цвели осенние цветы. Кроме гостиной, на первом этаже находились кухня, кабинет и маленькая столовая. Наверх вела узкая деревянная лестница, устланная хорошим, но сильно потертым ковром. Ариана попыталась заглянуть наверх, но увидела лишь низкий потолок.

Манфред медленно, не говоря ни слова, переходил из комнаты в комнату, открывая двери. В конце концов он остановился у подножия лестницы и неуверенно заглянул в сердитые синие глаза девушки. Ариана следовала за ним, не снимая пальто и перчаток, в которых сгребала листья. Ее волосы были стянуты на затылке в тугой золотой узел. Забытый чемодан остался стоять в прихожей.

— Пойдемте, я покажу вам верхний этаж, — негромко предложил Манфред, жестом приглашая ее пройти вперед — он все еще опасался поворачиваться к ней спиной. Девушка была сердита, напугана, а Манфред знал, что от человека в таком состоянии, даже от хрупкой девушки, можно ожидать чего угодно.

Наверху ничего особенно интересного не оказалось — ванная да две довольно невзрачные двери. Ариана посмотрела на них с ужасом, перевела взгляд на руки Манфреда, на его лицо.

— Проходите, — мягко сказал он, но по ее лицу понял, что она не слышит его слов — слишком напугана. Как же ее успокоить, как объяснить, зачем он ее сюда привез? Но фон Трипп знал, что со временем она поймет все сама.

Он открыл дверь в свою спальню, простую и строгую комнату, выдержанную в коричнево-голубых тонах. В доме вообще все было очень просто, без роскоши. Именно таким Манфред и хотел видеть свое берлинское жилище. Сюда он мог удалиться от всего на свете, курить трубку, читать. Его любимая трубка и сейчас лежала на столике рядом с камином и удобным старым креслом. Но Ариана, казалось, была не в состоянии оценить прелесть этой уютной комнаты. Она застыла на месте, словно пригвожденная к полу.

— Это моя спальня, — объяснил фон Трипп.

Она взглянула на него в полном ужасе и прошептала:

— Понятно.

Тогда, осторожно коснувшись ее руки, Манфред открыл соседнюю дверь, где, как предположила Ариана, должна была находиться кладовка.

— Сюда, пожалуйста, — позвал ее фон Трипп.

Вся дрожа, она последовала за ним и увидела, что за дверью находится еще одна маленькая комната: кровать, стул, стол, крошечная, словно предназначенная для ребенка, тумбочка. На окнах — цветастые занавески, на постели — покрывало в розочках в тон обоям. В обстановке этой комнаты было что-то успокаивающее.

— А это ваша комната, фрейлейн.

Он ласково взглянул на нее и увидел, что она по-прежнему ничего не понимает. В ее глазах застыли боль, страх и горечь Манфред тяжело вздохнул:

— Фрейлейн фон Готхард, почему бы вам не присесть? У вас усталый вид.

Он жестом показал на кровать. Ариана осторожно присела на краешек.

— Я должен вам кое-что объяснить. По-моему, вы ничего не поняли.

В обер-лейтенанте что-то неуловимым образом изменилось. Он уже не был похож на сурового конвоира, сопровождавшего ее из камеры на допрос и обратно. Теперь он сделался самым обыкновенным человеком, который по вечерам возвращается с работы домой, ужинает, сидит у камина и засыпает с газетой в руках, утомленный после трудного дня. Фон Трипп выглядел как нормальный, живой человек, и все же Ариана смотрела на него со страхом и недоверием.